Левый берег
Шрифт:
— Ваня! — В коридоре квартиры стояла слегка полноватая женщина в цветном домашнем халате. — Привет! Как давно ты у нас не был!
Они расцеловались поочередно в обе щеки.
— Дела, Аленушка, дела… — мужчина слегка приобнял хозяйку за плечи.
— Ба! Какие люди пожаловали! И без охраны, — послышалось справа.
В дверном проеме стоял седоволосый худой мужчина лет шестидесяти. На нем была белая хлопчатобумажная футболка, черные штаны и веселые домашние тапочки в виде собак.
— Охрану на улице оставил, — весело ответил гость.
Мужчины крепко обнялись и несколько секунд, улыбаясь,
— Ну как ты, дружище? — тепло спросил гость.
— Да все также, Иван Дмитриевич. — Хозяин сложил руки на груди. — По пенсионному.
— Раздевайся, Ванюша, проходи, — суетилась Алена Игоревна, снимая с мужчины пальто. — Как Светочка? Как детки?
— Здоровы, слава Богу, — охотно ответил гость. — Жена все свои статейки крапает, а дочки учатся с горем пополам.
— А я вот своего "раздолбая" осенью в армию спровадил, — гордо заявил хозяин. — Чуть не убила, — он боязливо показал пальцем на жену.
— Молчи уж! — недовольно посмотрев, бросила Алена Игоревна. — Ты проходи, проходи, — она провела гостя в просторную, со вкусом обставленную комнату, по старому советскому обычаю выполнявшую роль гостиной.
Судя по обстановке, хозяева обладали средним по московским меркам достатком. Черный кожаный диван, кресло со следами пребывания в доме кошки, пушистый, вроде бы даже не дешевый ковер. Старые фанерные полки были заняты книгами самых разных жанров, стилей и направлений.
— Я, помнишь, еще в начале девяностых по почте заказывал, — сказал хозяин гостю, разглядывающему коллекцию, почти на ухо.
— Да, Николаич, помню, помню… — Иван Дмитриевич по-доброму усмехнулся. — Суть не пол зарплаты спускал. Ты еще жаловался, что жена пилила.
— Ага, пилила. Еще как. А сама, главное, все давно прочитала и скулит, мол, "книги закончились, почитать нечего".
— Женщины… — философски отозвался гость.
Большой плазменный телевизор показывал, как здоровенный крокодил плавно подплывал к антилопе на водопое и, резко атакуя, делал то, что ему полагалось делать по профессии. Стоящий у дивана светлый деревянный столик усилиями бегавшей на кухню и обратно хозяйки стал заполняться разными закусками. Тут были и маринованные грибочки, и колбаска, и овощная нарезка. Вскоре появилась и запотевшая бутылка водки.
— Ты надолго, Иван? — громко поинтересовалась хозяйка. — У меня плов почти готов. Полчасика подождать надо.
— Подожду, Аленушка, подожду, — ответил гость. — Давно не едал твоего фирменного плова. С бараниной?
— Ну а как же? — весело послышалось с кухни.
Мужчины уселись возле столика. Хозяин, выключив звук телевизора, деловито разлил по первой рюмке.
— Алена, ну ты иди хоть, выпей с нами, — прокричал он.
Беседа лилась неспешно, прерываясь незамысловатыми тостами и какими-то веселыми бытовыми воспоминаниями. Вскоре появился плов, один запах которого заставил мужчин отключиться и минут десять наслаждаться изысканным блюдом. Такой вкусный плов готовился только в этой семье. Про то Ивану было известно еще с молодости, когда у него даже своего жилья в столице не было и не предвиделось в перспективе. Да, честно говоря, о таких вещах тогда как-то и не думалось. Все мысли — о работе, о деле. Лишь периодические напоминания жены о "нечеловеческих условиях существования
— Ну ладно, ребята, пойду чай заваривать. — Хозяйка встала из-за стола и скрылась на кухне.
— Я по делу к тебе, — после недолгого молчания, просительным тоном тихо сказал Иван Дмитриевич.
— Да я уж понял… — вздохнул Петр Николаевич. — Просто так-то не заходишь…
— Ну, прости, Петя. Ты ж все знаешь. Сам-то пока в обойме был, много по гостям расхаживал?
— Да… Дела наши грешные…
Мужчины стукнулись рюмками и молча выпили. С кухни слышался глухой звон посуды, о чем-то вещал телевизор. Алена Игоревна хозяйничала. Здоровенный черно-белый кот, лежа на кресле, надменно смотрел на собеседников, изредка позевывая.
— Чего случилось то? — спросил Петр Николаевич.
— Да ничего… — Иван Дмитриевич повертел в руках рюмку. — Щенка натаскать надо.
Хозяин понимающе кивнул, раздул щеки, стрельнул глазами в сторону кухни.
— Да мне не очень-то… — почесав голосу, протянул он.
— Ну, ладно, Николаич… Помоги по старой дружбе! Ну, пожалуйста! Тебе одному доверяю…
Петр Николаевич скривил недоверчивую физиономию и уставился на собеседника.
— Ой, не бреши уж… "Только тебе доверяю…"
— Ну, польстил чуть-чуть… — добродушно признался собеседник.
— Ну и что этот твой человек из себя представляет?
— Да пока что практически ничего. Прошел пятимесячный общий ускоренный курс на 211-м объекте.
— Специальность?
— Наша специальность, — Иван Дмитрич задорно посмотрел на хозяина и кинул в рот кусок колбасы.
— Хорошо, — подобрел Петр Николаевич. — Ну, давай…
— Что давай? — с недоумением, разбавленным озорными огоньками в глазах, спросил гость.
— Перестань Ваньку валять, — хозяин принял шутливый тон. — Давай, рассказывай, почему ты не отдал его на наши обычные профкурсы.
— Здесь особая ситуация… — вмиг свернув все веселье, задумчиво проговорил тот.
— Понимаю, что особая. Раз ты ко мне пришел. Подробностей не прошу. Какого класса агент?
— Первого, — отчеканил Иван Дмитриевич.
— Первого? — изумился хозяин.
Он, хмыкнув, встал с кресла и, убрав руки за спину, с полминуты ходил по комнате. Коту, наверное, стало скучно, и он, лениво спрыгнув со своего ложа, пошел в коридор и начал скрести когтями в кухонную дверь, требуя впустить его.
— Большая редкость… — наконец, пробормотал хозяин. — Без опыта работы, и сразу первого класса?
— Я же сказал. Это особый случай. Я и многие другие возлагаем на него большие надежды. К тому же, такое бывало и раньше. Не понимаю, чему ты так удивляешься?
— Да я не удивляюсь, — он вновь сел напротив Ивана Дмитриевича и налил по стопке. — Просто я никогда не готовил первоклассников…
— Брось, Николаич… — гость хитро подмигнул хозяину. — Ты же старый диверсант… Ну неужели не сможешь. Я тебя знаю. Помнишь, под твоим началом одно время ходил? Я еще тогда заметил в тебе незаурядные педагогические способности. Без тебя — никак…