Лев-триумфатор
Шрифт:
Не было сомнения в том, что отголоски этого ужасного события дойдут и до нас. Резня в Париже взбудоражила весь мир.
Гнев против действий католиков нарастал. Я знала, что за ними будут охотиться с большей жестокостью в протестантских странах, а в явно католических гонения усилятся. Многие попадут в камеры для пыток инквизиции, и чаще будут раздаваться страшные крики тех мучеников, чьи тела будет пожирать пламя.
Джейк вернулся домой в следующем году. Его возвращение походило на предыдущее. Были пиршество
Он едва взглянул на Линнет, хотя она была красивым ребенком и удивительно любила его; его позабавило падение Ромелии, но он не проявил интереса к мальчику. Тем не менее, ему было приятно видеть Карлоса и Жако, и он терпеливо отвечал на их многочисленные вопросы о его плавании. Он сидел в саду и рассказывал им о своих подвигах в морях, а они развалились у его ног, восхищенно поглядывая на него снизу.
Если бы у Джейка был законнорожденный сын, он был бы самым счастливым мужчиной, теперь же он часто был мрачным и обиженным.
Я часто замечала, что Джейк смотрит на Роберто и его гнев из-за Того, что у меня был сын от Фелипе, а не от него, до такой степени приводил его в ярость, что иногда я чувствовала, что он ненавидит меня.
И вдруг произошло первое странное событие, за которым последовали и другие.
Я всегда следовала привычке самой навещать наших бедных соседей. Некоторые женщины моего положения посылали слуг, чтобы те относили им еду и теплую одежду, но моя матушка всегда ходила сама, и я обычно сопровождала ее. Она говорила, что мы должны сделать так, чтобы люди воспринимали наши приношения не как милостыню, а как подарок одного друга другому.
Однажды утром, когда я собиралась выйти в сад, одна из горничных вошла ко мне и сказала, что Мэри Ли попросила меня навестить ее.
Она была старой женщиной, у которой в море погибли все три сына. Я обычно регулярно навещала ее. Джейк был доволен этим, так как ему всегда нравилось, чтобы о семьях моряков заботились. Мэри было шестьдесят лет, она страдала от ревматизма. Обычно она, поджидая меня, сидела у окна.
Я положила в корзинку еду и пошла к ней, но когда я подошла к ее дому, то была удивлена, не увидев ее у окна.
Ее дом был одним из тех, которые строили за одну ночь. Тогда существовал такой обычай, что если кто-нибудь построит дом за ночь, то земля, на которой он стоит, будет считаться его собственностью. Обычно такой дом состоял только из одной комнаты.
Дверь была приоткрыта. Я толкнула ее и сказала:
— Мэри, ты здесь?
Потом я увидела ее. Она лежала на постели. Свет был такой тусклый, что я сначала не разглядела ее лица.
— Мэри, с тобой все в порядке?
— Уходите, госпожа, — задыхаясь, прошептала она. Я прошла вперед и наклонилась над ней.
— Что случилось, Мэри?
— Отойдите… Это потница.
Я посмотрела на нее. Теперь я разглядела страшные приметы болезни
Я поставила корзинку на пол и поспешила из дома.
Я увидела Джейка во внутреннем дворе. Не знаю, поджидал ли он меня.
— Я ходила домой к Мэри Ли. У нее потница, — сказала я.
— Боже мой! — закричал он. — Ты была в ее доме?
— Да.
— Иди к себе в комнату. Я позову врача. Ты могла заразиться. Он также посмотрит, можно ли что-нибудь сделать для Мэри Ли.
Я поднялась в свою комнату, вспоминая о другом случае, когда я имитировала эту ужасную болезнь, чтобы удержать Джейка подальше от себя.
Я посмотрела на себя в зеркало. Я подходила близко к Мэри Ли, а болезнь была очень заразной. Может быть, уже сейчас…
— О, Боже, — молилась я, — спаси меня от этого! Тогда я поняла, как сильно я хочу жить, чтобы увидеть повзрослевших детей. Возможно, один из них подарит Джейка внука. Но будет ли он также радоваться ему, как сыну?
Мэри Ли умерла через три дня после того, как я была в ее доме, но болезнь не расползлась дальше, как это произошло в переполненном Лондоне.
Неделю я жила в тревожном ожидании каких-нибудь симптомов того, что я заразилась, но их не было.
Джейк сказал:
— Это тебе урок. Однажды ты притворилась больной, чтобы поиздеваться надо мной. — Он засмеялся. — Ты на самом деле хотела избавиться от меня?
— Какое верное чувство было у меня!
— Если бы я овладел тобой и взял с собой в море, у тебя был бы мой сын, а не этот испанский ублюдок.
— Не смей так говорить о моем сыне!
— Я буду говорить, как хочу.
— Но не о моем сыне.
— Перестань все время говорить, что у тебя сын от этого испанского дона, если не хочешь меня разозлить. Ты довела меня до предела.
— Я хорошо знаю это, — ответила я. — Возможно, стоит пожалеть о том, что я не подхватила потницу и не умерла. Тогда бы ты нашел жену, которая нарожала бы тебе сыновей.
Он выглядел так, как будто его ударили по лицу. В тот момент я подумала, что он испугался мысли, что может потерять меня. Позже, много позже, когда я вспоминала разговор, то подумала, а не угодила ли я в точку.
Джейк был очень занят приготовлениями к очередному плаванию. Иногда он оставался на борту почти до утра. Карлос и Жако работали с ним. Он обещал им, что они тоже уйдут в море.
Однажды ночью я неожиданно проснулась и некоторое время не могла понять, что же испугало меня. Тут я увидела или мне показалось, что вижу, как дверь тихо закрылась.
Кто-то был в комнате.
Я вскочила с кровати и сразу же услышала потрескивание у моих ног. Я посмотрела вниз. Драпировки вокруг кровати тлели, а некоторые из них лизали язычки пламени. В любой момент они могли вспыхнуть.