Лев Иудеи
Шрифт:
Маршрут был простой, но группа перехватила бы любого, кто пошел бы за Шаби. Когда Натан повесил трубку около них остановился серебристый «БМВ750», на его передних местах сидели два члена группы. На заднем сиденье с безучастным видом восседал атташе.
Дов сказал Натану:
— Ты можешь выйти через минуту, я только хочу, чтобы мой человек, в ресторане сообщил мне, что после разговора с тобой Шаби никому не звонил. Если он не звонил, мы все можем отправиться в этот рыбный ресторан, и я позвоню домой, что операция
Звонок раздался через несколько секунд.
— Хорошо! — Дов кивнул. — Как будто бы все в порядке. Когда мы доберемся до нового места, я позвоню тебе, если не произойдет ничего подозрительного. — Он повернулся к водителю «БМВ». — Смотри, чтобы никто не входил, пока не получишь от меня сигнал.
— Да, сэр, — сказал молодой человек, и они все принялись хохотать. Даже сильно нервничавший офицер изобразил легкую улыбку.
Натан сел на заднее сиденье «БМВ».
— Здравствуйте, вы, должно быть, генерал-бригадир Гильбоа?
Они пожали друг другу руки..
— Да, — ответил атташе, — а вы…
Просто друг, — улыбнулся Натан. — Ну что такое, в конце концов, имя?
Вскоре они остановились за два квартала от рыбного ресторана.
— Шаби должен прибыть туда через пять минут. Пока все идет как будто нормально.
— Когда мы будем в ресторане, — сказал Натан, обращаясь к офицеру, — вы не должны произносить ни слова. Если человек, с которым мы должны встретиться, задаст вам какой-нибудь вопрос, ничего не отвечайте. Только улыбайтесь ему. Я представлю его, но после того, как вы назовете свое имя и чин, молчите. Понятно?
— Да. Но вы не могли бы мне сказать, на кой черт я вообще здесь нужен?
— Боюсь, что нет. Но вы знаете, что без вас мы не могли бы действовать, и спасибо вам, что вы с такой готовностью откликнулись на нашу просьбу.
Натан увидел, что недалеко от автомобиля, возле небольшого мотороллера, стоит самый младший член группы. На первый взгляд казалось, он чтото ремонтирует. На самом же деле он внимательно наблюдал за улицей. Через несколько секунд он повернулся к машине и стал обеими руками поправлять воротник своей рубашки.
Затем он выпрямился. Это был ожидаемый сигнал: «Все чисто».
Водитель поправил левой рукой боковое зеркало и поехал по направлению к ресторану. За полквартала до него он остановился и сказал Натану:
— Мы подождем тебя здесь. Наш парень скоро уже будет там.
Он говорил о молодом человеке на мотороллере, который выглядел куда моложе своих двадцати четырех лет.
— Мы ведем наблюдение со всех сторон. Если после окончания разговора ты захочешь повезти куда-нибудь своего человека, мы подберем вас у дверей. У нас уже приготовлен номер в гостинице.
— Ладно. Но если нам не понадобятся ваши услуги, мы пройдем мимо машины, словно бы не замечая вас.
— Нет. Мы должны подобрать генерал-бригадира. Если
Хорошо, — сказал Натан. — Увидимся после окончания операции.
— Если случится что нибудь не предвиденное, каждый должен действовать в одиночку, — сказал водитель.
— Ничего больше? — спросил второй член группы, закуривая сигарету.
Офицер и Натан вышли из машины.
— Что непредвиденное может случиться? — спросил атташе.
Он был почти на голову выше Натана слегка наклонился, чтобы его не могли слышать прохожие,.
— Вы военный человек. И знаете, что всегда может произойти чтонибудь непредвиденное. Если бы я мог предугадать, что именно, я принял бы предохранительные меры. Верно?
Они остановились у входа в ресторан.
— Не тревожьтесь и помните: ни слова.
Большой зал был тускло освещен. Его стены были отделаны панелями из темного дерева. На них, в позолоченных рамах, висели картины, изображающие плывущие корабли. С тяжелых деревянных укосов свисали на веревках медные морские фонари.
Всего в зале было около тридцати круглых столов, застланных белыми камчатными скатертями. В фонарях «молния» горели свечи. Большинство столов было занято небрежно одетыми завсегдатаями.
— Столик на троих, пожалуйста, — обратился Натан к метрдотелю. — Наш гость должен уже ожидать нас за стойкой.
Метрдотель провел их в еще более темную, густо заполненную людьми комнату с высоким полированным деревянным баром, который занимал почти всю стену.
Шумно играл джаз.
Шаби сидел за стойкой, но, увидев их, тотчас же приблизился к Натану. Лицо у него было совершенно серое. Как только Натан представил друг другу Щаби и атташе, появился метрдотель.
— Вы останетесь здесь или предпочитаете сесть в зале?
— В зале, — сказал Натан, — которому было не по себе в шумном баре.
Их столик стоял под картиной, где был изображен высокий корабль в бурю. Метрдотель дал им каждому по меню.
— Обер сейчас подойдет, — сказал он и вернулся к своему месту у двери, с другой стороны зала.
Кто подойдет? нервозно спросил Шаби.
— Официант, — объяснил Натан. — Обер по-голландски «официант».
— Вы принесли деньги? — сказал Шаби.
— К чему такая спешка? Надеюсь, все в порядке? — сказал Натан.
— Все в полном порядке.
Маленький человек был весь в поту. Вид у него был крайне встревоженный. Глаза то и дело через плечо офицера обращались на дверь. Натан был уверен, что Шаби чего-то ожидает, но чего именно? Напряжение за столом все росло.
— В чем дело, Шаби? — спросил Натан. — Что с тобой, черт возьми, творится? Ты просил, чтобы я привел этого человека. Я его привел. Ты хотел передать мне фотографии. Где они?