Лев и Сокол

Лангле Ив

— Ты это серьезно? — фыркнув, спросила она. Прицелилась и, прежде чем псих успел броситься, всадила пулю в его мозг размером с горошину. Угроза была устранена. Неподходящий момент для веселой погони, в которую он их втянул. Конечно, некоторые люди стали бы болтать, попытались бы арестовать, возможно, вступили бы в рукопашный бой. Но это была реальная жизнь, а не кино, и Кларисса не для того проводила часы на стрельбище, чтобы пропустить момент, когда наступит решающий момент действовать. Итак, она выстрелила на поражение

и положила конец террору этого психопата.

— Кларисса! Ты пришла за мной! — голос Нолана звучал так радостно, он широко улыбнулся.

Она чуть не покраснела.

— Ну, кто-то же должен был.

— Я рад, что это ты, но ты не могла прийти на несколько минут раньше, прежде чем он изувечил меня? — добавил Нолан скорбным тоном, смотря на прядь волос, которую она достала из сжатого кулака шимпанзе.

Чтобы скрыть повреждения кожи головы, потребовалось бы нечто большее, чем расческа и стрижка.

— Бедный Сильвестр. Не волнуйся. Они отрастут снова. Со временем.

Нолан нахмурился, вероятно, в ответ на ухмылку.

— Это не смешно, Кларисса. Гордость льва — это его грива.

— Ну, несколько недель у тебя будет ирокез. Только представь лицо своей матери, когда она это увидит.

— Ей это не понравится, не так ли?

— Определенно.

— Как ты узнала, где меня найти? — спросил, когда она перерезала скотч, которым он был обмотан.

— Когда я прилетела обратно, чтобы спасти твою волосатую задницу, — что она сделала в рекордно короткие сроки, даже несмотря на дорожную сумку с одеждой и оружием, которую носила на шее, — у меня было время обдумать то немногое, что мы знали об этом деле. Единственное, что объединяло все места преступлений, которые посетил Лестер это попкорн. — Те, у кого было хорошее обоняние, не только заметили необычный запах, но и обнаружили несколько зерен и крошек. Они просто не поняли, что это значит.

— Парню понравилась эта воздушная штука.

— И тут меня осенило. Где же было единственное место, где он мог достать тонны этого? Место, которое в настоящее время заброшено из-за продолжающегося спора с городом о разрешении на реконструкцию?

— Кинотеатр в центре города.

— Бинго. Исходя из этого предположения, я отправилась прямиком сюда и вызвала подкрепление, как только убедилась во всём.

— Ты попросила о помощи?

Хмурый взгляд в его сторону не стер недоверия с его лица.

— Так и сделала. Я не хотела рисковать твоей безопасностью.

На его губах появилась самодовольная улыбка.

— Потому что тебе не всё равно.

Она не ответила. Не смогла. Несмотря на то, что сказала Бренда, Кларисса не была готова ни в чём признаться. Или, по крайней мере, не первой.

Одним рывком Нолан разорвал частично распиленные путы, удерживавшие его, и быстро справился с теми, что были на ногах. Пока он выбирался из-за стола, Кларисса наблюдала

за ним, не зная, что сказать. Не зная, что скажет он. Что будет дальше? Что…

Забудьте об этом в ближайшее время. Группа агентов FUC с оружием наготове ворвалась в тесное помещение, выкрикивая приказы. Нолан был не единственным, кто размахивал руками, крича «Не стреляйте». К счастью, никто не разозлился, и, несмотря на очевидное, начали задавать вопросы. Люди толкались перед ней, ухаживая за её львом, и, чувствуя, что им мешает, Кларисса выскользнула за дверь, не зная, что делать и куда идти.

Рёв заставил оглянуться, но она не смогла увидеть Нолана из-за толпы агентов на пути.

— Кларисса! — Нолан снова заорал. — Не смей больше от меня улетать, женщина. Нам нужно поговорить.

Прислонившись к стене, она ничего не ответила, просто ждала, и, конечно же, оттуда выскочил взъерошенный мужчина с дикими глазами, одетый только в боксеры, из которых в беспорядке торчали иглы. Она поморщилась при воспоминании о его пытках.

— Ты должен позволить врачу позаботиться об этом.

Опустив взгляд, Нолан заворчал, вытаскивая шприцы.

— Я врач. И со мной все в порядке. Или будет, как только мы с тобой кое-что выясним. Почему ты оставила меня?

— Там становилось тесно.

— Не сейчас. Раньше.

Она пожала плечами.

— Мой офис приказал вернуться.

— Значит, ты просто ушла, не попрощавшись?

— В тот момент это казалось лучшим решением.

— Лучшим решением? Всё то время, что мы провели вместе, то, что мы разделили, все чувства, и ты ушла, даже не поговорив со мной.

— Я оставила записку.

Нолан скрестил руки на груди, не выглядя впечатленным.

Заметив любопытные взгляды, устремленные на неё из-за двери, она неловко поежилась.

— Мы обязательно должны обсуждать это здесь?

— Да, обязательно. Видишь ли, не собираюсь рисковать, что ты снова улетишь. Не раньше, чем я выскажу своё мнение. — Он глубоко вздохнул, и она приготовилась к новой тираде. — Я люблю тебя, Кларисса.

Она изумленно уставилась на него. Он только что сказал то, что сказал?

— Что?

— Я сказал. Я. Люблю. Тебя. В смысле, я-хочу-чтобы-ты-провела-остаток-своей-жизни-со-мной, люблю тебя.

Её сердце бешено колотилось.

— Но ты же кот. Я птица.

— И что?

— Значит, твоя мать никогда этого не потерпит.

— Мне всё равно. Я тебя люблю. Я хочу, чтобы ты вернулась ко мне.

— Даже если твоя семья меня возненавидит?

— Они тебя не ненавидят.

— Тогда почему твоя кузина Янна продолжает присылать мне по электронной почте рецепты фаршированных птиц?

Он ухмыльнулся.

— Потому что ты продолжаешь посылать ей разные рекламные ролики с едой для кошек с этими дурацкими бубенчиками.