Лето ночи

Симмонс Дэн

– Кто там? – рявкнул мистер Деннис.

Ни один человек в Элм-Хейвене не посмел бы обращаться к нему по имени. Да и на всем свете не много нашлось бы людей, осмелившихся на это.

Деннис-с-с-с-с. – Казалось, что в кустах шепчет ветер.

Нет, мистер Эшли-Монтегю не имел ни малейшего намерения идти туда. Он повернулся и, прищелкнув пальцами, подозвал Тайлера:

– Тут какой-то шутник забавляется. Ступай посмотри, в чем дело. И прогони его.

Тайлер кивнул и легко сбежал по ступенькам. Дворецкий был старше, чем казался, в действительности он даже успел повоевать

на фронтах Второй мировой войны, где он командовал небольшим отрядом, совершившим высадку в Бирме, с целью посеять панику и страх в японском тылу. После войны дела у семьи Тайлера пришли в упадок, но на службу к мистеру Эшли-Монтегю он попал исключительно из-за имеющегося у него военного опыта. Никакие гуманные соображения не могли бы заставить миллионера взять к себе в качестве телохранителя ненадежного человека.

Свирепствуя между экраном и стеной кафе, ветер разрывал полотно на части. Винсент Прайс с искаженным лицом кричал, что его сестра жива, жива, жива! Молодой джентльмен, гость Родерика Эшера, схватил фонарь и устремился в подвал, к склепу.

Вверху, над головами немногих зрителей сверкнула молния, с пугающей ясностью осветив весь город и заставив мистера Эшли-Монтегю на несколько секунд зажмуриться. Последовавший за ней удар грома был оглушительным. Последние зрители разбежались по домам или спешно попрятались по машинам, чтобы спастись от бури. Только лимузин миллионера одиноко притулился на стоянке около эстрады.

Мистер Эшли-Монтегю подошел к перилам и почувствовал, как первые холодные капли дождя стекают по его щекам подобно ледяным слезам.

– Тайлер… ладно, неважно! Давай погрузи оборудование и…

Первым, что он увидел на земле, были часы, золотой «ро-лекс» Тайлера блеснул при свете следующего разряда молнии. Они были надеты на запястье Тайлера, которое странным образом торчало из земли между кустами и эстрадой. Остальной части руки не было видно. В деревянной решетке, служившей фасадом эстрады, была пробита огромная дыра – пробита или… прогрызена. Оттуда доносился непонятный шум.

Мистер Эшли-Монтегю медленно отступил от перил. Он открыл было рот, чтобы закричать, но тут же сообразил, что он остался один – Мейн-стрит была совершенно пустынна, как бывает в три часа ночи. Ни одной машины не было видно и на Хард-роуд. Мистер Эшли-Монтегю все равно закричал, раздавшийся в тот же миг удар грома был особенно долгим, за первым ударом немедленно последовал другой. Все небо было затянуто черными, странно подсвеченными снизу тучами, а ветер постепенно превратился в нешуточный ураган.

Мистер Эшли-Монтегю бросил взгляд на свой лимузин, припаркованный всего лишь в пятидесяти футах от того места, где он стоял. Ветки деревьев как безумные метались над головой, одна из них неожиданно обломилась и упала прямо на скамью.

«Они хотят, чтобы я побежал к машине».

Мистер Эшли-Монтегю покачал головой и остался на месте. Если он останется тут, он просто немного промокнет. Буря может прекратиться. Раньше или позже городской констебль, или шериф округа, или кто-нибудь еще проедет мимо, совершая ночной объезд, и непременно остановится, чтобы узнать, почему проектор все продолжает крутиться.

На

экране возникла женщина с белым, как простыня, лицом и окровавленными пальцами, за нею развевался длинный саван. Она медленными шагами шла по тайному ходу. Увидев ее, Родерик Эшер дико заверещал.

Под ногами мистера Эшли-Монтегю деревянный пол семидесятидвухлетней эстрады неожиданно накренился, встал дыбом и рассыпался. Стук его досок вторил новому раскату грома.

У мистера Денниса Эшли-Монтегю хватило времени лишь на то, чтобы один раз взвизгнуть, когда из земли высунулась пасть огромной миноги и шестидюймовые зубы сомкнулись вокруг его голеней. Его потащили в дыру.

Последний кадр, показывающий крушение дома Эшеров, выглядел на экране гораздо менее драматическим, чем тот, что сейчас разворачивался за эстрадой парка Элм-Хейвена.

– Вот наш план, – сказал Майк.

Все ребята собрались около топливного насоса рядом с гаражом во дворе Кевина. Двери в гараж были открыты и насос включен. Дейл наполнял бензином бутылки из-под коки, но при этих словах он тоже поднял голову.

– Дейл с Харленом идут в школу. Вы знаете, как забраться внутрь?

Дейл покачал головой.

– Я знаю, – ответил Харлен.

– Хорошо, – кивнул Майк. – Начинайте с подвала. Я постараюсь встретиться с вами там. Если буду где-нибудь в другом месте, то подам условленный сигнал. Если его не будет, ищите место сами.

У кого будет радио? – спросил Харлен.

Он снял руку с косынки, которая ее поддерживала, и теперь мог пользоваться обеими руками, только легкая повязка на руке делала движения его несколько неуклюжими.

Майк протянул свой приемник Харлену.

У тебя и Кевина. Кев, ты знаешь, что должен делать?

Худощавый парнишка кивнул, но тут же отрицательно затряс головой.

Получается, что вместо пары галлонов, как мы планировали, ты решил заполнить цистерну целиком?

Майк молча кивнул, он был как раз занят тем, что распихивал по карманам патроны. Водяной пистолет уже торчал у него из-за пояса.

Кевин сжал пальцы в кулак.

Зачем? Ты же хотел всего только облить бензином окна и двери школы!

– Этот план может не удаться, – ответил Майк. Склонившись над обрезом Мемо, он зарядил его и щелкнул затвором. – Я хочу, чтоб эта штука была заполнена доверху. Если понадобится, мы въедем через северный вход прямо в школу. – И он махнул рукой в сторону школьного двора, указывая, через какой именно. На улице вовсю бушевал ветер, молнии полосовали небо, огромные, в ярд толщиной, ветви сторожевых вязов метались на ветру, как руки паралитика.

Кевин вопросительно глянул на Майка.

– Каким именно образом мы можем сделать это? Перед передним крыльцом еще четыре или пять ступеней. Даже если грузовик сможет проехать через эту дверь, ему никогда не взобраться по ступеням.

Майк указал на Дейла и Харлена.

– Ребята, вы видели те толстые старые доски, которые валяются около мусоросборника? Их там бросили еще в прошлом году, когда ремонтировали старое крыльцо на западном конце дома.

Харлен кивнул.

– Я знаю. На них-то я и упал несколько недель назад.