Лето двойников

Уайлдер Черри

– Знаю, знаю, но что мне оставалось делать? Профессор мечтательно разглядывал Адамсона, точно мальчишка витрину магазина игрушек.

– Думаю, если мистер Адамсон проверит ячейки своей памяти, он сможет подтвердить, что я не брал образцов внеземного происхождения.

Адамсон кивнул, не делая больше попыток якобы свериться с записной книжкой.

– В последнем случае это были растения, камни, мертвый дрозд, а еще две белки, которых я подобрал метрах в двадцати от кратера.

– Белки? Какие, рыжие?
– требовательно спросила Верити.

–

Серые, - отозвался профессор.
– Грей... покажите-ка нам серых белок [игра слов: грей (англ. grey) - серый].

Эд Грей подбежал к помосту, взял одну из клеток и поднял над головой.

– Ужасно!
– бормотала между тем Верити.
– Если эти проклятые метеориты убивают белок...

– Тихо, детка!
– сказал Кэртойс.
– Белки вовсе не мертвы. Профессор жестом пригласил агентов подойти.

– Разумеется, животным приходится несладко. Около одного из кратеров я обнаружил дохлую ласку, около другого - труп овчарки. Впрочем, обращаю ваше внимание на то, что громадному количеству животных падение метеоритов не причинило ни малейшего вреда. Мне сообщили об овцах, которые остались живы и здоровы, а месяца три назад я сам натолкнулся на пару кроликов...

– Что вы делаете с животными?
– поинтересовался Брюстер. Он не верил такой удаче. Адамсон совершил чудо: куда только девалось былое недоверие старика к службе безопасности!

– Да, отец, - поддержала инспектора Верити, - что ты с ними делаешь?

– Проверяю на радиоактивность, что же еще?
– сердито ответил профессор.
– Как, по-твоему, что я могу с ними делать? Препарировать? Вечно ты выдумываешь невесть что, Верити; нельзя же доходить до таких крайностей. Никто на твою экологию не посягает!

Эд Грей установил клетку с белками в большую демонстрационную камеру на конце рабочего стенда. Он включил в камере свет, а потом нажал рычажок. Клетка открылась. Теперь все могли видеть белок: они спали, свернувшись калачиком, уткнув мордочки в пушистые хвосты.

– Спят?
– спросил Адамсон, который по любопытству, похоже, не уступал профессору.

– Отходят от шока, - пояснил Лэтэм.
– В остальном оба зверька на данный момент абсолютно здоровы. Никаких следов радиации.

– Ты проверил их?
– спросила Верити.

– Да, но боюсь, весьма поверхностно, - сказал профессор.
– Мне едва хватило времени на то, чтобы покрутить над ними счетчиком Гейгера. Нужно более детальное обследование. Если тебе так интересно, милочка, займись этим сама. Попроси Грея помочь. Он повернулся к Адамсону с Брюстером.

– Живого инвентаря нам не хватает, - сказал он.
– Сейчас мы работаем с металлами. Кстати, раз уже зашла о них речь, то так называемая оболочка, найденная на участке номер пять близ Гастингса, есть, на мой взгляд, не что иное, как кусок магматической породы!

– Вы не обнаружили ничего такого, что подтверждало бы...
– начал быстро Брюстер.

– ...популярную теорию "инопланетного зондирования?" - докончил, фыркнув, профессор.
–

Нет... ничего... если не считать регулярного распределения метеоритов по площадям.

– Ваша гипотеза "решетчатой структуры", - проговорил Адамсон.

– Совершенно верно, - профессор кивнул Кэртойсу.
– Пойдемте выпьем кофейку в демонстрационном зале. Я покажу вам фильм, который поясняет мою гипотезу.

2

Чарлз Кэртойс приобрел привычку каждое утро после завтрака заходить в оранжерею и угощать белок орехами. Изящным стеклянным куполам оранжереи разительно не соответствовали джунгли проржавевших труб на полу. Но деваться некуда: без системы центрального отопления замерзли бы пальмы и нежный древесный папоротник. Верити развесила в оранжерее клетки и уделяла белкам значительную часть своего времени. Кэртойс удивлялся такой заботливости: белки были симпатичными зверушками, но не более того. Он решил, что девушка, должно быть, старается завоевать расположение отца, демонстрируя преданность науке. Перепады настроения профессора тем временем настораживали: то он был ласков с Верити, хваля ее усердие, то вызывал сердечные спазмы у экономки миссис Фернесс, заявляя, допустим, что у одной из белок будто бы выросла вторая голова. Но, что гораздо серьезнее, он отказался от услуг Эда Грея в качестве лаборанта, хотя работа со сплавами и новым трансформатором приближалась к наиболее ответственной стадии.

Нащупав в кармане орехи, Кэртойс вошел в оранжерею, насвистывая на ходу. Одна из белок оказалась совершенно ручной, и потому Верити выпустила ее из клетки. Сейчас зверек сидел на ветке над головой девушки, глядя, как она страница за страницей печатает отчет о результатах наблюдений.

– Иди к Чарлзу, - ласково приказала Верити, не отрываясь от машинки.

Зверек прыгнул к Кэртойсу и схватил у того с ладони угощение. Кэртойс погладил животное и вдруг заметил, что Верити как-то странно поглядывает на него. Он смутился.

– Что такое, Верити?

– Есть новости, - сказала она.

Девушка произнесла эту фразу таким тоном, что Кэртойсу стало ясно: она собирается сообщить ему нечто экстраординарное, но боится слишком взволновать. Верити забрала у него белку и пересадила в большую клетку, где на толстом суку примостилась другая. Кэртойс достал еще один орех. Зверушка осторожно спустилась, робко приняла лакомство и опрометью кинулась обратно.

– Боязливая, - заметил Кэртойс.
– Наверное, самка.

– Они обе самки, - сухо ответила Верити. В ее голосе прозвучали профессорские нотки.

– А я-то считал их доброй супружеской парой, - хмыкнул он.
– Думал, сидели они рядышком на ветке, а тут - бац!
– метеорит. Верити перелистала отчет.

– Я подчеркнула отдельные места, - проговорила она.
– Когда Эд проводил предварительный осмотр, то не сумел сразу определить пол белки, той, которая ручная. То, что она самка, как и другая, выяснилось уже потом.

– Ты разве их никак не назвала?