Летний снег
Шрифт:
Даже сквозь боль и помутневший разум, Мадока начала понимать, куда клонил мужчина.
— Скажи, тварь, ты помнишь Рин? Рин Нохара? — с каким-то безумием в голосе вкрадчиво спросил он.
Имя было не знакомым ей, но контекст более, чем ясен. Что-то щелкнуло у неё в голове. Мадока не удержалась.
— Откуда… Откуда мне знать о твоих шлюшках, мальчик? — хрипло засмеялась она.
Из горла мужчины вырвался какой-то животный крик и на неё обрушился град ударов. Шиноби знал, как правильно бить на поражение,
— Это ты! Ты, сука, запечатала в неё Трёххвостого! Она была всем для меня, слышишь, мразь?! Всем! И ты сделала из неё грёбанную бомбу! Из маленькой девочки! Я терпел! Все эти годы я терпел, потому что мне нужен был Туман, а ты была необходима Туману… И я так рад, что теперь, наконец-то, у меня есть повод!
Вдруг мужчина остановился, тяжело дыша, заметив её состояние, и маниакально зашептал.
— Нет, нет-нет-нет, даже не вздумай бежать от меня в Чистые Земли! Ты так просто не умрёшь, поняла?! Я не дам тебе так легко уйти! Я превращу твою оставшуюся жизнь в ад!
Мадока засмеялась булькающим, прерывистым смехом.
— Что смешного?! — снова взъярился мужчина, подняв голос.
С трудом Мадока смогла проглотить кровь и поднять замыленный взгляд на него. — Та ваза… Была с сюрпризом. Твои легкие… Уже горят?
Мужчина замер, прислушиваясь к своим ощущениям.
— У меня нет… Противоядия, — продолжила Мадока, медленно, тяжело, но с удовольствием растягивая слова. — Только иммунитет. Поэтому… Беги. Хоп-хоп.
Неожиданно он закашлялся. Протяжным, тяжёлым кашлем, длившемся несколько секунд.
— Раз у тебя иммунитет, то я возьму тебя с собой! — рявкнул он, слегка отдышавшись.
— Попробуй… И тогда я точно подорвусь.
Шиноби почти отчётливо зарычал в приступе бессильной ярости, осознав патовую ситуацию, в которую она его поставила, но звук почти тут же перешёл в ещё один протяжный, мокрый кашель. Мадока снова слабо засмеялась.
— Я, вернусь, — мрачно сказал он, тяжело дыша. — Не волнуйся, кх-кх, много времени это не займёт. Может, я даже успею до того момента, как ты подохнешь. — На этих словах он стремительной тенью метнулся в сторону коридора, выходившего к двери.
Что за монстр… Я думала, он так и не начнёт показывать симптомы… Кто же ты такой, Учиха?
К сожалению, всё сводилось к тому, что ей этого уже было не узнать. Силы стремительно покидали её, не в последнюю очередь из-за внутреннего кровотечения.
Она не могла даже пошевелиться, не говоря уж о том, чтобы воспользоваться печатью Последнего Шанса. Перед глазами плясали психоделические цвета, вызывая противную, тяжелую тошноту.
Или это её размазанные по её же позвоночнику органы давали о себе знать?
Я
Наверное, ей стоило ожидать, что когда-то всё повернётся именно так. Её работа не подразумевала счастливых концов для неё. Умереть, захлебнувшись своей кровью на полу своей кухни, было ещё не самым худшим вариантом.
Как же, всё-таки… Не вовремя…
Она лишь надеялась, что с Хаку будет всё в порядке. Наверняка проснувшись от шума, у него хватило ума затаиться и избежать внимания таинственного шиноби, так что у него будет шанс, хоть и не такой большой, как ей бы хотелось…
— Ма- Мадока-сан! — раздался знакомый голос неподалёку. — Чёрт, чёрт, чёрт! Печать, где печать… Не здесь, твою, где!.. Нет, нет времени, я не, я не успею… Нужно остановить… Слишком много…
По какой-то странной причине его отчаянное беспокойство за её жизнь вызвало неуместное тепло в её сердце. Ей нужно было сказать ему, чтобы он бросил её и спасался сам, но она уже ничего не могла сделать.
Сознание начало покидать её. Слова Хаку приходили к ней всё более раздробленными отрывками.
— …Остановить… Зеркало?..
Отдалённо она ощутила слабый страх, связанный с последним словом в данном контексте, угасавший вместе с разумом.
И затем весь мир… Раскололся.
Глава 7
Мгновение неожиданного, невозможного триумфа оборачивается потрясением.
Бесшумный взрыв восприятия гвоздем вбивает яркий свет прямиком в зрительный нерв, резко, мучительно.
Передо мной, куда ни посмотри, я вижу снег.
Снег и лёд.
Два вечных напарника, мои неутомимые спутники.
Смена обстановки слишком обескураживающая. Я судорожно пытаюсь прийти в себя, наскрести пару нехотя работающих извилин, упрямо игнорируя схожесть ситуации с моим самым первым пробуждением. На самом деле, сходств не так уж и много. Вокруг не было ни намека на зеленый цвет, лишь белый и оттенки синего. Не опушка леса, а скорее горное ущелье.
Не лес, а скорее Антарктика.
Родившаяся мысль заводит двигатель разума, выводит из ступора.
Я резко вскочил на ноги, чудом умудрившись не провалиться в снег. Первым, что я заметил с нарастающей паникой, было отсутствие Зеркала. Вторым, отсутствие Мадоки.
— Она же была у меня в руках, что случилось?!
Думай, думай, что произошло? Что ты сделал?
Мне была нужна ясность и план действий. Сейчас же.
Глубокий вдох. Я закрываю глаза.
Первым делом я отрезаю слух. Гул ветра исчезает, утопая в тишине. Следующими отрезаются тактильные ощущения, унося с собой колкость снежинок и легкую прохладу. Вкус и обоняние уходят практически незаметно.