Летний рыцарь

Батчер Джим

Билли с облегченным вздохом схватил меня за плечо.

– Давай. Только не слишком задерживайся, Гарри. Надо сматываться. Битва приближается сюда.

Билли не ошибался. Я слышал в тумане близкое ржание и топот сотен бегущих в ногу гоблинов.

– Мы не можем бежать, – возразила Мерил. – Лилия все еще у Авроры.

– Поговорим позже, – оборвал ее Билли. – Они уже идут! – он опустился на четвереньки и обратился волком, пока мы поворачивались к надвигавшимся воинам-сидхе.

Река за их спиной внезапно вскипела, и из волн вырвался на берег новый отряд кавалеристов в синем и фиолетовом. Всадники тоже были сидхе,

но в причудливых доспехах, украшенных стилизованными снежинками. Их было немного – всего десять-двенадцать, но они атаковали верхом и с тыла. Они врезались в ряды Летних клином, на острие которого скакал всадник в белоснежной кольчуге с сияющим ледяным мечом в руках. Летние пытались организовать оборону, но их застали врасплох, и они понимали это.

Предводитель отряда Зимних зарубил одного пешего рыцаря, потом повернулся к другому и быстро описал рукой замысловатую фигуру в воздухе. Облачко холодного пара сгустилось вокруг того, и он застыл, а на поверхности его тела и доспехов мгновенно наросла ледяная корка, словно тот замерз изнутри. В считанные секунды он превратился в ледяную глыбу, внутри которой смутно виднелась человеческая фигура. Бледный всадник небрежно повернул коня, и тот ударил в глыбу копытом.

Лед раскололся на мелкие обломки, и на земле не осталось ничего, кроме бесформенной груды медленно тающих ледышек.

Бледный всадник снял шлем и одарил меня ослепительной улыбкой. Это была Мэйв, Зимняя Леди; глаза ее сияли свирепой жаждой крови, волосы прилипли ко лбу мокрыми прядями. Она мечтательно слизнула кровь со своего клинка, а тем временем еще один воин из Летних припал на колено спиной к реке, подняв меч в отчаянной попытке остановить надвигающихся на него всадников.

Вода снова вскипела, из нее высунулись тонкие, бледные женские руки и схватили его за горло. Я успел увидеть мелькнувшие золотые глаза, оскал зеленозубой улыбки, и вопль несчастного оборвался, а сам он скрылся под водой. Оставшиеся летние воины спасались бегством, а верховые Зимние преследовали их.

– Твоя крестная шлет тебе привет, – крикнула мне Мэйв. – Мне стоило бы действовать быстрее, но это вышел бы честный поединок, а это не по моей части.

– Мне нужно попасть к Столу, – крикнул я в ответ.

– Мне передали, – кивнула Мэйв. Она тронула коня, подъехала к неподвижной фигуре Ллойда Слейта, и ее красивое лицо снова осветилось сияющей улыбкой. – Мои всадники атакуют ниже по течению, отвлекая силы неприятеля на себя. Ты сможешь подняться вверх по течению, – она перегнулась с седла. – Привет, Ллойд, – ласково мурлыкнула она. – Нам надо поговорить.

– Раз так, пошли, – с усилием произнесла Мерил. – Вы можете идти?

Вместо ответа я поднялся на ноги. Мерил тоже встала, хотя я и видел, как перекосилось ее лицо от боли. Хват держал наготове свой окровавленный разводной ключ. Я подобрал посох, но жезла не нашел. Черный акушерский саквояж лежал рядом, и я на всякий случай проверил, в порядке ли его содержимое, прежде чем застегнул его и поднял с земли.

– Ладно, ребята. Пошли.

Мы бежали вдоль берега трусцой, экономя силы. Я не знал, далеко ли нам до цели. Вокруг царили хаос и смятение. Рой светлячков обогнал нас, а за поворотом реки взглядам нашим открылся десяток здоровенных, с футбольный мяч пауков, в паутине которых билось с дюжину тех самых светлячков. Свора серых и зеленых гончих гналась за пантероподобным

существом, пытавшимся прорваться к реке. В воздухе свистели стрелы, и повсюду виднелись мертвые или умирающие фэйре.

Наконец земля под ногами начала подниматься, и поглядев вперед, я увидел перед нами холм с Каменным Столом на вершине. Я мог даже различить там, наверху, массивную тушу Коррика, который пятился от каменной фигуры Лилии – судя по всему, ее только что поставили на Стол. Рядом виднелась стройная фигурка Авроры – спешившись, она злобно смотрела в нашу сторону.

– Лилия! – вскричала Мерил, но голос ее дрогнул. Хват тревожно повернулся к ней, и она, скривившись от боли, опустилась на одно колено. – Найди ее, Хват. – Спаси ее и отведи домой, – она огляделась по сторонам, и взгляд ее остановился на мне. – Вы ему поможете?

– Вы же заплатили, – заверил я ее. – Оставайтесь здесь. Не вставайте. Вы и так сделали что могли.

Она покачала головой.

– Не все, – выдохнула она, но все же опустилась на землю, зажав рукой рану и тяжело дыша.

Аврора бросила Коррику какую-то команду. Кентавр кивнул и, зажав в руке копье, поскакал по склону нам навстречу.

– Вот черт, – буркнул я. – Билли, этот парень – тяжеловес. Не приближайтесь к нему. Лучше попробуйте отвлечь его.

Билли согласно прорычал что-то, и оборотни устремились наперехват кентавру. Сблизившись с ним, они рассыпались веером и по очереди, уворачиваясь от его копыт и копья, принялись терзать его за бока и бедра.

– Оставайтесь с Мерил, – сказал я Хвату и, обогнув волков с кентавром, поспешил вверх по склону к Каменному Столу.

Я подошел достаточно близко, чтобы видеть, как Аврора замерла перед изваянием Лилии. В руках она держала Расклятье Матери Зимы. Она прижала его к статуе и потянула за свободные концы нити, начиная распускать вязку. Я ощутил нечто, какую-то темную тяжесть, бесцеремонно коснувшуюся моих магических чувств. Нить за нитью, ряд за рядом Расклятье распускалось в тонких пальцах Авроры.

Я протянул руку к ним; адреналин и боль сообщали мне достаточно энергии для заклятья.

– Ventas servitas! – крикнул я. Внезапный порыв ветра подхватил клочок вязаной ткани, вырвал его из рук Авроры и швырнул в мою сторону. Я подхватил его и показал Авроре язык. – Мип-мип! – завопил я, подражая мультяшному страусу Роудраннеру, и очертя голову бросился вниз по склону.

– Будь ты проклят, чародей! – взвизгнула Аврора, и звук ее голоса вцепился в меня зазубренными когтями. Она подняла руки, выкрикнула что-то еще, и земля под ногами содрогнулась, лишив меня равновесия. Я упал и покатился вниз, к самому подножию холма. Мне понадобилась целая секунда, чтобы суметь хотя бы вздохнуть, а потом я перекатился на спину и сел.

Новый порыв ветра ударил мне в лицо, опрокинул обратно на землю и вырвал Расклятье у меня из рук. Я поднял взгляд и увидел, как Аврора небрежно поймала его и не спеша пошла обратно наверх. Я пытался встать и броситься следом, но не смог даже сесть: ветер продолжал прижимать меня к земле.

– Все, никаких помех больше, – бросила Аврора и махнула рукой.

Земля застонала. Из нее, извиваясь, вырос вдруг усеянный шипами росток толщиной в мою руку, за ним показался другой, и вокруг вершины выросла живая изгородь, такая густая, что я не видел сквозь нее ни Авроры, ни Стола с Лилией.