Летний рыцарь
Шрифт:
Я расстегнул пуговицу своих джинсов, приспустил бегунок молнии на ширинке и вылил холодную воду себе на трусы.
Случаются потрясения приятные. Этот случай к ним никак не относился. Вода оказалась такая холодная, что в ней сами собой вспухали льдинки, словно она пыталась замерзнуть изнутри. Ледяной холод попал именно туда, куда мне было нужно, и все внутри моих джинсов сжалось в животном ужасе. Я невольно вскрикнул, и кожа моя мгновенно покрылась цыпками.
Однако желаемого эффекта я добился. Охватившая меня всего животная страсть разом исчезла. Я смог оторвать взгляд от
– Мне очень жаль, лапочка, но с вашим предложением у меня выходит пара проблем.
Мэйв капризно сжала губы.
– И каких же?
– Во-первых. Я не собираюсь отдавать вам ребенка. Ни своего, ни чьего угодно. Ни сейчас, ни когда-либо потом. Если бы у вас в голове было хоть немного мозгов, вы поняли бы это и так.
И без того бледное лицо Мэйв побелело еще сильнее, и она возмущенно выпрямилась на троне.
– Да как ты смеешь...
– Заткнитесь, – рявкнул я с силой, от которой, как мне показалось, содрогнулись стены. – Я еще не кончил.
Мэйв дернулась как от удара. Рот ее открылся, и она изумленно уставилась на меня.
– Я пришел сюда по вашему приглашению и нахожусь под вашим покровительством. Я ваш гость. Но, несмотря на это, вы пытаетесь оплести меня своими чарами, – я встал и оперся о стол руками, пригнувшись в ее сторону. – Мне некогда заниматься всякой ерундой. Вам меня не запугать, леди, – я выпрямился. – Я пришел сюда только за ответами – но если вы попробуете и дальше давить на меня, я буду лягаться в ответ. И сильно.
Мэйв явно совладала с охватившим ее гневом. Она откинулась на спинку трона, надув губки и придав лицу загадочное, непроницаемое выражение.
– Ну, ну. Похоже, тебя не так-то просто застать врасплох.
Тишину разрезал новый, спокойный мужской голос.
– Я же говорил вам, Мэйв. Вам стоит поучиться мягкости. Вряд ли тот, кто объявил войну Красной Коллегии, спокойно отнесется к тому, что на него давят, – говоривший вступил в зал через ту же дверь, что и я несколько минут назад, и небрежной походкой двинулся к трону Мэйв.
Это был мужчина лет тридцати-тридцати пяти, среднего роста, в темных джинсах, белой футболке и кожаной куртке. На куртке и лице виднелись с одной стороны какие-то бурые брызги. Голова его была почти лысой – ну, не считая короткого темного ежика пониже затылка.
Он приблизился, и я разглядел его получше. На шее его виднелось клеймо. На коже словно застыла снежинка – белый замерзший шрам. Кожа на половине лица покраснела и чуть распухла, и с этой стороны у него недоставало половины брови и полоски волос у затылка – он обгорел, и совсем недавно. Он подошел к трону и опустился перед ним на колено, каким-то образом ухитрившись сохранить при этом небрежное достоинство. Он протянул Мэйв шкатулку.
– Так ты исполнил приказ? – спросила Мэйв с почти детским нетерпением в голосе. – Что задержало тебя так долго?
– Это оказалось не так просто, как вы мне говорили.
Зимняя Леди почти вырвала резную шкатулку из его рук; глаза ее возбужденно сияли.
– Познакомься, чародей. Это мой Рыцарь, Ллойд из рода Слейтов.
Слейт кивнул мне.
– Как дела?
– Напряженно, – отозвался я, кивнув в ответ. – Так вы и есть Зимний Рыцарь?
– Пока что да. А вы, я понимаю, эмиссар Зимы. Задаете вопросы и ведете расследование, так?
– Ага. Вы не убивали Рональда Ройеля?
Слейт звонко рассмеялся.
– Бог мой, Дрезден. Вы ведь не теряете время даром, да?
– Свою дозу неискренней вежливости на сегодня я исчерпал, – буркнул я. – Так убивали вы его или нет?
Слейт пожал плечами.
– Нет. Честно говоря, я не уверен, что вообще смог бы убить его. Он занимался этими делами гораздо дольше, чем я.
– Он был пожилой человек, – напомнил я.
– Как многие чародеи, – парировал Слейт. – Потрепать ему нервы я мог бы, это точно. Убить его – совсем другое дело.
Мэйв вдруг испустила злобное шипение, неожиданно громкое в наступившей тишине. Она подняла ногу и лягнула Слейта в плечо. Что-то с треском порвалось при ударе; Зимний Рыцарь полетел с помоста вниз, на ближайший столик и сидевших за ним сидхе. Столик опрокинулся, разбросав все, что на нем стояло, и сидевших за ним по сторонам.
Мэйв вскочила с трона, отшвырнув в сторону зеленозубую Джен. Она достала из шкатулки нож, по виду напоминающий обыкновенный, армейский. На лезвии запеклось какое-то черное желеобразное вещество, что-то вроде подгоревшего соуса для барбекю.
– Безмозглая скотина! – взвизгнула Мэйв. – Бесполезна! Эта штука для меня бесполезна!
Она швырнула нож в Слейта. Он угодил тому рукоятью чуть выше локтя. Лицо Слейта исказилось внезапной яростью. Он схватил нож, поднялся на ноги и шагнул к Мэйв. Судя по выражению его лица, ничего хорошего ее не ожидало.
Мэйв выпрямилась во весь рост, и лицо ее осветилось какой-то особенной, жуткой красотой. Она подняла правую руку, сомкнув безымянный и большой пальцы, и прошептала что-то на незнакомом мне текучем наречии. Голубое сияние вспыхнуло вокруг ее пальцев, и температура в помещении упала градусов этак на сорок. Она произнесла еще пару слов, щелкнула пальцами, и сияние голубыми мотыльками устремилось навстречу Слейту.
Клеймо в форме снежинки вдруг вспыхнуло ослепительно-ярким светом, и Слейт застыл на полушаге, словно тело его вдруг окаменело. Кожа вокруг клейма посинела, потом побагровела и продолжала темнеть, пока не сделалась почти черной – со стороны это напоминало снятую замедленной съемкой гангрену. С губ Слейта сорвалось негромкое рычание, и я увидел, как дрожит его тело от усилия в попытке рвануться к Мэйв. Он дернулся и сделал еще шаг.
Мэйв подняла вторую руку. С вытянутого указательного пальца сорвался вихрь. Он пронесся мимо меня, почти не коснувшись, но даже так у меня перехватило дыхание от холода. Он завился вокруг Слейта, раздув его расстегнутую кожаную куртку. С бровей и ресниц его срывались хлопья изморози. Искаженное гневом лицо его застыло, и он снова замер на месте.