Летний рыцарь
Шрифт:
– О которых именно? О тех, Которые Правят, о Тех, Которые Оставили Престол, или о Тех, Которые Унаследуют Престол?
С минуту я молча смотрел на череп. Боль устраивалась в моей голове поудобнее.
– Всему этому наверняка есть объяснение проще, чем это.
– Вот это совершенно в твоем духе. Ты не можешь даже младенца украсть, но слишком ленив для сопряжения.
– Эй, – возмутился я. – В моей личной жизни нет места... Как его?
– Сопряжения, Гарри. Сопря... черт, не стоит и стараться. Королева – она так и есть, просто Королева. Королева Титания,
– Леди, Королева, Мать – ясно, – я взял ручку и записал все это включая имена – просто так, для лучшего усвоения. – Значит, у нас есть шесть подозреваемых, способных на это?
– Плюс Зимний Рыцарь, – напомнил мне Боб. – В теории.
– Точно, – согласился я. – Семь, – я сделал пометку на бумаге и задумчиво постучал ручкой. – Вообще-то восемь.
– Восемь? – переспросил Боб.
Я сделал глубокий вдох.
– Элейн жива, – пояснил я. – Она расследует это дело для Летних.
– Уау, – сказал Боб. – Уау. Говорил же я тебе.
– Знаю, знаю.
– Ты думаешь, она могла пришить Ройеля?
– Нет, – покачал головой я. – Но если вспомнить, когда они с Джастином взяли меня тепленьким, я тоже ничего не заметил. Мне нужно только обдумать, имелись ли у нее возможности для этого. Я хочу сказать, если ты считаешь, что это было бы не по зубам мне, то уж ей – тем более. Я всегда был на порядок сильнее ее.
– Ну да, – хмыкнул Боб. – Зато она была лучше тебя. У нее уйма такого, чего у тебя не было и не будет. Изящество. Стиль. Элегантность. Бюст.
Я закатил глаза.
– Короче, она остается в списке до тех пор, пока я не найду оснований ее вычеркнуть.
– Надо же, Гарри, что за логика. Я почти горд.
Я подтянул к себе папку, полученную от Мэб, и еще раз перебрал газетные вырезки.
– Да, кстати, а тебе известно, кто сейчас Зимний Рыцарь?
– Фигушки. Мне очень жаль, – признался Боб. – Видишь ли, мои контакты с Зимними носят, скажем так, ограниченный характер.
– Раз так, ладно, – я вздохнул и собрал свои записи. – По крайней мере, я знаю, что делать дальше.
– Приятно слышать, – подозрительно сухо заметил Боб.
– Можешь не сомневаться. Я хочу больше знать об этом Ройеле. Кто был с ним близок. Может, кто-нибудь что-нибудь видел. Если полиция расценила это как несчастный случай, сомневаюсь, что велось хоть какое-то расследование.
Боб кивнул и каким-то образом ухитрился придать себе задумчивый вид.
– И что? Дашь объявление в газету, или еще чего?
Я медленно двинулся в обход стола, задувая свечи.
– Пожалуй, начну с незаконных проникновений. Потом схожу на его похороны: посмотрю, кто там покажется.
– Надо же! Скажи, мне тоже разрешат заниматься такими же интересными вещами, когда я вырасту?
Я фыркнул и повернулся к лестнице, забрав с собой последнюю горящую свечу.
– Гарри? – окликнул меня Боб, когда я уже поставил ногу на нижнюю ступеньку.
Я помедлил
– Ты только это... осторожнее, – если бы я не знал Боба лучше, я решил бы, что этот чертов череп дрожит. – Ты же с женщинами идиот-идиотом. И ты даже представить себе не можешь, на что способна Мэб.
Секунду-другую я молча смотрел на него. Его оранжевые глаза оставались единственным пятном света в моей темной лаборатории. Почему-то меня пробрала дрожь.
Я тряхнул головой, забрался по стремянке наверх и закрыл люк.
Глава одиннадцатая
Я сделал пару телефонных звонков, кинул в нейлоновый рюкзак пару-другую предметов и отправился вламываться в квартиру Рональда Ройеля.
Ройель проживал в южной части Петли, в доме, напоминающем бывший театр. Высоченный потолок входного холла заставил меня оглядываться по сторонам в поисках бархатных шнуров и прислушиваться в ожидании нестройной какофонии настраиваемых инструментов в оркестре.
Я вошел в вестибюль решительным шагом. На голове моей красовалась форменная кепка с эмблемой службы доставки на дом; под мышкой я держал длинную белую коробку из-под цветов. Я небрежно кивнул пожилому охраннику в вестибюле и тем же решительным шагом направился мимо него к лестнице. Нет, право же, вы и сами удивились бы тому, как далеко вас могут завести кепка, коробка и решительный шаг.
По лестнице я поднялся на третий этаж, в квартиру Ройеля. Я поднимался медленно, навострив все свое чародейское чутье – в первую очередь меня интересовало, не осталось ли на месте гибели старикана хоть каких-то следов магической энергии. Для верности я даже постоял с минуту на том месте, где нашли тело Ройеля, но не ощутил ничего такого. Если для убийства Ройеля и использовали уйму магии, кто-то сумел здорово замести следы. Чертовски здорово.
В общем, я поднялся дальше, на третий этаж, но только когда я отворил дверь с лестничной клетки в коридор, мои инстинкты предупредили меня, что я не один. Я застыл в двери и Прислушался.
Слушать не так уж и сложно. Я даже не уверен, что это настолько магическое свойство. Вряд ли я смогу объяснить это; суть в том, что я способен отключить все кроме того, что я слушаю, и это позволяет мне улавливать то, что в обычном состоянии я упустил бы. Это умение, которым в наши дни мало кто обладает, и оно здорово пригодилось мне не раз, и не два.
На этот раз я Услышал негромкое басовитое проклятье и шорох перебираемых бумаг.
Я открыл коробку из-под цветов, достал оттуда свой жезл и на всякий случай проверил браслет-оберег на руке. Вообще-то в замкнутом пространстве вроде этого я предпочел бы жезлу свой револьвер, но не уверен, что смог бы быстро и убедительно объяснить это охране или полиции, если бы они застали бы меня шарящим по квартире покойника. Я покрепче стиснул жезл и бесшумно скользнул вперед по коридору, надеясь, что мне не придется воспользоваться им. Хотите верьте, хотите нет, но моей первой инстинктивной реакцией не обязательно является желание пожечь все к чертовой матери.