Летний дождь

Кудрявцева Вера Матвеевна

И веселый этот человек вытер руки тряпкой, достал карандаш и стал рисовать:

— Сперва бабочка бывает вот таким вот червяком, не веришь? Гусеница называется. Вот тут уж она настоящая обжора! Жрет-жрет все подряд! Листья в основном. Вот тогда она даже вредная! А как насытится, в куколку превращается, смотри, вот в такую неподвижку, без ног, без крыльев. Лежит, лежит и вдруг — фррр! И вылетела из этой куколки раскрасавица бабочка! Тут уж ей не до еды! Тут уж ей бы полетать вволюшку,

на солнышке погреться!

— А потом опять спать? — сомневаясь, спросил Саша.

— Ага! Опять на покой!

— Вот хорошо-то! Вот бы и нам так! Спишь-спишь себе зиму, проснулся, а ты уже — третьеклассник!

И оба засмеялись.

— А мне вот в школу, — вздохнул Саша и посмотрел вслед бегущей и, как всегда, опаздывающей своей учительнице.

— Это и есть твоя учительница? — посмотрел на нее и новый Сашин знакомый.

— Да, — вздохнул Саша.

— А почему ты вздыхаешь? Строгая?

— Нет, — опять вздохнул Саша. И тут его осенило. — А знаете, я сегодня могу не торопиться.

— Как это?

— Я вспомнил: сегодня не будет первого урока. У них в это время педсовет будет.

— А откуда тебе известно про педсовет?

— Известно! Послала меня вчера Наталья Юрьевна в учительскую за тетрадками, я и прочитал. Я всегда везде все читаю! У меня привычка с детства… Потому что мне хотелось поскорее читать научиться, и я стал всякие разные объявления, плакаты, афиши читать. Я их, как ребусы, разгадывал и научился. Я их много знаю! Руку подниму, когда надо предложения придумывать. Но Наталья Юрьевна не любит мои предложения. Сам думай, говорит, а то готовенькое берешь…

— Ну, и что же ты берешь? Готовенькое?

— Запоминаю, как прочту — так и запоминаю. — «Выше качество продукции!» — выпалил Саша. — «Трудовой и общественной дисциплине — гарантию коллектива!» — Он закрыл глаза и застрочил: — «Выпускное сочинение пишут сначала на черновиках, а потом на чистовик. А жизнь свою мы пишем сразу и навсегда на чистовик. В ней ничего не исправишь, не вычеркнешь, не перепишешь…»

— Ну?

— Да!

— Ну ты и экземпляр! — во все глаза смотрел на Сашу Василий. — Значит, сразу на чистовик, говоришь? А дисциплине, значит, гарантию коллектива? — хохотал он. — А про педсовет не сочиняешь, братишка?

— Нет, — вздохнул Саша. — Не умею я сочинять. Наталья Юрьевна задала сказку сочинить хоть про волка, хоть про Серую утку… ффу, опять! Про Серую Шейку! Хоть просто про камень на дороге. А я так и не сочинил. Вот если бы про бабочку, я бы, может, и сочинил. Но Наталья Юрьевна опять рассердится, потому что я уже всем надоел с бабочкой.

— Понятно, — засмеялся дядя, закручивая какие-то гайки в машине. — Хочешь — вместе сочиним сказку?

— А

про что?

— Ну, хоть про волка!

— И трех поросят!

— Годится. Начинай!

И Саша бойко начал:

— Жил-был Волк! И он был злой и голодный. И он решил съесть трех поросят! И вот пришел к ним и говорит…

— Поросятки! — басом подхватил сказку дядя. — Откройте!

— Нет-нет-нет! — тоненьким голосом продолжил Саша. — Не откроем! Мы тебя узнали, ты — Волчище Серый хвостище!

И тогда Волк пошел к кузнецу…

— Э-э, нет! Это уже было! — прервал Сашу его новый знакомый. — Давай что-нибудь поинтереснее придумаем!.. И тогда Волчище Серый хвостище позвонил… кому же это он позвонил…

— Позвонил! Волк позвонил!.. — Саша так и покатился от хохота. — Ну-ну, кому же он позвонил? Придумал! И тогда Волк позвонил коту Леопольду! «Леопольдик, помоги мне съесть трех поросят!»

— А Леопольд?

— А Леопольд: «Ребята! Давайте жить дружно!»

И они так смеялись!

— Ну, брат, пора, — сказал наконец дядя Вася, взглянув на часы.

— Уходить не хочется — так с вами интересно! — вздохнул Саша.

— Надо!..

— Надо, — повторил Саша. И тут он придумал вот что:

— Дядя Вася! — шепотом сказал он. — Дядя Вася! А вы не смогли бы побыть моим папой? Ненадолго…

— Как это? — опешил Василий.

— Ну на один только вечер! Вы и Наталье Юрьевне понравитесь, вот увидите!

— Да? Ты так думаешь? А зачем тебе нужен на один вечер папа?

И Саша рассказал. И про родительское собрание отцов. И про свою домашнюю жизнь.

— Да, задачку ты мне задал, — обнял своего маленького друга Василий. — Ну, ладно: на вечер так на вечер.

— Не позабудьте! Завтра в шесть часов! Как вызовет Наталья Юрьевна: «Сергеев!» — строгим голосом показал Саша, — так вы и скажите: «Я Сергеев!» И все!

— Договорились, — засмеялся новоявленный «Сергеев». — А теперь — беги-ка, сынок!

И Саша поскакал к школе то на одной ножке, то на другой. Скакал, оборачивался и радостно махал рукой. Совсем уже до школы доскакал, да вдруг стремглав назад:

— Я, знаете, я еще не спросил вас, а мне это очень интересно: а где вы так долго были?

— Где был? А я белок в лесу считал! Не веришь?

— Я теперь вам всегда буду верить, — серьезно сказал Саша.

И спросил:

— Всех сосчитали?

— В том лесу всех.

— В том? — показал Саша наугад вдаль, где небо опускается за многоэтажные дома.

— Нет, я был во-он в той стороне, где солнце садится…

— А где вы там жили?

— В избушке лесника. Он мой большой друг.

— А вы мне расскажете, как вы считали белок?