Лесовка

Кузяева Ирина

— Прошу, в подполье! — радостно пригласил Жбанов и первым шагнул в проем. Кошка и Самойлов последовали за ним, раскрыв глаза от удивления.

— Знаю, о чем ты думаешь, Костян, — ехидно произнес Федор, не оборачиваясь. — Мол, знакомы с пеленок, а тебя сюда ни разу не пригласил, так?

— Да, интересно, почему так получается?

— Надобности не было.

За очередной дверью оказалась лестница, ведущая вниз.

— Хотя бы мог упомянуть о своем хобби.

— Ты об оружии? Ты никогда не принимал радостно мои увлечения, будь то парашют,

велосипед, даже мотоцикл. Только критиковал всегда и спрашивал: «неужели тебе заняться нечем больше?», — произнес Федор, пародируя голос друга. — Чтобы ты сказал, если бы узнал, что я имею огромную коллекцию всевозможного оружия от раритетного до современного?

— Огромную?

— Не так чтобы слишком, но на нашу заварушку болотную хватит, сам смотри.

Лестница закончилась, Жбанов распахнул дверь в большой, просторный зал, усеянный стеллажами, где аккуратно расположились всевозможных модернизаций гранатометы, пулеметы, базуки, пистолеты, арбалеты, наганы и прочее.

— Фигасе! — присвистнул Константин и уставился на подпольно-секретный склад нелегального оружия. Если бы на дом Жбанова напали враги, месяца три с таким арсеналом продержаться можно точно, ведя непрерывный бой.

— Впечатляет? — гордо поинтересовался Федор. — Вот теперь, когда припёрло, ты можешь оценить мое увлечение по достоинству.

Самойлов ходил по комнате в немом изумлении, столько оружия он не видел даже в крутом боевике. Ягодка тоже хотела «заценить наметанным глазом» и попросилась на руки к Самойлову. После отказа влезла к Константину на плечи, именно влезла, впиваясь когтями в одежду и то, что под ней. Мужчина визжал и отбрыкивался, но Яга свое дело сделала, хоть и лишилась пары клоков шерсти.

— Офанарела!? — вскричал Константин, разглядывая кровавые царапины на животе и руках, но с захребетницей смирился.

— Запомни, сопля, если сразу не уважить просьбу дамы, потом будет отчаянно больно. Женщины и кошки злопамятны. Это я тебя житейским премудростям учу, спасибо мне заботливой!

— А ты стерва в квадрате!

Самойлов удивился, что их не разнимает Федор, вставая на сторону кошки. Его вообще не было в комнате. Константин облегченно вздохнул и попробовал скрыть следы стычки, которые черными комками шерсти покрывали его одежду. Упрямые волоски были повсюду, даже во рту, и избавиться от них полностью было невозможно. Так и не решив до конца проблему, он зарекся никогда не заводить кошек. Хотя, как ни крути, уже завел и не отвертишься еще долго. Словно прочитав его мысли, Ягодка скромно обратилась к Самойлову:

— Знаешь, мне тут очень нравится, — начала издалека дева-Яга.

— Где? Здесь? — махнул он рукой на стеллажи нашпигованные оружием.

— Я имею в виду этот дом, в целом.

— А, да. Уютненько, — снова не понял кошку Константин, отряхивая с рукавов шерсть.

— Я хочу тут остаться, — сказала напрямик Яга, поняв, что намеки здесь не уместны.

— В смысле? А, тут. А как же я? Ты же…

— Зачем тебе Яга в облике кошки?

—

Ну, э, — замешкался Самойлов. — Действительно «зачем»? Но как же уговор? Подожди! Ты что меня бросаешь, кидаешь в самый ответственный момент?

— Помолчи, дай договорить, — остановила Яга Константина, пока он в своих рассуждениях окончательно не ударился в панику. — Договор остается в силе, просто меняются некоторые пункты.

— Какие же? — недоверчиво поинтересовался Самойлов, которому этот разговор не нравился все больше и больше. — Что это за договор, который в любой момент можно изменить? Поэтому ты не стала скреплять его кровью?

— Давай так, я помогаю тебе с Василисой, а ты уговариваешь своего друга оставить меня у себя.

«Чего его уговаривать, он сам только и ждет момента, чтобы спросить об этом», — подумал Константин, пытаясь найти в словах кошки подвох.

— Зачем тебе это? — спросил он вслух.

— Ну, здесь свежего воздуха больше, почитай вокруг природа, а не провонявший выхлопами центр.

— Ты же сама рвалась в центр, к славе?

— Рвалась, да! — растерялась на миг кошка, но мгновенно нашлась. — Можно ведь работать в центре столицы, а жить подальше, в более экологичном месте. Так лучше для здоровья и для цвета кожи, точнее шерсти.

— Это все изменения в договоре? — сощурившись спросил Самойлов.

Утвердительный кивок от кошки.

— Еще предвидятся какие-либо изменения?

Ягодка отрицательно мотнула головой.

— А где гарантии?

— Даю чеснослово!

— Женщинам верить на слово нельзя, — помотал головой Константин. — Кровью будешь отвечать за свои слова.

— Вэк! А это обязательно? — Ягодка попыталась спрыгнуть с плеч Самойлова и улизнуть.

Константин был готов к такому повороту событий и ловко схватил тикающую кошку за шкирку, затем подошел к стеллажу с холодным оружием.

Перед своим носом Яга младшая увидела огромный нож, размером с хорошую саблю, и стала активно вырываться и визжать:

— Помогите! Убивают!

— Без этого я не соглашусь на новые условия.

— Ладно, ладно! — сдалась Яга младшая и обмякла, как плюшевая игрушка. — Только я сама, убери ножик, а то ненароком поранишься, а виновата я буду.

Кошка вздохнула, зажмурилась и полоснула по лапе когтем. Кровь почти не выступила, царапина оказалась поверхностной, но даже этой милипусичной красной точечки Самойлову хватило, чтобы принять свежие условия договора.

Пока Константин с Ягой дуэтом рассматривали стеллаж с винтовками и шушукались, вернулся Жбанов. Он переоделся в военный камуфляж, надел высокие армейские сапоги и кепку и принялся выбирать оружие, не обращая внимания на стоящих спиной заговорщиков.

Первым делом ему на глаза попался гранатомет, так хотелось шмальнуть из него хоть разок. Но тяжелый, зараза. Придется оставить. Федор отметил в уме галочку, чтобы все-таки найти время и выбраться с ним в какое-нибудь дикое место. А вот подствольник к автомату очень нужная вещь.