Лесной хозяин
Шрифт:
— Я Никодиму Знак на жопе мечом вырежу! — рявкнула Земляна. — Совсем, что ли, из ума выжил?
Её возмущение было понятно: мы оказались в церкви. А перед нами стоял, как несложно догадаться, священник. Держал перед собой крест и лупал глазами, как дебильный.
Но вот он начал приходить в себя. Рука задрожала, выронила крест — и тот повис на цепочке.
— Господь услышал мою молитву и прислал охотников! — возопил священник. После чего бухнулся на колени.
— А чего молился-то?
— Волкодлаки напали на село! Со всех
Мы с Земляной переглянулись. Вот это было внезапно. Стандартное поведение тварей — подкарауливать и таскать по мелочи скот и птицу со дворов. Время от времени, крайне редко, какая-нибудь скотина, вроде вкрай охреневшего вепря или, скажем, медведя, могла забуриться в поселение и набедокурить. Но чтобы толпа волкодлаков организованно напала на село…
И тут раздался удар в дверь, сопровождаемый рёвом. Священник побледнел и перекрестился, а удар раздался вновь. И нечеловеческий голос произнёс:
— Открывай, с-с-скотина. Хуж-ж-же будет!
Ишь ты. Давненько я не брал в руки говорящих волкодлаков. Умение говорить свидетельствовало, во-первых, о матёрости того, кто говорил — не меньше трёх родий. А во-вторых, подтверждало мою теорию о том, что нападение спланировано и худо-бедно организовано. То есть, волкодлаки не просто пробегали мимо и решили напасть лишь потому, что моча в головы ударила. Это — направленная акция.
— Щас. Открывашку ищем, — бросил я. — Не уходите никуда, — и кинулся к окну.
Толщину добротных дубовых дверей уже оценил. Какое-то время должны продержаться. Надеюсь, за это время я успею оценить диспозицию.
Окошко было узким, небольшим — как обычно в церквях. С одной стороны, это хорошо, в окна твари уж точно не пролезут. С другой стороны — не очень, обзор окно давало небольшой.
— Сколько? — напряженно спросила Земляна.
— Десятка полтора — тех, что на виду. Но скорее всего, их больше.
Земляна поджала губы.
Священник ахнул.
— С нами крестная сила!
В церкви начали появляться охотники. Егор, Акакий с Захаром, Прохор, Гравий. Каждые десять секунд кто-то появлялся и поспешно отходил в сторону, уступая место следующему.
— Ты, отец, беги за алтарь, — приказал священнику я. — Сиди там и молись. Это, как мы только что выяснили, у тебя весьма результативно получается. Запасной выход тут есть?
— Чего?
— Ну, можно как-то сюда попасть? Кроме как через эти двери? — я кивнул на двери. В которые прилетел очередной тяжёлый удар.
— Через притвор зайти можно, — священник показал рукой.
— А на крышу как подняться?
— Тама вот. Лесенка. Только трухлявая совсем, пономарь каждый раз, как в колокол звонить подымается, так ворчит.
Да что ж такое. Куда ни глянь — кругом бардак.
— Ладно, понял. Всё, скройся! Без команды не высовываться!
Священник подхватил полы рясы и метнулся за алтарь. К тому моменту, как скрылся там, в двери успели
— Красный Петух у кого прокачан? — быстро спросил я.
Раздалось сразу несколько голосов.
— Вы двое — бегом на крышу. — Я выбрал Якова и Севастьяна. — Только с лесенки не сверзитесь там! Раз уж пономарь, и тот ворчит. На что человек привычный. Здесь остаются Егор, Гравий, Земляна и Акакий. По моей команде открываем двери.
— Ты рехнулся, что ли?! — ахнул Никодим.
Я резко повернулся к нему.
— В этот раз буду считать, что я тебя не услышал. Следующий такой вопрос расценю, как неподчинение приказу, со всеми вытекающими. Дверной проём тут — узкий. Больше одного волкодлака сквозь него не протиснется, просто физически. Следовательно, нападать будут по одному. А вы четверо, — я повернулся к охотникам, которых оставлял в церкви, — отбиваетесь, сменяя друг друга. Все вы — опытные, подготовленные бойцы. Сил вам должно хватить. Задача ясна?
— Всё поняли, — кивнул Егор.
— Тогда по моей команде открываете двери. А вы, — я повернулся к оставшимся охотникам — со мной. Выбегаем из притвора, обходим тварей с тыла и херачим Костомолкой. Захар, ты высматриваешь недобитков и гасишь их Ударами. Готовы?.. Вперёд!
Я бросился к притвору. Распахнув дверь, обернулся и крикнул:
— Открывай!
Дожидаться выполнения приказа не стал. Выскочил в свежую июньскую ночь. Четверо охотников выбежали вслед за мной.
— Ой, бл… — оценил ситуацию Прохор.
С ним было сложно не согласиться. В узкое церковное окошко мне удалось разглядеть едва ли половину волкодлаков. По факту, во дворе их бесновалось вдвое больше.
— Зато прикиньте, сколько костей соберём, — поднял боевой дух я. — Костомолкой, дружно — огонь!
Мы ударили по толпе волкодлаков с тыла. С крыши церкви, на мгновение позже нашего удара, жахнули два Красных Петуха. Четыре туши раскатало по земле. В толпе волкодлаков заметались два живых факела. А я получил две родии.
До тварей пока не дошло, что случилось. А может, они в принципе оборачиваться не умеют. Видят цель — верят в себя. И даже мечущиеся в той же толпе горящие живьём, воющие так, что кровь в жилах стынет, и опаляющие других сородичи их не смущают. Волкодлаки продолжали ломиться в дверь.
С высокого крыльца полетела туша, пронзённая знакомым ледяным колом. Ай да Гравий! Ай да красавчик. Следом — ещё одна туша, разрубленная надвое. А вот это уже Егор. Узнаю почерк любимого наставника.
Любоваться шоу-программой дальше я не стал. Неожиданность пока на нашей стороне. Нельзя терять преимущество.
— Костомолкой — огонь! — скомандовал я.
Ещё четыре наших удара и два Красных Петуха — с крыши. Толпа тварей поредела ещё на четыре особи и обогатилась двумя живыми факелами. Предыдущие, добитые Захаром, догорали на земле и признаков жизни не подавали.