Лёшка-"студент"
Шрифт:
— Так вы под арестом?.. — все еще не веря, спросил Каверзнев. — Или нет?
— Да. А вы что подумали? — Павленков на секунду задумался и разразился грязной многоэтажной бранью.
Академик яростно матерился, поминая президента, его помощников и министров, он размахивал руками, называя по отдельности каждую часть тела, которой награждал то министра обороны, то министра иностранных дел и председателя КГБ, а растерянный Ковалев смотрел на не менее растерянного Каверзнева.
— Он не врет… — уныло сказал Ковалев. —
Лешка закурил. Перед глазами его снова всплыли документы из папки «Только для президента».
«… В лаборатории биологии мозга в период с 1984 по 1991 годы были разработаны следующие методики:
1. „Исполнитель“ — программа подготовки профессиональных убийц — предусматривает потерю памяти о событиях, предшествующих исполнению акции, самой акции и уходе с места исполнения. Исполнитель действует как автомат, но процесс подготовки исполнителя занимает слишком значительное время, измеряемое годами.
2. „Солдат“ — программа подготовки телохранителей, боевиков специальных подразделений и диверсантов. Позволяет при воздействии внешних раздражителей (например, выстрела) включать механизмы подкорки головного мозга, что резко уменьшает время реакции, способствует мгновенному выбросу в организм большого количества тонизирующих веществ (например, адреналина) и усиливает физические возможности. Эта же программа способствовала проявлению у сотрудников 9-го управления КГБ (охрана высших лиц) экстрасенсорных способностей, позволяющих предугадать появление в зоне ответственности потенциального террориста или группы террористов…»
В кабинет вбежал Белов.
— Выходы перекрыты! — сказал он и сплюнул на пол. — В оба конца… Сверху опустились бронированные заслонки, просто так их не возьмешь, да и неизвестно, сколько человек и с какими подарками ждут за ними… Вот так, ребятки!.. Что он? — Белов кивнул в сторону Павленкова.
— Обвели нас, как кутят! — мрачно сказал полковник. — Он сам сидел под арестом… А кстати, кто вас заменил? — спросил он Павленкова. — Кто арестовал?
— Шилов… Генерал-майор Шилов, — ответил Павленков. — Мой заместитель…
— Это тот, который был советником в Афгане у Наджибуллы? — спросил Белов с интересом.
— Он, собака!.. — ответил начальник ГРУ. — Я еще неделю назад получил информацию, приехал к Галкину, доложил, а он, сволочь, слушать не стал… Тогда его надо было снимать! И в Лефортово… В тюрьму…
— Все-таки вы с нами… Это хорошо… — тихо сказал полковник. — А что же нам делать?
В эту минуту зашипел динамик на стене, и от неожиданного незнакомого звука все замерли.
— Командование и лично генерал Шилов поздравляют вас с прибытием! — произнес густой бас. — Нам нужен Алексей Ковалев, а остальные, кроме Павленкова, конечно, если они сдадут оружие, через пару дней могут ехать домой, к семьям.
Белов выругался.
— Ковалев,
— Слышу… — ответил Лешка.
— Ваши жена и сын находятся у нас. Им не сделали ничего плохого и делать не собираются. Просто нам нужны гарантии вашей благоразумности… Признаться, я давно мечтал познакомиться с вами и проверить, действительно ли ваши способности так удивительны! Павленков, кстати, думал о том же!..
Белов сел прямо на зеленое сукно стола и с грохотом бросил автомат.
— Алексей, вы дорожите сыном? — спросил бас, не обращая внимания на шум.
— Да… — Лешкины губы от волнения пересохли.
— Тем лучше. Надеюсь, вы не будете защищать бывшего секретаря обкома? Ведь вы не только не любите, но даже ненавидите коммунистов, так?!
Лешка промолчал.
— Для более четких ответов вам необходимо услышать голос сына? — спросил бас. — Или жены?
— Нет! — быстро ответил Лешка.
Он представил, как Костю тащат к микрофону, а ведь это был его сын, точно такой же упрямый мальчик, каким в детстве был он сам, Лешка Ковалев, и если его заставлять что-то делать, заставить было практически невозможно… Можно уговорить, объяснив причины, но Шилов этого не знал. А Ковалев не хотел, чтобы его сына заставляли. Не хотел, чтобы его ломали…
Белов, на секунду задумавшись и что-то вспомнив, вскочил со стула и вышел в приемную.
— Первое наше требование, — продолжал бас. — Чтобы вы, Ковалев, перед телекамерой прочитали речь. Но прочитали так, чтобы солдаты, да и остальные наши сограждане, увидевшие вас по телевизору, повернули оружие против придурков, подчиняющихся президенту, развалившему великую страну. Я знаю, вы можете такую речь прочесть, и знаю, что вам поверят! Эту же речь мы запустим по радио. Вы выполните наши требования?
— А вы потом нас отпустите?
— Конечно! — бас хохотнул. — Но вам самому после этого не захочется уезжать, уверяю вас. Ни одна страна, называющая себя демократической, вас не примет.
— Какая сволочь!!! — выдохнул полковник.
— Не большая, чем ты, говнюк! — мгновенно откликнулся бас. — Ты вспомни, чем занимался, чтобы заслужить полковничьи погоны! Напомнить?!
Каверзнев промолчал, но шея его пошла красными пятнами.
— Где сейчас атомные бомбы? — спросил Лешка.
— Как где? — удивленно переспросил бас. — Там, где положено! В арсеналах! А вы думали, в другом месте? — он удовлетворенно засмеялся.
— Мы думали, здесь… У вас… — пробормотал Ковалев, хотя уже все понял.
— Да нет, ядерные бомбы все на месте! Просто нам надо было вас заполучить. А что, красиво все было задумано, а? А как исполнено?! Павленков, где ты там, оцени!
— Язык бы тебе вырвать, гад! — устало сказал Павленков. — Да в ухо вбить, чтобы он с мозгами твоими погаными смешался…