Леопард
Шрифт:
— Да ну? Как это?
— Ну-у-у… — протянул Аслак. — У парня был жуткий шрам через всю грудь. Говорили, это его отец так изукрасил. И будто бы из-за матери, этой самой Карен.
— Как это?
— Вроде как ревновали ее друг к другу. — Аслак снова пожал плечами, прочитав вопрос в глазах Кайи. — Еще раз говорю, до меня это было. Рой Стилле, который здесь помощником ленсмана чуть не с сотворения мира, поехал к Утму, но там были только Одд и Карен. И оба сказали одно и то же, мол, парень ушел
— То есть не в сезон охоты?
Аслак покачал головой.
— И потом его никто больше не видел. А через год пропала и Карен. Люди думают, ее горе сломило, и она, не выдержав, сама кинулась с обрыва.
Голос ленсмана словно бы чуть дрогнул — наверное, от вина.
— А вы что думаете? — спросила она.
— Что это правда. И что парня накрыла лавина. Он задохнулся под снегом. А потом снег начал таять, и его талой водой унесло в горное озеро, там и лежит. Может, вместе с матерью, давайте будем так думать.
— Это, во всяком случае, звучит приятнее, чем «задрал медведь».
— Нет.
Кайя подняла глаза на Аслака. Глаза его больше не смеялись.
— Оказаться заживо погребенным под лавиной, — сказал он, и взгляд его был уже там, за окном, в метели. — Темнота. Одиночество. Невозможно пошевельнуться, лавина держит тебя в своих железных когтях и смеется над твоими попытками выбраться. Ты знаешь, что умрешь. Паника, смертельный страх, когда ты уже не можешь дышать. Трудно представить себе что-то ужаснее.
Кайя отпила глоток вина. Отставила бокал:
— Сколько ты так пролежал?
— Мне казалось, три, а может, четыре часа, — сказал Аслак. — Но когда меня откопали, сказали, что я пробыл там пятнадцать минут. Еще минут пять, и я бы умер.
Подошел официант, спросил, не хотят ли они заказать что-нибудь еще, потому что подача алкоголя заканчивается через десять минут. Кайя поблагодарила и отказалась, и официант положил перед Аслаком счет.
— А зачем Утму таскает с собой винтовку? — спросила Кайя. — Насколько я знаю, сейчас тоже не сезон охоты.
— Он говорит, что из-за хищников. Для самообороны.
— А тут есть хищные звери? Волки?
— Он никогда не уточняет, о каких хищниках идет речь. Кстати, тут ходят слухи, что ночью по горам бродит призрак его сына. И если ты его увидишь, то берегись: значит, рядом пропасть или лавиноопасное место.
Кайя допила вино.
— Если хочешь, я могу продлить разрешение на подачу спиртного еще на час.
— Спасибо, Аслак, но мне завтра рано вставать.
— Уф-ф, — сказал он, смеясь глазами, и почесал кудри. — Звучит так, как будто я… — Он не договорил.
— Что — ты?
— Да ничего. У тебя же там, в Осло, наверняка есть муж или бойфренд.
Кайя улыбнулась и ничего
Аслак, уткнувшись взглядом в стол, тихо сказал:
— Ох уж эта деревенская полиция, всего-то два бокала вина выпил и тут же разболтался.
— Все в порядке, — сказала она. — У меня нет бойфренда. И ты мне нравишься. Ты мне напоминаешь брата.
— Но?
— Что «но»?
— Помни, я ведь тоже полицейский. И я вижу, что ты не одиночка по натуре. У тебя кто-то есть, правда?
Кайя рассмеялась. В другой ситуации она не стала бы отвечать. Может, во всем было виновато вино. Может, ей в самом деле нравился Аслак Кронгли. А может, просто настало время выговориться после смерти Эвена, а Аслак — человек чужой, живет далеко от Осло и с ее знакомыми не общается.
— Я вообще-то влюблена, — услышала Кайя собственный голос. — В одного полицейского. — И смущенно поднесла ко рту бокал, пытаясь скрыть смущение. Самое странное, что это стало правдой только сейчас, когда она услышала собственные слова, сказанные вслух.
Аслак потянулся к ней бокалом:
— Выпьем за здоровье счастливчика. И за счастливицу. Я надеюсь.
Кайя покачала головой:
— Не за что пить. Еще не за что. А может, и не придется. Господи, чего это я так разболталась?
— А что нам еще делать? Рассказывай.
— Это сложно. Он сложный. И я не знаю, нужна ли я ему. Вот это-то как раз довольно просто.
— Позволь, я угадаю. У него есть дама сердца, и он не свободен.
Кайя вздохнула:
— Может быть. По правде говоря, я не знаю. Аслак, спасибо тебе за помощь, но я…
— …я должна идти, пора спать. — Ленсман встал. — Надеюсь, ничего у тебя с этим парнем не получится и тебе захочется убежать из города от любовной тоски, тогда ты, возможно, подумаешь об этом. — Он протянул ей листок формата А-4 — бланк полицейского управления коммуны Хул.
Кайя прочитала и громко рассмеялась:
— Требуется помощник ленсмана?
— Рой Стилле осенью выходит на пенсию, а найти хорошего полицейского не так-то просто, — сказал Аслак. — Это наше объявление о вакансии. Мы опубликовали его на прошлой неделе. Наше отделение находится в центре Йейлу. Выходные раз в две недели и бесплатная стоматологическая помощь.
Кайя уже легла в постель, когда до нее донеслись далекие громовые раскаты. Редкое это явление — снежная гроза.
Она набрала номер Харри, услышала автоответчик. Записала на него страшилку про проводника Одда Утму с гнилыми зубами и брекетами и про его сына, который наверняка выглядит еще ужаснее, поскольку уже восемнадцать лет бродит призраком по здешним горам. Посмеялась. Поняла, что пьяна. Пожелала спокойной ночи.