Леопард охотится в темноте

Смит Уилбур

– Оно означает «шлюха».

– Нет ли у этого слова второго значения, а именно «незамужняя женщина, живущая…».

– Милорд! – Отчаянная жалоба Джозефа Петала чуть запоздала, но была настолько оправданной, что судья Домашава поддержал ее.

– Мисс Ниони, – продолжил Абель Кхори. – Вы любите обвиняемого? Говорите громче, мы вас не слышим.

На этот раз голос Сары был громким, почти дерзким.

– Да, люблю.

– Ради него вы готовы на все?

– Да.

– Вы готовы

солгать, чтобы спасти его?

– Возражаю, ваша светлость. – Джозеф Петал вскочил со своего места.

– Я снимаю вопрос, – заявил Абель Кхори, прежде чем судья успел вмешаться. – Позвольте мне заявить, мисс Ниони, что обвиняемый попросил вас найти в вашей школе помещение для хранения добытых незаконным путем шкур леопарда и слоновой кости!

– Нет. – Сара покачала головой. – Он никогда бы…

– И что он также попросил вас проследить за погрузкой этой слоновой кости и шкур в грузовик, и…

– Нет! Нет! – закричала Сара.

– Разве он не приказал вам приготовить партию товара к отправке, когда вы говорили с ним по телефону?

– Нет! Он хороший человек. – Сара всхлипнула. – Великий и хороший человек. Он никогда не поступил бы так.

– Вопросов больше нет, ваша светлость. – Явно очень довольный собой Абель Кхори сел, и помощник тут же наклонился к нему, чтобы прошептать поздравления.

– Я вызываю обвиняемого министра Тунгату Зебива.

Это был очень рискованный шаг со стороны мистера Петала. Даже не будучи специалистом, Крейг понимал, что Абель Кхори показал себя весьма опасным противником.

Джозеф Петал начал с того, что сообщил о положении Тунгаты в обществе. Его вкладе в дело революции, его скромном образе жизни.

– Вы владеете какой-либо недвижимостью?

– У меня есть дом в Хараре.

– Не могли бы вы сообщить суду, сколько вы за него заплатили?

– Четырнадцать тысяч долларов.

– Не слишком большая плата за дом, не так ли?

– Это не слишком большой дом, – абсолютно серьезно ответил Тунгата, и даже судья не сдержал улыбки.

– У вас есть машина?

– Министерский автомобиль в моем полном распоряжении.

– Банковские счета за границей?

– Нет.

– Жены?

– Нет. – Он бросил взгляд на сидевшую в заднем ряду на галерее Сару Ниони. – Пока.

– Гражданские жены? Другие женщины?

– Моя престарелая тетя живет в моем доме и ведет хозяйство.

– Вернемся к обсуждаемой ночи. Сообщите суду, что вы делали на дороге Карои?

– Ехал в миссию Тути.

– С какой целью?

– Навестить мисс Ниони и поговорить с ее отцом по личному вопросу.

– Вы договаривались о встрече?

– Да, по телефону с мисс Ниони.

– Вы приезжали к ней более одного раза?

– Да.

– Где

вы жили во время этих визитов?

– Для меня была построена соломенная индлу.

– Хижина? С циновкой на полу и костром?

– Да.

– Вы не считаете такое жилище не соответствующим своему положению?

– Напротив. Я с радостью живу по обычаям моего народа, если предоставляется такая возможность.

– Кто-нибудь еще размещался в хижине вместе с вами?

– Мой водитель и мои телохранители.

– Мисс Ниони не приходила к вам в хижину?

– Это было бы нарушением традиций и закона пле-мени.

– Обвинитель использовал слово «исифеби». Что вы об этом думаете?

– Он может использовать это слово по отношению к знакомым ему женщинам. Я не знаю ни одной, к кому подходило бы это определение.

Судья снова улыбнулся, а помощник обвинителя ткнул Абеля Кхори локтем в бок.

– Господин министр, кто-нибудь знал о вашем намерении посетить миссию Тути?

– Я не делал из этого тайны. Даже сделал пометку в настольном дневнике.

– У вас есть этот дневник?

– Нет. Я попросил секретаря передать его защите, но его не оказалось на столе.

– Понятно. Вы сообщили водителю о пункте назначения, когда приказывали подготовить машину?

– Да.

– Он утверждает, что вы этого не сделали.

– Значит, его подвела память или на него повлияли. – Тунгата пожал плечами.

– Очень хорошо. Итак, в ту ночь, когда вы ехали по дороге между Карои и миссией Тути, вам повстречалось какое-либо транспортное средство?

– Да, на темной дороге стоял грузовик в противоположном направлении.

– Сообщите суду, что произошло потом.

– Водитель грузовика включил фары, потом мигнул ими три раза. Одновременно он выехал на середину дороги.

– То есть заставил вашу машину остановиться?

– Именно так.

– Что вы сделали потом?

– Я сказал водителю: «Прижмись к обочине, но будь осторожен. Может быть засада».

– Значит, вы не ожидали увидеть на дороге грузовик?

– Нет.

– Вы не сказали: «Вот они, прижмись к обочине»?

– Нет.

– Что вы имели в виду, говоря: «Может быть засада»?

– В последнее время многие машины были атакованы вооруженными бандитами, особенно на пустынных дорогах и ночью.

– Что вы чувствовали?

– Я предчувствовал беду.

– Что произошло потом?

– Мои телохранители вышли из «мерседеса» и пошли поговорить с водителем грузовика.

– Вы могли видеть водителя грузовика со своего места в «мерседесе»?

– Да. Я не знаю этого человека и никогда не встречался с ним прежде.