Леонид Кучма
Шрифт:
О своей ответственности:
«1999год - это год Пустовойтенко. 2000-й - это год Ющенко. 2001 год - Кинаха. 2003-й и это время - год Януковича. А если по большому счету, все это - годы президента Кучмы. Эти 10 лет. Так как я на себя брал и все политические решения. Я на себя брал и все экономические решения. А правительство - это инструмент. И звучал ли он иногда фальшиво - это уже мы можем с вами еще раз проанализировать - исходя из экономической составляющей работы правительств.
А что будет в следующем году? Я хотел бы, чтобы это был год украинский, чтобы это был год повышения жизненного уровня наших людей. Вот тогда мы задачи свои выполним».
Но послушаем, что думают о Кучме-президенте
Леонид Кравчук, первый Президент Украины:
«Это целая эпоха - эпоха огромных мировых проблем. Эпоха больших и сложных проблем в Украине. Эпоха, которая требовала часто трудных, но взвешенных, политически обоснованных и смелых решений. Эпоха, которая будет оцениваться еще долго и долго. Но мы сегодня имеем все основания сказать: эта эпоха - 10 лет - была эпохой сохранения мира и согласия. Мы не допустили конфронтации в обществе, которая бы привела к сложным последствиям. Украина преодолела системный тяжелый экономический кризис. Украина преодолела страшную инфляцию. Эти три экономических фактора, а также мир, согласие и покой дают право нам сказать, что это произошло благодаря последовательной политике нашего государства и лично президента Кучмы».
Дмитрий Табачник, бывший глава администрации президента:
«Вы знаете, если взять избирательную программу Кучмы 1994 года и ее внимательно проанализировать… Я помню особенно хорошо первый раздел, это государственно-правовые аспекты и политические. Она полностью выполнена. Это инициирование принятия Конституции и ее разработка, это создание Конституционного суда, это отделение судебной власти, то есть, все позиции, все пункты выполнены.
В Украине не было резких потрясений, которые бы вели к свертыванию демократии».
Виктор Медведчук, бывший глава администрации президента:
«Леонид Кучма стал президентом из-за чрезвычайных обстоятельств: были досрочные президентские выборы, причиной которых стали огромные трудности реформирования страны. Инфляция составляла тысячи процентов. Страна была на грани социального взрыва. Леонид Кучма смог вывести страну из опасного кризиса и привел ее к тому, что сегодня она демонстрирует высочайшие в Европе темпы экономического роста. Кучма - это стабильность, это социально-экономический прогресс, это неотвратимость демократических реформ».
Виктор Ющенко:
«Я не из тех, кто рисует все, что было, только в черных цветах. Прежде всего, потому, что сегодня президента не подвергает критике только ленивый. Эпоха Кучмы заканчивается, и я не хочу строить свою политику только на критике… Я готов говорить о… политике, который хотел бы остаться в истории Украины реформатором, но с его именем связано много… Тем не менее, нельзя забывать и об объективности, говоря о нынешнем президенте… С этим человеком во многом связано становление независимости Украины. Я тогда работал председателем ЦБ, перед этим в коммерческом банке. Главное, что Украина состоялось тогда как независимое государство, ведь независимость могла быть просто утеряна. Словом, были вещи, которые можно отнести к достижениям».
Александр Мороз, лидер Социалистической партии:
«Не думаю, что Кучме нужно приписывать такие категории, как «эпоха». Десять лет Кучмы - это действительно некий срок, но за эти десять лет Украина не просто остановилась в своем развитии - она деградировала на лет сорок назад. И это большая беда, сегодня нужно исправлять ситуацию, менять систему власти. Опираясь на поддержку народа, сделать все, что нужно именно народу.
В 1994 году на выборах президента я соревновался с Леонидом Кучмой и занял третье место в первом туре. Во втором туре наша партия приняла решение не поддерживать ни одного кандидата. Поскольку Кравчук перед этим
Я тогда, как руководитель парламента, делал все, чтобы ситуация развивалась в нужном для народа направлении. К сожалению, с Кучмой мне работалось нелегко. Потому что он не мог мириться с тем, что кто-то кроме него обладает властью. Поэтому процентов семьдесят рабочего времени приходилось тратить на нейтрализацию интриг, которые инициировались на Банковой.
Но главная опасность была в том, что заявления Кучмы относительно Конституции, уменьшения безработицы, увеличения зарплат звучали вроде позитивно, но на самом деле все происходило с точностью до наоборот. И, по моему мнению, доказано это было в начале октября (1994 года), когда к премьеру Масолу, который обеспечил ранее рост ВВП, увеличение бюджетов, в том числе местных, приставили вице-премьером Виктора Пинзеныка. И правительство сразу возвратилось к авантюрам, начатым в 1992 - 1993 годах. Началась сертификатная приватизация, которая закончилась известно чем, произошла реализация идеи преступных трастов. Я считаю, что эти шаги повернули развитие Украины вспять, но тогда никто еще не подозревал, что все закончится попыткой утвердить диктаторскую власть в Украине. Но потом мы увидели и референдум, и конституционную реформу и многое другое. Я писал о том, что мы идем к авторитаризму во всех его проявлениях. И сегодня мы видим цензуру, политзаключенных…
В 1999 году я снова боролся на выборах с Кучмой. Но мы не смогли победить админресурс, поэтому во второй тур протолкнули вместо меня Кучму.
Что оставляет Кучма после себя Истории? Думаю, об этом десятилетии останутся две записи - о колоссальной деградации страны и о принятии Конституции. Все остальное будет за чертой того, что будет интересно людям будущего».
Александр Дергачев, политолог:
«Леонид Данилович финишировал очень противоречиво. Между тем, что он ожидал, и тем, что его может ожидать, - существует большое несоответствие. Поэтому для него самого его будущее очерчивается очень туманно.
Его надежды на то, что он без официальных должностей может остаться весомой фигурой, которая будет влиять на кадровые решения и к которой будут идти за посредничеством, не оправдаются. Он потерял перспективу быть неофициальным, но весомым игроком в украинской политике, исчезли и шансы возвратиться в практическую политику, в связи с конституционной реформой.
Если ему припишут в заслугу то, что он отказался от силового решения кризиса, а сейчас откажется от неконструктивных действий и займет нейтральную позицию, - тогда ему будет место в Украине. И хотя бы на даче своей он удержится.
Успешно действовать в границах того фонда, который он презентовал, также шансов нет. Он потерял остатки авторитета. Нет у него и перспективы быть приглашенным в университеты читать лекции за большие гонорары. Заняться активной международной посреднической деятельностью он также не сможет. Но все-таки альтернатива у него есть.
Первым вариантом его будущего может быть гарантированная старость в самой Украине, где к нему кто-то будет обращаться, где-то он будет появляться, иногда даже будут вспоминать в СМИ, одним словом - относиться терпимо. Второй вариант - миграция, я думаю, - в Россию. Предполагаю, у него очень сложная финансовая история. И то, что в ближайшее время может стать известно всем, думаю, представляет для него угрозу. Не говоря уже о криминальных делах, к которым он может быть причастен.