Лента Мёбиуса

Тилье Франк

Под аккомпанемент дикой мешанины звуков взгляд его упал на желтый билет, лежавший на приборной панели. Он взял билет в руку: музей Дюпюитрена [18] .

– Дюпюитрен… Дюпюитрен… Дюпюитрен…

В приступе внезапного гнева он выпустил руль из рук и в клочья порвал билет.

В лобовое стекло светила полная луна, истаявшая до полной прозрачности. Солнце уже окрашивало золотом горизонт. Стефан посмотрел на оба светила и загрустил и вдруг разрыдался.

Потом он глубоко вздохнул и крепко потер руками бритую голову. Глаза были мокры от слез, он достал носовой платок, который лежал вместе с машинкой для волос,

латексной маской и запачканной кровью одеждой. Платочек был розовый, с вышитым мишкой. Детский платочек.

18

Музей Дюпюитрена – Музей патологической анатомии, в котором содержатся образцы всевозможных уродств. Назван по имени основателя, французского хирурга Гийома Дюпюитрена.

По радио журналистка зачитывала новости.

«…Невероятное стечение обстоятельств, в результате которого в руках вот этого человека оказался выигрышный билет лото. Давайте послушаем его…»

Стефан прислушался.

«…Я никогда не езжу через Мери, но в этот раз мне нужно было в Понтуаз. И тут моя колымага бац! – и заглохла. Вот невезуха! Я же работаю по воскресеньям, а в выходные, даже когда очень нужно, помощи ждать неоткуда. Ну, расстроился, конечно, еще один скверный денек на мою голову… Что было делать? Пошел в табачный киоск, мобильника-то у меня нет. И что я вижу? Из киоска вылетает какой-то тип, причем билет лото он купил, а взять забыл. Ну, я его сразу и забрал, ведь он уже оплачен. Знаете, я не верю во всякие там совпадения, в шанс, в удачу и прочую ерунду. Ну, в общем, сам не знаю… Я себе говорю: никогда же не угадаешь… И потом, сегодня тираж, я пошел к приятелю, телефон у меня разбился. И представляете? Номера! 4-5-19-20-9-14, так я же… черт, я, наверное, брежу. Правда, я не единственный угадал, был еще один парень, кажется из Парижа. Ну, с моим количеством угаданных номеров ему тягаться не выходило. Может, это и свинство так говорить, но спасибо тому типу, что забыл билет. Моя развалюха заглохла именно тогда, когда он покупал билет, и я думаю, это был знак судьбы. Если ты меня сейчас слышишь, парень…»

Стефан оторвал пальцы от руля и пошарил по приборной панели «форда».

После указателя «Со» он свернул направо и въехал в узкую улочку. Пот и слезы заливали ему глаза, и это доводило его до бешенства. Не отрываясь от руля, он вытащил из бардачка пистолет и положил его рядом с собой. Указательный палец улегся на курок, где было выгравировано: «зиг-зауэр».

– Ты не сумасшедший. Нет, никакой ты не сумасшедший.

А звуковые колонки орали:

«…об очень печальном совпадении. Несколько часов назад спелеологи, собираясь взять пробы грунта, обнаружили в карьере труп маленькой Мелинды. Согласно последней информации, малышке раскроили череп, а потом утопили в одной из галерей пещеры, на глубине нескольких десятков метров. Надо заметить, что карьер закрыт для посещений публики из-за серьезных наводнений, случившихся там в прошлом марте, но это не мешает спелеологам проникать туда с риском для жизни…»

Стефан весь обратился в слух и чуть не пропустил поворот.

«…а теперь послушаем, что сказал капитан Лафарг из жандармерии Мери-сюр-Уаз. Ему поручено вести расследование».

Стефан потер лоб, схватил вышитый носовой платочек, выпачканный кровью, опустил оконное стекло и выпустил платочек из рук, а потом следил в зеркало заднего вида, как легкий кусочек ткани уносит ветер. Точно так же он избавился и от окровавленной одежды, в том числе и от рыбацкого костюма цвета хаки.

«…Поимкой подозреваемого уже занимается группа сыска в составе более десяти

человек. Приметы его достаточно четки: мужчина европейской наружности, тридцати – тридцати пяти лет, рост около метра восьмидесяти, глаза черные, длинные черные волосы. Он…»

Стефан прибыл на место и выключил двигатель.

– Совпадения… Все это просто совпадения…

Ключи выскользнули у него из рук, он нагнулся их поднять и стукнулся о руль. Сбоку на коврике под бардачком валялась отломанная ручка пассажирской дверцы. Он какое-то время на нее смотрел, потом стиснул пистолет и бесшумно вылез из машины.

Притаившись за кузовом «Порше-911», он внимательно оглядел номерной знак и несколько раз повторил вслух:

– 8866 BCL 92… 8866 BCL 92… 8866 BCL 92…

Потом поднялся.

На первом этаже зажегся свет, и его сразу загородил чей-то силуэт, по-кошачьи гибкий и в то же время мощный. Мужской силуэт.

Стефан растворился в кипарисовой аллее.

– 8866 BCL 92… 8866 BCL 92… 8866 BCL 92…

Он прижался к входной двери, держа пистолет наготове возле правой щеки.

Раздался ужасающий грохот, словно взорвался хрустальный Тадж-Махал. И все погрузилось во тьму.

8

Четверг, 3 мая, 23:33

Раздался ужасающий грохот, словно взорвался хрустальный Тадж-Махал. И все залило белым светом.

Сияние вспороло тьму. Стефан поднял руку, чтобы загородиться от яркого света. На него смотрела удивленная и встревоженная Сильвия.

– Боже мой, да ты весь мокрый!

Свернувшийся на полу калачиком, как собака, Стефан вскочил и снова чуть не упал – настолько он был оглушен. Налитыми кровью глазами он огляделся вокруг. Вот его монстры. Вот оборудование. Вот письменный стол.

– Сильвия?

– Нет. Дед Мороз. А ты, как вижу, опять заснул за работой.

Пошатываясь, Стефан подошел к ней и снова придирчиво осмотрел все вокруг. На стене висели фото знаменитых наркоманов: Грейс Мак-Дэниелс, Мери Энн Биванс, Билл Дёркс, трехглазый человек. Напротив стоял законченный бюст Карлы Мартинес, широко улыбаясь разрезанным горлом.

– Обалдеть! Поразительно!

Он бросился к зеркалу. Ничего. Ни царапин, ни синяка под глазом. Стефан подскочил к жене:

– Ты не поверишь!

Она заткнула нос:

– От тебя за километр разит потом. Подожди, попробую угадать… Снова приснился кошмар?

– Не кошмар, а…

– А что?

Стефан не знал, с чего начать. Он с трудом сдерживал нетерпение, словно гончая перед охотой.

– Я был он! Я был на его месте! Я сидел за рулем своего «форда»!

– В этом и есть принцип сновидений. Быть на месте самого себя.

– Да нет, ты не понимаешь! Я…

Сильвия вынула из волос шпильку, и они рассыпались по ее плечам.

– Ты прав, я не понимаю. Если ты взглянешь на часы, ты заметишь, что уже почти полночь, что я вернулась после долгого рабочего дня, проведя два часа в поезде и в метро из-за какого-то типа, бросившегося на пути. Ты сегодня хоть раз вылезал из своего подвала? Просто чтобы увидеть дневной свет?

Стефан бросил быстрый взгляд на свой блокнот. Ему хотелось записать, пока он не забыл, понять, почему в этом втором сне его щеку пересекали те же царапины. Почему на сиденье возле него валялся все тот же рыбацкий костюм цвета хаки. Зачем он ехал по незнакомым, но реально существующим улицам. Почему при нем было огнестрельное оружие, розовый детский носовой платок, окровавленная одежда… Кто вырвал дверную ручку.