Лениград - 43

Савин Влад

Видит Бог, я не лез в герои, это решили за меня. Я получил награду еще и за тех, кто остался в той долине — и за тех, кто погиб в Лиссаоне, и за тех, кто оборонял Порту. Но для воодушевления нации нужно, чтобы герой был конкретен — наверное, именно так думали Чины в штабе, кто подписывал мне наградное представление, разве не знали они, как было дело? А если Большие Боссы решили, что все было так — ведь глупо спорить, и отказываться от того, что дают?

Берлин. Штаб Ваффенмарине. Этот же день

— Итак, гросс-адмирал, я выполнил свое обещание. Знали бы вы, чего мне это стоило, гнев фюрера был ужасен! И он требовал крови — а так

как назначенный главным виновным, предатель Кумметц пребывает сейчас в безопасности в русском плену, пришлось объявить изменниками нескольких чинов его штаба, самовольно покинувших Нарвик. Однако расследование не закрыто, и очень может быть, что у предателей и заговорщиков найдутся сообщники и здесь. Я очень внимательно вас слушаю — так что вы обещали мне рассказать про русскую сверхподлодку?

— Что ж герр рейхсфюрер, поскольку мой вывод покажется вам безумным, то начну издалека. Первый вопрос, если это все же русская подлодка, а не змей Ермунгард, то где и когда она была построена? Сразу отбросим все верфи вне России — во-первых, отчего тогда мы не видим подобных кораблей во флоте иной страны, во-вторых, не представляю, с чего это любое иностранное государство стало так помогать русским большевикам, и сей факт остался бы неизвестным.

— Однако русские заказали крейсер «Ташкент» в Италии.

— Лидер эсминцев, всего в три тысячи тонн. Если же считать размер русской суперподлодки в восемь тысяч, согласно справочнику Джейна — чему можно верить, ведь британцы имели большую возможность видеть вблизи корабль своего союзника — и считая, что подводный тоннаж при постройке обходится дороже в разы, то эта субмарина обошлась русской казне не дешевле линкора, и для своей постройки потребовала бы не меньших судостроительных мощностей. И время постройки, не меньше чем два с половиной — три года. А скорее всего, гораздо больше.

— Отчего же? Три года, это очень большой срок.

— Идеальный срок, за который в мирное время на лучших русских заводах в Ленинграде строили их большие лодки «тип К», которые намного проще и меньше «моржихи». К тому же мы знаем точную дату вступления этой сверхсубмарины в состав русского флота: после разгрома их конвоя «PQ-17», но до провала «Вундерланда». Если же отнести на ее счет необъяснимые потери нашего флота в норвежских водах еще в конце июля сорок второго — вот вам дата, в пределах двух-трех недель. Отсюда следует, что лодку достраивали уже в военное время, крайне тяжелое для русских, да еще на плохо оборудованном заводе. Что не могло не отразиться на сроках постройки — итого считаем, что этот корабль был заложен в тридцать восьмом — тридцать девятом, никак не позже.

— Что подтверждает ваше высказывание, о невозможности постройки этого корабля в «демократических» странах в мирное время. Сколько шума в газетах и дебатов в парламенте в свое время было при постройке вдвое меньшего «Сюркуфа». Мы бы обязательно знали, хоть что-то — тем более, если речь шла о постройке не для себя, а для большевиков.

— Именно так, герр рейхсфюрер! Добавлю, что ни одно государство не будет бездумно тратить средства, достаточные для постройки линкора, не будучи уверенно в полезности такого шага. До того всегда должны быть какие-то опытовые работы, исследования, постройка малых моделей, да хоть на стандартную подлодку новые машины поставить и проверить, как это будет работать! И это должно быть сделано, и результат получен, уже на момент закладки большого корабля. То есть русские начали работы в этом направлении где-то в середине, а то и в начале тридцатых? И никто ничего о том не знает?

— Положим, русские, хорошо умеют хранить секреты. Даже 22 июня мы как оказалось, не подозревали о многих тузах в их рукаве.

— Допустим. Тем более в информации, которую удалось

достать, мелькало имя Бекаури, был у русских такой «сумасшедший гений». Очень может быть, что его не расстреляли в тридцать седьмом, а упрятали в какое-то закрытое заведение, оставив возможность изобретать. Но остается все же вопрос, на каком конкретно заводе была построена русская сверхлодка? Судя по датам и географии, ими могут быть лишь Ленинград и этот город на их севере… но про него скажу позже. Что касается Ленинграда, то тогда непонятно, как «моржиха» оказалась на севере, именно в июле сорок второго? Спустили скажем, в сороковом, недостроенной провели вокруг Скандинавии и два года доводили? Смысл — проще ведь на Балтике и довести до боеготового состояния! Перегнали еще до войны, уже полностью готовой? А отчего тогда она не участвовала в боевых действиях первый год, когда русским действительно было там очень тяжело? Я не говорю уже о том, что провести такого монстра по относительно мелководным Датским проливам и Северному морю, в военное время, так, чтобы никто не заметил — задача очень трудная.

— Русские распространяют сведения, что «моржиха» была построена на севере, в Молотовске, вместо снятого с заказа линкора «Советская Белоруссия». И что работы шли именно под видом этого линкора.

— Тогда вопрос, а отчего в составе русского флота нет, кроме этой подлодки, ни одного корабля, построенного там? Я мог бы с трудом, но согласиться с этим — если бы не наши инженеры, побывавшие в Молотовске в сороковом. Их заключение, что оснащение этой верфи на тот момент было абсолютно недостаточно для сколько-нибудь значительного строительства! Все было в планах, в постройке, но не в рабочем состоянии — один из свидетелей даже повторил слова, о «скелете великана, пока еще без мускулов и сухожилий», русские по своему обычаю, широко размахнулись, но совершенно еще не были готовы снимать плоды, и это, повторяю, осень сорокового! «Белоруссию» оттого и сняли со строительства, что даже у Сталина хватило ума понять, справиться с этой работой в том месте нельзя, лишь бессмысленные расходы!

— Ну и какой же вывод?

— А вы попробуйте представить всю картину. Эта подлодка возникает у русских словно ниоткуда, причем вся она сочетает в себе сразу несколько невероятных вещей. «Что самое главное для подводника — свежий воздух и скорость», очевидно, что это у «моржихи» есть в избытке, никто не видел ее на поверхности, зато под водой она может идти со скоростью эсминца, причем длительное время. А еще она поразительно тихая для таких размеров и скорости. При этом гораздо лучше «видит» и «слышит», расчет на противодействие подобным себе? Может стрелять торпедами не только по кораблям, но и по субмаринам. Вооружена, кроме торпед, еще и чем-то вроде самолетов-снарядов, могущих нанести смертельную рану линкору, или попасть в выбранный дом на берегу. И не требует дозаправки — если то донесение нашего агента в Мурманске было верным. Каждое из подобных технических решений само по себе требует длительной отладки, отработки — а тут мы имеем отлично работающий конечный продукт, возникший из ниоткуда, как?

— И это все, что вы хотели мне сказать? Этими вопросами уже занимались привлеченные мной инженеры, из Управления Вооружений, в вашем присутствии, между прочим, вы не забыли? И мой друг, группенфюрер Рудински, который… Впрочем, вы знаете, к каким выводам он пришел.

— При всем уважении к господам, которых кстати, рекомендовал вам я, осмелюсь заметить, что они великолепные, но узкие специалисты. А герр Рудински при всех его талантах, не инженер, не моряк, не кораблестроитель. И всех нас сбил с толку сам факт существования этой подлодки, если она есть, то вопрос откуда, это второстепенный. И Рудински, как истинный материалист и эмпирик, увидел это первым!