Лекарь 6
Шрифт:
Я давно снял синтетическую куртку и теперь пришло время снять и гильдейскую, непонятной для местных расцветки, коричнево-зеленой.
Все вещи я прячу в рюкзаке, который теперь достаточно легкий и меня смущают немного мои штаны, немецкий армейский камуфляж. Гильдейские я брать не стал, они совсем в непонятной раскраске, могут затруднить общение с людьми.
Пробираться оказалось совсем не просто, я терял много времени, обходя скалы и деревья, и чтобы не потеряться на обратном пути, я стал делать отметки топором на попадавшихся деревьях, каждые двадцать-тридцать метров, понимая, что
Делал скрещенный надрез на стволах и немного сдергивал вниз язык коры, чтобы белый лоскут выделялся на фоне серо-зеленых стволов деревьев.
Я довольно сильно увлекся этим делом, когда, преодолев очередной склон, наткнулся взглядом на что-то, отличающееся от однотипного пейзажа гор.
Где-то внизу мелькнула крыша рукотворного человеческого строения и я стал осторожнее искать место, откуда мог рассмотреть место возможно будущего первого контакта с землянами.
Пришлось серьезно свеситься за склон и продолжить разглядывать дом и участок, даже, очень хорошо огороженный для здешних мест.
Дом, небольшой, с железной крышей, стоит на таком косогоре, на площадке, посередине его. С моей стороны, от гор, расположено довольно много высоких парников, что довольно странно. Почему бы их не поставить из посередине площадки перед домом, вечером, наверно, они первыми попадают в тень. Дальше участок по периметру охватывает хороший и высокий забор, который проходит мимо парников.
Вокруг дома не видно никакого жилья и, даже, я не могу разобрать, где проходит дорога. Столбами электрическими тоже не пахнет, такая фазенда без удобств, хотя кабинку туалета я смог рассмотреть, довольно далеко от дома. С этим все понятно, машина, чтобы выкачивать содержимое, похоже, не нужна хозяевам, электричество берут от генератора.
Хотя, судя по тому, что нет развешенного белья и ничего, напоминающего о женской руке, женщины здесь нечасто появляются.
Вокруг дома густо посажены высокие деревья, хорошо закрывающие его от лучей солнца. Сейчас, уже вторая половина дня, часа четыре, судя по солнцу, я пока отдыхаю от долгого перехода, наломав себе веток на лежанку и спокойно веду наблюдение, пережевывая сушеное мясо.
Место похоже на обжитое, только, никого не видно, и я решаю продолжать наблюдение, надеясь все же рассмотреть, какая жизнь кипит в этих очень пустынных местах. Пока, чтобы не терять времени, я немного прохожу назад, чтобы запомнить маршрут, на котором ищу взглядом отмеченные деревья. Не сказать, чтобы метки бросались в глаза, зато, на небольшом расстоянии друг от друга их нетрудно заметить. Если знать, что искать.
Я пока не понимаю, начинать здесь знакомиться с местными или пройти подальше и уже там выходить на контакт, только, не знаю, сколько идти до ближайшего селения. Похоже, я спустился с гор по высоте на километр или немного меньше и деревни скоро пойдут, только, будут ли они обжитые, в наши современные времена.
Кто его знает. Наверно, обезлюдели уже.
Я возвращаюсь и гулко хлопаюсь на лежанку, заметив, что ничего нового не появилось около дома и тут меня ждет сюрприз. Из-за деревьев, закрывающих половину двора, выходит здоровенный
Вот был бы сюрприз, если бы я так подошел по-свойски и зашел во двор, такие псы приучены нападать молча. Меня аж от представления про такую встречу прямо передернуло. Понятно, что такой дом с парниками в безлюдной местности совсем без охраны никто не бросит. Пес продолжает наблюдать за кустами, в которых я смастерил себе лежанку, я хвалю себя, что нарезал веток, отойдя подальше от склона и сильно не шумел. Теперь я благодарен хозяевам за добротный забор, собака производит сильное впечатление, хотя, не опаснее северного волка, конечно.
Я продолжаю лежать, пес продолжает смотреть, ожидая нового шума или неловкого движения, и я вспоминаю, что я вам — не кто-нибудь, просто так мимо проходящий.
А, Великий убивец Кортов, больших, гигантских и малых.
Но, все равно, я очень рад, что не встретился с охранником поместья слишком внезапно.
Пес перестает высматривать меня в кустах и подскакивает к закрытым воротам, начиная демонстрировать радость и нетерпение.
Понятно, услышал, как хозяин подъезжает или подходит, очень издалека, уши у животинки работают сильно эффективнее моих, давно не мытых, кстати.
Через минуту и я слышу подвывание жигулевского мотора, который тащит машину через кручи и высоты на небольшой скорости. Дороги я все равно не наблюдаю, хотя машина уже где-то совсем рядом и вот, из сплошной рощи выскакивает бежевая копейка жигулей и медленно заползает на косогор.
Да, только таким агрегатам и Нивам, несложно собирать все буераки и ямы на деревенской дорожке. Я, даже, не удивлен выбором хозяина усадьбы, асфальт к нему нескоро проложат, скорее всего, никогда. Еще, меня удивило, что машина проехала через сплошной, по виду лес и я догадываюсь, что он просто так умело вырублен и корни выкорчеваны, что машина едет, полностью скрытая до конца.
Прямо спецдорога какая-то, для тайной миссии.
Водитель выходит из машины, не глуша ее, распахивает ворота, и пес начинает пляску радости вокруг хозяина, на задних лапах он, даже, выше мужика. Тот, плотный такой дядечка, в каких-то кримпленовых брюках такого же бежевого цвета и белой рубашке, с закатанными рукавами. Выглядит он достаточно уверенным в себе и снова садится за руль и загоняет машину за ворота.
Пес все так же скачет, соскучившись по хозяйской руке, похоже, забыл, что почуял наверху какой-то шум.
Мужик окончательно глушит машину, открывает багажник и вываливает, похоже, еду собаке, та сразу перестает скакать и жадно чавкает, склонившись над миской. Мужик достает из багажника какую-то плотную упаковку и вскрыв ее, высыпает часть в небольшое ведро, с которым направляется к парникам и держа ведро в руке, обходит их один за другим. Парники собраны из стекла, выглядят сделанными, кое-как и сами стекла уже очень грязные, сквозь них не видно ничего. Парники еще высокие, отмечаю я, дядька ходит по ним, не нагибаясь и старательно разбрасывая что-то из ведра под все кусты, как я могу рассмотреть через стенки.