Легко!
Шрифт:
– Сорок два, – ответила она легко.
Тут он заметил пакет «Харви Николс» рядом с ее рюкзачком. Она проследила его взгляд.
– Знаю, знаю, что вы подумали: «Она покупает еду в „Харви Нике“, какой снобизм». Просто так случилось, что я оказалась поблизости. И я одна в этом городе. Сколько я могу сэкономить на еде?
– Резонно.
– Мне пора. – Она попросила счет.
Джон потянулся и взял его.
– Можно я?
Ему понравился ее ответ, не игривый, а просто оброненный:
– Вы уверены?
– Уверен. А у вас случайно вечер не занят? Может, вместе поедим?
– Мне хочется домой. Но спасибо за приглашение.
Выйдя из магазина на улицу, он замахал
– Нет, спасибо, я живу напротив. Десять минут ходьбы через парк.
– Но вы же не можете идти по парку в темноте?
– Почему нет? Я всегда так хожу.
– Тогда я вас должен проводить.
– Это совершенно не нужно. Я знаю дорогу, и это безопасно.
– Нет, я настаиваю. Давайте считать, что мне просто хочется с вами пройтись.
– Ну, было бы неприлично отказать…
Анне не хотелось больше говорить о России – как будто она провинциалка и нет других тем. Почему-то она всю дорогу говорила о Диане, Чарлзе и Камилле. Они не заметили, как дошли до ее дома.
– Мне хотелось бы увидеть вас еще, Анна. Можно попросить ваш номер телефона? Я уезжаю в конце недели, но вернусь в Лондон где-то в середине сентября.
– Я буду в командировках почти весь сентябрь.
– Ну что, договоримся встретиться в конце сентября? Мне, правда, было интересно с вами болтать.
– Спасибо, мне тоже, – ответила она, протягивая ему визитную карточку. – До свидания.
Он наклонился и чмокнул ее в щеку. Она взбежала по ступенькам высокого крыльца, открыла дверь и зашла в лифт, не оглянувшись. Джон посмотрел, как лифт проглотил ее стройную фигурку, и пошел вдоль Бэйсуотер-роуд, думая, где бы перекусить.
«Приятный парень, не слишком выдающийся, по крайней мере, хоть одно знакомство в Лондоне, и он вполне космополитичен, не квадратно-британский. С ним легко… Он точно позвонит, это понятно. Хорошо, что живет в Эдинбурге, а не в Лондоне, будет приятно и совершенно не обременительно время от времени с ним встречаться. Ну, конечно, если он таки позвонит и если вторая встреча не будет разочарованием». Много «если». А послезавтра длинный уик-энд, и она опять совсем одна в этом городе.
Она снова подумала о маме – как было бы здорово сейчас позвонить ей, рассказать о квартирах, о новом знакомстве. Но мамы не было вот уже почти семь лет. Как была бы счастлива мама пожить с ней вдвоем в Лондоне. «Как несправедлива жизнь», – подумала Анна. Сейчас у нее куча денег, и она столько могла бы дать маме, чтобы сделать ее жизнь веселее и интереснее.
Их первый визит в Лондон вчетвером, всей семьей, вспоминать было особенно мучительно. Они ходили часами по городу пешком, экономя на такси, и ели в самых дешевых ресторанах. Насколько больше она могла бы дать маме сейчас. Смерть. Все можно еще изменить, но не это. Она никогда больше не увидит маму, не поговорит с ней. Неужели она сама думала о смерти лишь несколько месяцев назад? Дикость. Как это было бы жестоко по отношению к сыну. Борис никогда не будет так близок с ней, как она была близка с матерью. Но это нормально. У нее есть время подготовиться к одиночеству старости. Ну, до этого еще далеко.
Анна чувствовала себя максимум на тридцать пять, и впереди была интенсивная жизнь, тем более что она проживала каждую минуту по многу раз. Один раз в реальности и много раз в рефлексиях. И все время одна. Она вспомнила, как в феврале смотрела на белое безмолвие Москвы, слушая Виктора, как видела свет в окнах, за которыми текла чужая интересная жизнь. Не ее жизнь…
Глава 7
Джон был заинтригован. Он нашел местечко в пабе и заказал стейк. А было бы здорово,
Отель «Ройал Парк» в Эвиане был идиллией. Над озером нависал балкон с лепниной. Джон и Одри завтракали там по утрам. С озера поднимался туман, на балконе было зябко, а внизу – прозрачная холодная вода. Свежесть во всем.
Главным достоинством этого места была бирюзовая лагуна, обрамленная естественными гротами, врезанная в скалы и составлявшая часть отеля, опоясывая его террасы. Часть лагуны была внутри здания отеля, а часть – снаружи, с островками, камнями, на которых даже росли цветы. А через озеро – раскинувшийся Монтрё и за ним горы. Так романтично, что больше всего подходило для медового месяца.
Их четверка, включая Саймона с Лизой, много ходила на яхте, Саймон удил форель совершенно безуспешно. Джон искупался пару раз, хоть вода была зверски холодной. Одри в основном сидела в шезлонге на палубе, задрапированная от солнца шляпой и очками, и, не переставая, болтала с Лизой.
Джон не понимал, о чем могут болтать дни напролет женщины, знающие друг друга десятилетия. Дочь Саймона и Лизы работала в Глазго то ли аудитором, то ли бухгалтером и, как все, мечтала переехать в Лондон или, например, в Нью-Йорк. Лиза и Саймон все время обсуждали, не купить ли им домик в Альпах. А Одри рассказывала, что они с Джоном хотят приобрести дом в Хорватии. Три года назад они были очарованы природой, синим чистейшим морем, пиниями, подходящими к кромке воды, и страшной дешевизной. Аквамарин Адриатического моря, когда ты видишь дно, даже если глубина больше двадцати метров, и можешь рассмотреть каждый камень, а в воде играет переливами солнце – это так впечатляет. А дешевизна и неразвитость инфраструктуры означают огромный инвестиционный потенциал. Джон и Саймон дебатировали по этому поводу часами.
Они бродили по горам, объехали однажды все озеро, посетили Шильонский замок и видели того парня, который сидел там в тюрьме. Доехали до Гштаада, на обратном пути побродили по Монтрё, но там было слишком много туристов. Джон взял напрокат пятисотый BMW, и они съездили в Шамони. Ему нравился адреналин вождения по горам, но Одри на заднем сиденье ворчала, не переставая.
На следующий день после ужина Джон с Саймоном сидели с сигарами на террасе отеля. Лагуна была подсвечена и смотрелась как зачарованный лес, полный троллей.
– Джон, а ты счастлив? – неожиданно спросил Саймон.
– Да, а что?
– Так просто. Вы с Одри замечательная пара. Мы с Лизой тоже очень счастливы. Мы ведь поженились всего после четырех месяцев знакомства. И я ни разу не пожалел об этом. Ты же знаешь, я не очень легкий человек. Но Лиза настолько терпелива. Она необыкновенная женщина.
– Саймон, а у тебя всё в порядке?
– Да, в порядке. Всё нормально. Маргарет отлично устроилась, и я не думаю, что ей стоит уезжать из Глазго. Всё, правда, в порядке. Просто иногда думаю, как коротка жизнь. Я уже почти старик. А мы все танцуем, ходим друг к другу в гости, выпиваем. И что, это всё?