Легкая добыча
Шрифт:
— Я научусь тебя… любить? Разве кого-нибудь вообще можно научить любить? — Лиз подумала: не сон ли это? Ричард, умоляющий полюбить его? Если и сон, то пусть он продолжается как можно дольше… всегда! Коснувшись нежно одним пальцем его щеки, девушка продолжила: — По-моему, влюбиться — это как под паровоз попасть. На размышления и рассуждения нет ни времени, ни сил, ни желания! Поверь, я это знаю — по моему отношению к тебе!
От этих слов его лицо расплылось в еще более замечательной улыбке.
— А что же ты раньше молчала? — хитро спросил он и погладил ее нежно по голове. —
— Если все это происходит во сне, то, пожалуйста, не надо меня будить!
— Нет, Лиз, это не сон. Я очень тебя люблю. Не могу точно назвать момент, когда ты по-другому, уже не как посторонний человек, вошла в мой мир и перевернула его. Изменились мои взгляды и воззрения. Изменилось отношение к Флоренс. Она ведь для брака по расчету — вариант идеальный. Красива, самостоятельна, умеет брать от жизни все, что ей надо…
— Умела, — не удержавшись, съязвила Лиз. — Ей очень хотелось заполучить тебя. Не вышло!
Ричард мягко улыбнулся и серьезно сказал:
— С таким, каким я стал, ей было бы трудно ужиться. Ты и Пат вернули мне человеческие ощущения. А ей я был нужен, чтобы иметь крепкий тыл и смело идти по жизни. До моего сердца ей дела не было. Хуже того, она как-то полушутя сказала мне, что не может себе позволить завести ребенка, потому что ее фигура должна всегда быть идеальной, а то она растеряет клиентов, ориентирующихся в моде на нее самое. С определенного момента я стал думать о тебе, потом мечтать о нашей совместной жизни…
Ричард снова стал целовать ее — все жарче и жарче. Она чувствовала, как наполнявшее его желание переливается в ее тело. И ответные поцелуи Лиз стали схожи с его. Но между поцелуями она чисто по-женски не удержалась и спросила:
— А ты уверен, что равнодушен к Флоренс? Ведь она такая красивая и из твоего мира… в отличие от меня.
— Забудь об этом. Я люблю тебя. А кроме того, зачем мне нужен собственный клон, да еще клон меня не сегодняшнего, а вчерашнего? Вы с Пат меня сделали другим человеком. Раньше самой большой радостью для меня была борьба за деньги, за власть. Я просто похоронил себя заживо. Но я возродился, а она осталась такой похожей на меня из той, прежней жизни. Признаюсь тебе честно, что жутко испугался во время нашей первой встречи в клубе, узнав о существовании девочки и факте моего отцовства. Я не был готов к подобной ситуации. Но затем что-то во мне начало меняться. Сначала мне стало любопытно увидеть моего ребенка. А потом вы с девочкой постепенно стали неразрывной частью моей жизни, существования без вас я уже не мыслил. Кстати, с первых твоих слов я не сомневался в твоей правдивости, но только позднее понял, что ты пошла на такой шаг, не имея каких-то корыстных мыслей. В моем мире это вещь маловероятная и очень редкая.
— Слушай, а как же будет с твоими родителями?
— Пусть тебя это не волнует. Они глубоко уверены, что давно пора какой-нибудь отчаянной женщине принять в свои руки их засидевшегося в женихах сыночка. Такую возможность они увидели в тебе.
Пока они разговаривали, Ричард не терял времени даром. Его руки путешествовали под свитером Лиз. Когда он ладонями накрывал ее груди, девушка постанывала от удовольствия.
— Должна тебе сказать, что половину очарования своей улыбки ты взял у матери.
— Да, выходя замуж за отца, она была одной из самых красивых девушек в округе.
— Она и сейчас в полном порядке.
— Но и тебе грех жаловаться, Лиз.
— Где уж мне до Флоренс. Она такая утонченная, красивая, элегантная.
— Хватит прибедняться, а о Флоренс пора забыть.
Пальцами Ричард дразнил ее соски, и она ощущала, как они твердеют от его прикосновений. Он приподнял ее джемпер и стал водить медленно и дразняще губами по каждой груди. Подняв его голову обеими руками, Лиз томно шептала:
— Не сходи с ума… только не здесь… да еще когда в доме родители.
Отклонившись немного от Лиз, Ричард негромко рассмеялся.
— Неужели ты думаешь, будто они стоят за дверью и подслушивают, пытаясь определить, что тут у нас происходит?
— Но они в любой момент могут войти. — Представив эту картину, Лиз тихонько хохотнула. — Знаешь, нам пора по постелям. Надо же позволить этому чудаку с белой бородой и посохом исполнить свой долг.
— Ну ладно, отправляйся к себе. А у меня тут есть некоторые проблемы. Я тебя догоню.
Поднимаясь по лестнице, Лиз подумала, что все происходит как в сказке. В гостиной светится огнями елка, падает снег, спокойно в своей комнате спит Пат. Завтра ее можно не будить, она сама вскочит — поскорее увидеть, что разложил под елкой неутомимый Санта-Клаус.
Девочка действительно проснулась, когда на часах еще не было шести. Разбудила тетю: пора, мол, спуститься в гостиную, за подарками. Но Санта-Клаус оказался проворнее. Раздался легкий стук в дверь, и он самолично вошел в спальню. Девочка, конечно, узнала в нем сказочно принарядившегося Ричарда, но не по-детски разумно решила подыграть старшим.
— Веселого Рождества, — торжественным голосом пожелал старик и поцеловал малышку в щеку. Присев на корточки, Санта-Клаус обернулся к Лиз: — И вам, девушка, желаю веселого праздника. — Погладив ее по щеке, он легко поцеловал ее в губы. Она незаметно кивнула головой, одобряя его действия.
Решительный момент наступил. Вся троица уселась на кровать, и взрослые стали очень мягко и деликатно рассказывать девочке о том, какой главный сюрприз ее ждет на нынешнее Рождество. Внешне спокойно Пат выслушала все, что ей рассказали Ричард и Лиз, потом спросила:
— Ты вправду мой папа? Мне так тебя и называть?
— Если тебе удобнее, можешь называть меня по-прежнему Ричардом.
Девочка задумалась, и Лиз с интересом наблюдала, как отражаются на ее лице мысли, посетившие эту маленькую головку. Наконец Пат рассудительно сказала: