Легионеры
Шрифт:
– Что во-вторых? – не понял киберпанк.
– Вы сказали «во-первых, они-то как раз…»
– А! Да, действительно. – Боб почесал в затылке. – Во-вторых. Понимаешь, судя по тому, что вы подслушали про этого самого Палмера, он помешан на паранормальных явлениях. А это резко увеличивает шансы того, что он знает о проекте «Железный солдат».
– Почему? Мы не являемся паранормальным явлением…
– Это ты так думаешь. – Голос принадлежал Владимиру, и раздавался
– Проснулся? – осведомился Боб вместо приветствия. – Ну тогда забери у меня на диске файл с Маковым рассказом – человеку критика нужна.
– Плохой рассказ.
– Вы же его не читали, – удивился Эй-Ай.
– Но тебе нужна критика, вот я и критикую.
– Это шутка, Люк, – пояснил Боб. – Они в России так шутят.
– Я, кажется, понял.
– Где остальной народ? – осведомился Владимир.
– Кира играет в «салочки», – отозвался Люк, наблюдая, как Боб открывает очередную банку с пивом. – Мак пишет сказку…
– Я молчу… – донеслось из динамика.
– Хорошо. А Гик изучает состояние дел в Нью-Йорке. У него появилась идея.
– Какая еще идея? – насторожился Владимир. – Ребята, Нью-Йорк лучше не трогать. Пусть там армия разбирается.
– Мы считаем, – возразил Люк, – что если скрываться от опасностей, жизнь станет неинтересной. Надо смело идти навстречу неизвестному, и тогда в конце жизненного пути ты сможешь сказать, что все силы, вся жизнь были отданы борьбе за…
– Где ты этой фигни нахватался? – возмутился Владимир.
– В сериале «Уокер – техасский рейнджер», – последовал гордый ответ, а затем Боб с Люком замолчали примерно на полторы минуты, пока их русский друг выдавал развернутую характеристику того барахла, которым засоряют эфир западные телестанции.
– Эк ты круто, – с уважением протянул Боб.
– А нам так запретили, – грустно сказал Эй-Ай.
– Правильно запретили.
– А почему тебе можно ругаться, а…
– В России матом не ругаются, а разговаривают.
– Так что там у вас за идеи насчет Нью-Йорка? – нетерпеливо перебил их Боб.
Глава 3
– Здравствуйте. – Рейко повела глазами и, не обнаружив на экране Гарика, улыбнулась. С Гариком у девушки были очень сложные отношения, но обе стороны с оптимизмом смотрели в будущее.
– Здравствуй. – На сей раз Боб не стал тратить время на улыбки и общие слова. Он был зол. – Ты чего ребятам наговорила? Ты соображаешь, чем это для них может кончиться?
– А… – Рейко удивленно посмотрела на обычно добродушного киберпанка. – Что такое? Я что не так…
– Боба, ты не шуми, – подал голос Владимир. – Она же с ними знакома всего ничего. Она же не знает, как они решения принимают…
Особенность Эй-Ай, которую имел в виду Владимир, и вправду не была известна девушке. Заключалась же она в том, что неугомонная четверка была всегда готова влезть в любую авантюру, а уж начав дело, неизменно доводила его до логической развязки, со стрельбой и разрушениями.
– Ты зачем с ними про Манхэттен говорила?
– Я… – Рейко не привыкла, что ее отчитывают как провинившуюся первоклассницу, и похоже, не знала, как реагировать. – Они меня сами попросили…
– Что делать-то будем? – жалобно произнес Боб.
– Да что случилось-то?!
– Что ты им говорила? Только точно.
– Ну… Я попыталась разобраться, что они там строят в Манхэттене. И почти разобралась, но… – Рейко вздохнула и сразу стала похожа на ту карикатуру, которую нарисовал Гарик перед отъездом на Аляску.
– Но что?
– В общем, похоже, не вы одни такие умные, – сказала Рейко.
– О?
– Кто-то управляет этими… ну, которые в Манхэттене.
– Кто-то? Как это понимать? Все… – Боб чуть было не ляпнул, что все пароли остались у Гарика, и кроме него никто не может управлять «бунтом роботов», но вовремя прикусил язык.
– Кто-то разумный. Машине самой не додуматься до некоторых вещей.
– Каких?
– Ну… – Рейко неуверенно повела плечами. – Слушайте, это долгая история. Я выяснила, ОК? Там кто-то сидит, прямо там, в Манхэттене, я отследила его канал, точнее, три канала, а всего у него… ну, наверное, еще больше.
– И что он делает?
– В том-то и дело! – Девушка вздохнула. – Не знаю я. То есть это лабораторные корпуса, ну из той «Цивилизации», где все мощности бросаешь на науку, а от соседей откупаешься территорией, а потом…
– А потом давишь их атомным оружием, – закончил за нее Владимир. – Знаем, пробовали. Но это не пройдет, у них весь красный сектор под запретом.
– Да, – кивнула Рейко. – Я и не говорю. Но там сидит человек, который им помогает выбирать направление развития.