Легионеры
Шрифт:
Мигель позвонил Эрнесто. Встретились.
– Прости, Мигель, я не могу с тобой, у матери рак. Вот телефон, позвони Пульпо 5 . Кликуха у него такая.
– У меня есть ещё одна наводка в Виста дель Мар.
Клочок бумаги с нацарапанным на ней телефоном лежал у Мигеля в кармане. Мигелю дал её незнакомый парень в баре, где он накануне напился и, по-видимому, наболтал лишнего. А так с чего бы тому давать ему номер телефона? На прощание приятели обнялись, долго хлопали друг друга, расставание получилось сентиментальным. Эрнесто даже
5
Pulpo (исп.) – Осьминог
Всё решила цена. Пульпо запросил тысячу зелёных, а человек в Виста дель Мар согласился за пятьсот.
Через неделю Мигелю позвонили. Мигель сел в автобус, в кармане лежали пятьсот долларов – плата за доставку в американскую зону. По указанному адресу располагалась кособокая бетонная коробка. На пороге его встретил худощавый тридцатилетний щёголь – с первого взгляда видно, что не местный.
– Хосе, – крикнул он, повернув голову в сторону открытой двери, – Клиент!
Из помещения вышел мужчина средних лет. Он окинул Мигеля взглядом, как бы прицениваясь – не продешевил ли, назначив столь низкую цену.
– Пять косарей…
Мигель отдал деньги.
– Посиди на улице, я сейчас, – сказал и исчез в дверном проёме.
Щёголь ушёл. Мигель сел на корточки, прислонился к стене дома, закрыл глаза, подставив лицо солнцу. Он отдыхал и думал о побеге. Страха не было: «Завтра я буду в Майами».
Мигель услышал шаги, открыл глаза. К нему приближались двое полицейских. Подошли, спросили документы, попросили пройти в участок для проверки. «Какая проверка?» В участке его допросили: «Что ты здесь делаешь? Откуда приехал? Зачем?» Он не мог толком объяснить, что делает в Виста дель Мар. Его продержали сутки и отпустили. Мигель вернулся туда, где его взяли полицейские, прошёл в дверной проём коробки: голые стены, на земляном полу строительный мусор, в воздухе устойчивый запах испражнений. «Так и есть, подстава!»
Весь следующий день он пролежал лицом к стене. Со стены на него смотрел одноглазый Боб Марли. Кто испортил портрет и закрасил глаз, у Мигеля не было желания выяснять. Ему хотелось напиться. Денег не было. Поздно вечером он пошёл на пятачок, где тусуются гомики, там его снял пожилой немец. Мигель отобрал у него кошелёк, взял пятьдесят евро, остальное вернул. На эти деньги снова напился.
На следующее утро в ванной перед зеркалом Мигель высунул язык. Дурацкое отражение в зеркале – рожа с высунутым языком, покрытым белым с желтизной налётом, усталый апатичный взгляд. Мигель взял зубную щётку и стал счищать налёт, тем самым вызвал рвоту. Кровь застучала в висках. Он принял душ, похмелился пивом, и только после этого ему полегчало. Вечером пошёл в сторону Эль Малекон посмотреть на закат, потолкаться среди гуляющих, чтобы не быть одному. Но быстро ощутил себя лишним: люди, их улыбки и смех раздражали его. Он покинул оживлённое место на набережной, спустился к воде, устроился на брошенном кем-то порванном шезлонге и уснул под шелест прибоя. Ему снился цветной сон – слепящий свет софитов, он наносит сокрушительный удар, соперник падает, салют разрывает небо петардами, становится светло, как днём…
Мигель проснулся. Невдалеке кто-то работал отбойным молотком, грохот которого во сне он принял за салют. Первые лучи солнца отражались в морской глади. На море – полный штиль. Мигель разделся догола, вошёл
«Надо было слушать Эрнесто». Он не мог рассказать приятелю, что его кинули, как лоха – это всё равно, что расписаться в своей глупости. Вот Санни он мог сказать больше, чем кому-либо. Санни давно завязал с боксом, устроился работать в автомастерскую – он всегда любил автомобили.
– Нужна тысяча баксов, не знаешь где взять?
– У меня есть пятьсот.
– Не поможет, ещё половину надо.
– Можно попробовать у Диаса спросить… Возьмёшь моих пятьсот?
– Нет спасибо, какая разница просить пятьсот или тысячу.
Диас знал Мигеля – не раз бывал на его матчах. Если бы на Кубе был разрешён профессиональный бокс, Диас стал бы главным кубинским промоутером. Он любил бокс и обладал железной хваткой в делах. Делами его были наркотики и проституция.
– Диас, мне нужны деньги.
– Сколько?
– Штука баксов.
– Не мало. Что взамен?
– У меня сейчас ничего нет, но я отдам.
– Я знаю, что ты отдашь, если деньги будут. А если их не будет?
– Будут.
– Что у тебя есть? – взгляд Диаса не выражал эмоций.
Мигель старался сообразить, что ответить.
– Что у тебя есть? – Диас повторил вопрос. И сам ответил:
– Кулаки, вот что у тебя есть.
Мигель поднял свои большие руки и посмотрел на них.
– Я дам, через год вернёшь пять тонн, не сможешь через год – через два вернёшь десять. А если лажанёшься – отработать придётся. Понял?
Мигель утвердительно кивнул головой. Диас отсчитал десять новеньких хрустящих стодолларовых банкнот:
– Удачи, amigo!
Мигель позвонил Пульпо. В ожидании ответного звонка прошёл месяц. За это время Мигель пристрастился к пиву. На тренировки к Карлосу ходил редко. В Мигеле угас огонь, не было прежней одержимости. Карлос молчал. Он знал – каждый боксёр устаёт психологически от боёв, от напряжения, связанного с тренировками, отдых нужен… иной раз кажется – боксёр навсегда уходит из бокса, но потом возвращается, с некоторыми это происходит по многу раз.
Мигель, капитан Пульпо и ещё двое сели ночью в катер, на море был штиль. Все молчали. Пульпо окинул взглядом пассажиров, усмехнулся.
Они отшвартовались, шли на полном форсаже до нейтральных вод. Через несколько часов Пульпо сбросил обороты, и лодка почти бесшумно заскользила в направлении Флориды. «Ещё час и будете выгружаться. Не бздите парни! Не вы первые и не вы последние».
Они шли в кромешной тьме. Внезапно завыла сирена, лодку осветили прожекторами.
– Atencion! 6 Заглушить мотор, manos arriba 7 , бьём на поражение.
6
Внимание (исп.)
7
Руки вверх (исп.)