Легионеры
Шрифт:
Необходимой в таких случаях паузы, не последовало.
— Я согласен, — Алексей резко поднялся с кресла. — Но при условии согласия Сергея.
Тот ничего не говорил. Начал раскачиваться на стуле и издавать странные звуки. Алексей посмотрел на него с удивлением. И громко сказал, как бы отвечая:
— Ну и дурак, — и обращаясь к его отцу извиняющимся тоном добавил. — Извините, что я так резок с вашим сыном, но он еще смеет сомневаться…
И
— Капрал Баг Арт! В прошлый раз, вы ссылаясь на легкое, а если правильнее сказать пустячное ранение, отказались заниматься уборкой песка в пустыне. После не захотели выступать в стриптизе… Пора прекратить капризы и взяться за ум.
— Я тоже согласен, еще больше чем этот умник посчитавший себе выше меня по званию, — Сергей улыбался хорошей открытой улыбкой и обращаясь к отцу, сказал — Большое спасибо, мой дорогой отец, за все. И прости, что я тебя не послушался, по поводу твоих предыдущих предложений. Этому были объективные и субъективные причины.
Отец, явно вздохнул с облегчением, но не удержался и язвительно спросил у неразумного дитя:
— Извини, Сергей, но я тебя не могу понять. Какие могут быть причины для того чтобы отказаться от нормальной жизни, и, после этого еще сходить в наемники, тем более, во французские?
— Главная из них сидит перед тобой, — он кивнул в сторону Алексея. — Найти, такого, верного друга в этой прагматичной жизни, стоило того, что ты только, что перечислил. И еще, я познакомился с той… вернее с тем, что оказывается, есть совершенно иной мир, о существовании которого я даже не мог подозревать. Грязный, жестокий…
— Извините господа, что перебиваю вас. Но за похвалами в мой адрес и разговорами о том, какой я грязный и жестокий, мы забыли о главном.
Гусаров казался деловитым и внутренне собранным, как будто собирался торговаться за мешок картошки, — в Легионе нам платили около восьми тысяч франков в месяц, но выдавали обмундирование и еще кормили. А как здесь?
— На первое время сами установите себе почасовую оплату, а потом как уж сработаете, — удивленно пояснил ему Платонов и указывая на сына добавил:
— Я думаю, что в его корпорации, — отец уже обращался к Сергею. — Да, да, не смотри такими удивленными глазами, твоей в том числе. Так вот, получать вы здесь будете гораздо больше, чем бегая с автоматиками и поминутно рискуя жизнью… Я думаю, что даже больше чем в двадцать раз, но сами определитесь… Тем более один из совладельцев компании сидит рядом с вами. Будем надеяться, что не обидит?
— Это мне нравиться, хотя надеяться на Серегу, после того, как… Извините, я о наболевшем… После того, как он отказался убирать песок… — видя как тот нахмурился, Алексей быстро завершил свои сомнения. — Но подчиняюсь грубой силе сложившихся обстоятельств и поэтому, надежда только и остается.
В последний раз перед прощанием, непонятно почему, но все присутствующие по-хорошему чему-то своему поулыбались.
— Определитесь со временем начала работы, остальное вам объяснит и покажет моя помощница, сестра Сергея Марина. Она в курсе всех событий. Если предполагаемые под офис помещения чем-то вам не понравятся или не подойдут, у нее на примете есть и другие варианты. Но мне хотелось бы, чтобы вы располагались здесь.
Последнее звучало как приказ. Бывшие легионеры склонив в полупоклоне головы распрощались и вышли.
На выходе, смешливая Марина вручила Алексею новенький российский паспорт, чем конечно весьма озадачил его.
— За новоиспеченного гражданина великой России следует хорошо поесть… — заявил любуясь своей фотографией на документе Алексей.
Обратив внимание на постную физиономию друга, подумав добавил:
«И выпить, конечно… Ну, чего скуксился, совладелец? Гуляем сегодня. Я угощаю.»
Сидя в ресторане и уплетая то, что заказал Сергей, так как он понимал все эти витиеватые кулинарные формулы, Алексей заявил, что им обоим здорово повезло.
По этому поводу и выпил. Наотмашь резанул салфеткой по губам и потребовал у официанта «расчет на месте, р-р-раз-два».
Подал ему, каким-то чудом сохраненную в условиях безводной пустыни кредитную карточку и потребовал у служителя общепита написать на бумажке всю правду. Тот еще по-русски, чисто конкретно переспросил:
«Всю, всю?»
Алексей не отказался от своего намерения узнать «всю» и размашистым кивком головы, дугообразной амплитуды, подтвердил это. Большие знания, рождают такие же печали, а иногда и радости. Алексея же интересовал остаток суммы на кредитной карте. Хватит или нет до будущей зарплаты? Как человек, производный советского периода истории, он жизнь от зарплаты до зарплаты впитал с молоком трех поколений своих предков, которых он, хоть и не знал, но знания передались на генетическом уровне.
Пока ждали возвращения официанта, со всей правдой, Сергей, довольно монотонно, хотя слаженно и откровенно рассказал Алексею историю своей семьи. Пока он рассказывал, Алексей еще выпил, да и закусил… А потом еще раз… Коль скоро собирался честно заработанными деньгами заплатить за болезненную страсть к еде, чего зря разоряться и стесняться. Раз заплатил, значит ешь.
Видно именно из-за его этих механически повторяющихся «выпил-закусил, выпил-закусил…» он вначале и не обратил внимание на то, что написал ему на отдельной бумажке официант. Но когда смог поставить нормальный свет и создать правильную фокусировку глаз, ему удалось проникнуть в магию простых чисел. После чего, как бы не веря своим глазам, более внимательно посмотреть на бумажку.