Легионер
Шрифт:
У стен казармы его ждал Гета.
– Думал, уже и не дождусь, – буркнул он. – И где тебя носило, мой господин?
– Так… Купался.
Мальчик пристально посмотрел на него:
– Ну, как, берешь меня в слуги?
– Пожалуй, возьму, – задумчиво протянул Рысь. – Но с одним условием.
– Каким же?
– Быстренько притащи мне кувшин пива!
– Всего-то? Сейчас!
Босые пятки Геты засверкали сквозь поднятую дорожную пыль.
Глава 2 Апрель 229 г. Нижняя Британия Мнимых друзей
Наколка, – комментировал демонстратор…
– А здорово больно, когда кололи?
– Умеешь чистить доспехи? – Рысь искоса посмотрел на Гету.
Мальчик кивнул. Он прибежал сегодня рано, еще до восхода солнца, сел на форуме, прислонившись спиной к недавно оштукатуренной стене казармы и, как положено усердному слуге, терпеливо дожидался хозяина, а тем временем с любопытством разглядывал выставленные у дверей шесты с эмблемами: драконом шестой когорты и ладонями манипул. Там и застал его вышедший из казармы Юний, запоздало вспомнив, что не далее как вчера нанял себе слугу. По зрелому размышлению, вольнонаемный слуга обходился куда выгодней, нежели раб – раб стоил немалых денег, а для приобретения слуги достаточно небольшой платы. Если же вдруг кого-нибудь из них убьют в схватке, так раба больше жалко: с ним погибнет его полная стоимость, в то время как слуга сам несет расходы по своей смерти.
– Там, в моем углу, доспехи, шлем, щит – вытащи их и почисти, – распорядился Рысь. – Часовой тебя пропустит. А я пока схожу к начальству, узнаю что к чему.
– Верно, – поддержал его толстый Сервилий, как раз в это время показавшийся из дверей. – Узнай-ка там поточнее насчет наместника. Приедет или нет?
– Да приедет, наверное, – Рысь усмехнулся. – Иначе с чего бы это вдруг нам выдали вовремя жалованье? А вообще я бы предпочел отсидеться в карауле, жаль, не наша очередь.
– Да, нынче очередь не наша, – согласно кивнул легионер. – Повезло же некоторым! Стой себе на посту, как и всегда, а мы… Ведь наверняка строевой смотр устроят!
– Устроят. Ты скажи нашим, пускай, пока время есть, приведут в порядок все оружие и снаряжение.
– Да приведут. – Сервилий с наслаждением вдохнул свежий утренний воздух и поинтересовался: – Чего это Гета с утра по казармам шляется? Не украл бы чего.
– Не украдет. – Юний посмотрел в небо. – Гета теперь – мой слуга. А дождь так и не собрался.
– Да, хороший денек будет сегодня. Говорят, – оглянувшись на стоявшего у дверей часового, Сервилий понизил голос, – будто такую погоду наколдовали местные жрецы, у бригантов ведь как раз сегодня праздник!
– Ну да, об этом все знают, – Рысь удивленно взглянул на воина. – А ты чего шепотом-то?
– Да так, – отмахнулся тот. – Говорят, для того, чтобы умилостивить бога Солнца, друиды бригантов принесли ему ночью в жертву трех красивых рабынь.
– Что ж, – согласился Юний. – Такое вполне может быть.
Сервилий неожиданно повеселел:
– Вот и я говорю, что может. А эти, Приск с Марцианом, ржут, словно лошади – дескать, всех местных
Рысь улыбнулся:
– Не молиться тебе сейчас надо, Сервилий, а оружие чистить. Не то придерется к чему-нибудь наместник – не помогут тебе тогда ни Юпитер, ни Юнона.
– Да уж, хорошо некоторым. – Воин завистливо скривился. – Не одолжишь своего слугу на короткое время?
– Пусть сначала мои доспехи почистит, – вскользь заметил Юний. – А потом, что ж, пожалуй, одолжу. Только об оплате договаривайся с ним сам.
– Хорошо, договорюсь! Думаю, дупондия ему вполне хватит.
В здании, где размещалось гарнизонное начальство, уже с утра была кутерьма. Входили и выходили центурионы и кое-кто поважнее, раздраженно кричали командиры манипулов, а громче других Домиций Верула – коренастый, с хитрым обветренным лицом. Про него все знали, что он бывший пастух. Взахлеб ругаясь с пожилым смотрителем складов, Домиций стучал кулаком по стене и требовал немедленно обеспечить его манипул новейшим снаряжением.
– Иначе ты узнаешь гнев всех богов, Лупиан, – орал Верула, воздевая руки к небу, вернее, к крыше. – Видано ли дело? Мои легионеры спят в рваных палатках!
– Так пусть зашьют, – смотрителя нимало не смущал такой напор. И не с такими буянами приходилось сталкиваться.
– Зашьют?! – Домиция аж перекосило от бешенства. – Да там и зашивать-то нечего, клянусь Меркурием и Марсом! Один гнилой хлам.
– Между прочим, платки тебе выдали не ранее как в ноябре. А сейчас всего-навсего апрель, – невозмутимо усмехнулся Лупиан.
– Так вот и выдали гнилой хлам!
– Постой-постой. – Смотритель вышел из-за стола и выгреб из стоящего рядом шкафчика кучу деревянных табличек, покрытых слоем воска. Ловко вытащив из общей кучи одну, он сунул ее под нос Домицию. – Читай! Твоя подпись?
– Ну, допустим, моя, – несколько поостыл тот.
– А тогда какие претензии? – Лупиан с усмешкой развел руками. – Еще скажи спасибо, что хоть такие палатки дали… Тем более вы сейчас все по казармам спите, к чему вам палатки? Верно я говорю, Юний?
– Аве, – почтительно поздоровался Рысь.
– А, привет, Юний. – Домиций Верула демократично хлопнул молодого человека по плечу. – Говорят, ты вчера приобрел трех домашних рабов? Поздравляю с покупкой!
– Надо же! – с деланной завистью покачал головой Лупиан. – Тут служишь, служишь – даже на старого осла не накопишь.
– Уметь копить надо! – Верула громко захохотал и еще раз хлопнул Юния по плечу. – Будет возможность – переходи ко мне в манипул, а? Мне бережливые люди нужны.
– Вот так, – покачал головой Рысь. – Нанял вчера слугу. А слухи пошли – что не слугу, а рабов, и не нанял, а купил. Во, люди!
– Так ты все же купил рабов? – полюбопытствовал какой-то десятник из батавской центурии.
– Купил, купил, отстаньте! – Юний шутливо замахал руками. – Не трех рабов, а целых пять – всем, всем расскажите!