Легионер

Посняков Андрей

Собравшиеся на площади люди постепенно расходились по своим делам, торговцы сворачивали палатки, грузили на возы нераспроданный товар. Темнело.

– Господин! – какой-то подросток-бригант тронул Юния за плечо.

– Ах да, – спохватился тот. – Я ведь совсем забыл про стулья. Сейчас идем…

– Я не только о стульях, господин, – покачал головой подросток. – С – тобой хотят поговорить.

– Кто? – насторожился Рысь.

– Хорошие люди, – юноша улыбнулся, – они желают тебе добра. Идем.

Кивнув, Юний молча последовал

за подростком. Идти оказалось недалеко – в подворотню, где поджидали трое парней из тех, что перегораживали дорогу вотандинам.

– Мы хотим поблагодарить тебя, римлянин, – завидев Рысь, громко сказал один их них. – Ты вступился за нас.

– Omnes, quantum potes, juva, – улыбнулся молодой командир.

– Что? – парень явно не очень-то хорошо знал латынь.

– Всем, сколько можешь, помогай, – на языке бригантов пояснил Рысь.

Парни весело засмеялись, и Юний вскинул брови:

– Я что-то не так сказал?

– Нет, все так… Только ты странно произносишь слова, так говорят белги. Не надо слишком растягивать звуки… Ну, к примеру, скажи – «корова».

– Бо-о, – усмехнувшись, произнес легионер.

– Вот видишь! Так же произносят и белги. Мы же говорим просто – бо… Или вот, «кот» – пангур, да?

– Да, пянгур.

– Не «пянгур», а «пангур», дошло?

– Почти… Не смягчать звуки и не тянуть слова… Так будет понятнее?

– Да, вот так – хорошо.

Рысь хитровато посмотрел на парней:

– Ну, наверное, не только за этим вы меня позвали?

– Конечно, не только. Этот вотандин, Мад Магройд… Он здорово дерется и способен переломать тебе все кости.

Юний презрительно скривился:

– Посмотрим еще, кто кому переломает!

– Извини, но римляне не очень хорошие бойцы.

– Посмотрим! – упрямо повторил Рысь. Отказываться от боя он не желал – уж больно хотелось проучить разрисованного выскочку.

– А Мад Магройд знает много запрещенных приемов, – продолжил другой парень, не тот, что учил правильному произношению. – Мы можем затруднить ему бой. Сделать?

Рысь улыбнулся:

– А как же? Можете – делайте!

Раз предлагают конкретную помощь – не следовало от нее отказываться и изображать придурковатого героя. Что же касается такого понятия, как честный поединок, то Рысь еще со времен гладиаторских боев относился к нему с циничным пренебрежением. Хороший поединок – выигранный поединок, еще лучше – вообще не состоявшийся. А уж честь можно оставить для экзальтированных неженок из тех, кто никогда не сталкивался с подставами и договорными боями.

– Спасибо, ребята! – от всей души поблагодарил Юний. – Помогайте, если можете. Только не слишком торопитесь – думаю, я уделаю этого петуха со шрамом и сам.

– Да поможет тебе Нумос и богиня Бригитта!

Небольшой ветерок раскачивал черные ветви деревьев, в темном ночном небе холодно мерцали звезды, а вышедшая из-за

тучи луна заливала прозрачным светом просторную поляну, посередине которой высились большие – в пять человеческих ростов – камни. Кто их сюда поставил, когда и зачем – никто не знал. Одни говорили, что это сделали боги, другие – что далекие предки. Мощные, грубо обтесанные валуны числом девять стояли ровным кругом, оставляя посередине свободное, заросшее невысокой травою пространство шириной примерно в два десятка шагов. На поляне не видно было ни кустарников, ни деревьев, даже вездесущего папоротника. То ли не росло ничего, а может быть, специально повыдергали.

У камней уже собрались празднично одетые люди. Негромко переговариваясь, они терпеливо ждали поединка. Еще бы – гость из дальних краев, Куид Мад Магройд, обещал жестоко проучить молодого римлянина. Кто-то желал победы вотандину, кто-то – легионеру, ну а основной массе было все равно – кто победит, тот и победит, пусть решают боги, главное, чтоб зрелище было интересным. Мад Магройд, в плаще, накинутом на голые плечи, уже прохаживался меж камнями, подкидывая гладко оструганную палку длиной с римское метательное копье – пилум. Зачесанные назад волосы и боевая раскраска придавали вотандину весьма устрашающий вид. Точно так же выглядели и его спутники, маячившие неподалеку.

– Ну, где же этот трус? – бахвалясь, громко выкрикнул Мад Магройд. – Видно, римлянин решил отсидеться в крепости… Что ж, чего же еще ожидать?

Между камнями разожгли костры – ровно девять. Бурное желтое пламя прогнало ночь, ярко осветив зрителей, травяную арену и прохаживающегося по ней вотандина.

– Где, где римский щенок?

– Идут! – вдруг закричали мальчишки. – Идут.

И в самом деле, из лесу показались римляне – Рысь, воины его контуберия и Домиций Верула со своими людьми.

– Может, запустить этому петуху в башку камнем? – догнав Юния, шепотом предложил Домиций. – Со мной хороший пращник… Аппий, тот, что учил тебя.

– Не нужно, – усмехнулся Рысь. – Впрочем, пусть он все же будет наготове.

Римляне остановились у костров, и зрители молча расступились, пропустив Юния. Какой-то высокий седой старик в белых одеждах протянул молодому человеку палку. Рысь попробовал было ее согнуть – крепкая! А ведь могли бы и подпилить… Впрочем, зачем? Ведь «разрисованный» уверен в победе.

Жарко горели костры, дрожали отбрасываемые исполинскими камнями тени. Выйдя на середину поляны, Юний оперся на палку и кивнул вотандину. Тот ухмыльнулся – в трепещущем свете костров шрам на его левой щеке казался еще более ужасным.

– А, явился, римлянин? – сплюнув, громко спросил Мад Магройд. – Признаться, я уж тебя и не ждал.

Вотандины захохотали, засмеялся и кое-кто в толпе. Рысь оглянулся и помахал своим.

– Давай! – ободряюще крикнул Верула. – Покажи этому петуху, как могут биться воины десятого легиона!