Легион Грома
Шрифт:
В спешке она и не заметила, что оружие приземлилось за спинами Аулэя и Лекманна. Ошарашенные, они оглянулись, а потом кинулись подбирать оружие. И в этом своем стремлении были не одиноки. Четверо-пятеро орков тоже решили поменять ножи на оружие с более длинными лезвиями. Через двадцать секунд, наполненных пинками и затрещинами, все были вооружены заново.
И то, что прежде представляло собой обмен ножевыми ударами, теперь трансформировалось в схватку на мечах.
— Охотник за удачей! — прокричал Страйк Лекманну. — Защищайся!
— Иди сюда и получи свое, урод!
Джап и рядовые
Человек настроился убить быстро. Он обрушил на Страйка шквал ударов. Он рассекал воздух с ошарашивающей быстротой, так что меч превратился в туманное облако. Страйк не отступал и парировал каждый удар. Отбив полдюжины выпадов, он получил наконец возможность продвинуться на пару шагов вперед и перейти в контратаку. Лекманн парировал его удары с прежней ловкостью и быстро отбил потерянное было пространство.
Они фехтовали, полностью сосредоточившись, не замечая ничего вокруг, выбивая лезвиями металлическую чечетку.
Джап занялся Аулэем. Человек владел мечом хуже Лекманна — то есть владел им просто хорошо, хотя гнев и отчаяние придавали ему дополнительный пыл. Но ярость туманила мозги.
Дворф размахнулся, решив одним мощным ударом обезглавить противника. Аулэй нырнул и ответил горизонтальным взмахом, нацелившись выпустить кишки. Меч, как коса, рассек воздух. Джап отскочил назад, а потом его клинок опять засвистел в воздухе.
По всей комнате орки и гоблины полностью предавались убийству. Лезвия натыкались на древки, ножи скребли по кольчугам, мечи со звоном ударялись друг о друга. Вот Росомаха схватил стол и грохнул им о спину гоблина, тем временем другой орк нанес тому смертельный удар. Третий, получивший от стражника рану дубиной, с размаху ударился о стену. Однако нашел в себе силы подняться и вновь пустил меч в ход.
На помосте Хаскер и Блаан сцепились в рукопашной. Каждый держал удары противника и тут же наносил ответные. Ни один не уступал.
Блаан врезал Хаскеру в подбородок.
— Мордой в пол!!! — заревел он.
Хаскер качнулся, но не упал. Издав безумный вопль, он нанес ответный удар противнику в живот. Блаан слегка попятился, но этим дело и ограничилось. Оба не привыкли к тому, чтобы противник после их удара оставался на ногах, и это придавало ярости обоим.
Вытянув руки и двигаясь для своего веса удивительно быстро, Блаан рванулся вперед и мощными руками обхватил Хаскера. С напряженными лицами и раздувающимися мышцами они начали кататься по помосту.
Коилла подумала было, не заняться ли работорговцем, но потом решила найти более желанную цель и спрыгнула с помоста. Откуда ни возьмись из кучи-малы появился гоблин. Они скрестили мечи, недостаток умения гоблин компенсировал бешеной скоростью. Коилла парировала все выпады, с легкостью отбивая клинок противника. Потом произвела обманный маневр и воткнула лезвие врагу прямо в глаз. Тварь, вопя, рухнула на пол.
Коилла вновь направилась к своим похитителям.
Лекманн и Страйк по-прежнему фехтовали, не уступая друг другу. Это не интересовало Коиллу. Ей был нужен Аулэй.
Тот дрался с Джапом, с обоих ручьями тек пот.
— Он мой! — прокричала Коилла. Джап понял. Отпрянув,
Коилла заняла его место.
— Я мечтала об этой минуте, ублюдок! — сплюнула она.
— И я кое-что должен тебе, сука! — Сам того не замечая, Аулэй рассеянно прикоснулся к перебинтованному уху завязанным пальцем.
От удара зазубренных лезвий содрогнулся воздух. Коилла делала выпады и уходила от ударов, выжидая удобный момент вонзить холодную сталь в плоть противника. Аулэй отбивался с бравадой, граничащей с паникой. Одного убийственного выражения лица Коиллы хватало, чтобы поддерживать энергию его обороны. Он размахивал мечом отчаянно и не всегда точно; кроме того, его стиль стал более непредсказуемым.
Коилла, со своей стороны, вложила в атаку всю ненависть к охотникам за удачей. Только кровь могла утолить обиду, которую они ей нанесли. Она с яростью ударяла мечом по мечу одноглазого, и казалось чудом, что оружие не переламывается. Аулэю приходилось несладко. Вскоре его грамотная оборона свелась уже к чистому самосохранению.
Страйк обнаружил, что Лекманн, несмотря на внешнюю хилость, дерется как бес. Эта дуэль требовала от капитана полной концентрации и всей силы.
Согласно старой оркской пословице, то, как враг дерется, выдает, как он думает. В данном случае древняя истина опять подтвердилась. Лекманн полагался в основном на обманные маневры, что вполне соответствовало его натуре. Страйк не меньше него поднаторел в подобных штуках и отвечал соответственно. Хотя он бы предпочел честность прямой стычки.
Они кружили друг вокруг друга, выискивая прореху в обороне противника, готовые к стремительному убийству. Лекманн сделал выпад и рубанул лезвием по голове Страйка. Тот нырнул в сторону и ответил ударом в грудь, но не дотянулся. И они вновь принялись исполнять свой смертельный танец.
Разат-Киг продолжал изрыгать ярость и разочарование, не забывал он и о приказах, выкрикивая их как на своем родном, так и на всеобщем языке. Выкрики умолкли, когда солдат-орк снизу попытался ударить его мечом по ногам. Работорговец подпрыгнул. За неимением оружия, он схватил тяжелый матерчатый мешок и обрушил его на голову орка, но промахнулся и сам едва не потерял равновесие. Солдат разрубил мешок. Поток серебряных монет, предназначенных охотникам за удачей, полился во все стороны. Монеты катились и подпрыгивали по полу. Орки и гоблины оскальзывались на них.
Дюжины две монет покатились в сторону Страйка и Лекманна. Монеты захрустели под ногами, противники замедлили темп, но не остановились. Оба уже начали уставать, и схватка достигла этапа, когда решающим компонентом становится выносливость. Хотя ни один пока и не позволял усталости уменьшить частоту наносимых ударов.
Хаскер и Блаан приближались к тому же самому барьеру. Хаскер понимал, что пора заканчивать, и побыстрее, пока еще остались силы. Они сцепились в рукопашной, руки Блаана на спине Хаскера, причем одна рука орка оказалась намертво прижатой к туловищу. Черпая силы из уже истощившегося источника внутренней энергии, Хаскер поднял свободную руку и стал раз за разом бить ею по голове охотника за удачей. Одновременно он старался освободить прижатую руку.