Легенды всегда врут

Островерхов Роман

– Остановись, путник, – доносится низкий, на грани слышимости шепот. Тем не менее этот тихий звук ощутимо колеблет воздух. Но этого не может быть! Глаза великана открылись, его рот двигается.

– Мать моя гоблин, оно живое, – потрясенно шепчете вы. Вряд ли это ожившая статуя, скорее похоже на то, что великан просто просидел здесь очень, очень долго. Подвижник в шкурах, чтоб его, столпник первобытный.

– Есть лес, – тихи шелестит голос. – Есть волк. Есть время, есть место и есть расстояние. Волк мчится вперед. Лапы его быстры, ум его свободен.

Но как далеко он сможет забежать в лес?

Вроде бы негромкий шепот, но тем не менее слова великана будто давят на воздух. До вас долетает гнилостный запах из его рта, поднявшийся ветерок вздымает листву. Вы прикидываете, что будет, если он крикнет, и решаете, что лучше его не игнорировать, а ответить на его дурацкий вопрос. Ваш ответ начнется словами:

– До середины леса 173

– До конца леса 145

– И волк, и лес – все это суть иллюзия 208

137

Странные развалины приближаются, и вы раздумываете, не обойти ли их стороной, но тут события принимают неожиданный оборот. Из-за холмов, что находятся к северо-востоку от вас, появляются всадники – три великана на носорогах. Даже ваш юношеский оптимизм отводит вам весьма призрачные шансы в такой схватке.

Делать нечего и, пригнувшись, вы перебежками добираетесь до руин. Осторожно выглянув, вы видите что великаны неторопливо трусят в вашу сторону. Один из них показывает пальцем на ваше убежище, явно доказывая остальным:

– Я там что-то заметил!

Полуразрушенные стены вряд ли будут надежным убежищем. В центре виден вход в подземную крипту, но горький опыт подсказывает вам – в таких древних местах бывает небезопасно.

Будете прятаться за стеной, надеясь что все обойдется 217

или войдете в крипту 341

138

Палач запинается о выставленную вами ногу, но ему удается устоять на ногах. За свои козни вы получаете оплеуху, от которой ваша голова едва не отрывается от шеи(– 2 ЖИЗНИ). Более не отвлекаясь, «фартук» бежит на подмогу своим. Вы же, слизнув солоноватую кровь с разбитой губы, переходите к плану «Б» 155

139

Позади вашего противника беззвучной тенью возникает Коннери. Один удар в ногу, и великан падает на колено. Напарник подхватывает с земли увесистый булыжник и со всего размаха оглушает гиганта ударом по уху.

Вы уже заносите было меч, чтобы добить слабо шевелящуюся груду, но Коннери поднимает руку:

– Не надо. Посмотри на него, это еще молодняк совсем. Даже бороды нет. Я когда своего прикончил и разглядел, как-то мне не по себе даже стало.

– Он может позвать своих, – резонно замечаете вы.

– Если очнется вообще. Впрочем, смотри сам. Я его добивать не намерен.

Легендарный ведьмак уходит, сокрушенно качая головой:

– Френкевич не врал, абсолютно дикий край. Чуть что, сразу в драку.

Держа клинок на горле

раненного великана, вы можете лишить его жизни одним ударом. Решайтесь. Вы сделаете это 182

или оставите ему жизнь 224

140

– Хорошо, – говорит Браннибор. – Приготовься. Такого ты точно не слышал.

Минут 5 он без запинки читает жесткую, ритмичную балладу, в которой великаны пластают орков целыми курганами, и до самого конца не отступают с какого-то холма. Такие вещи не прочтешь в придворных салонах, потому что из этой баллады прямо в лицо хлещет кровью, блещет каленым железом и кисло пахнет грязью, кишками и смертью. Пожалуй, идеальный образчик великанской поэзии. Очень сильная и жестокая какой-то чужой, нелюдской жестокостью. Как окно в другой мир.

Поинтересуетесь кто автор 151

или о чем сложена эта баллада 127

141

Пройдя сквозь ледяной поток, вы, естественно вымокли напрочь (– 1 ЖИЗНЬ). Но зато вы обнаружили небольшой грот – маленькую, скрытую от посторонних глаз пещерку.

Она пуста, но весь пол ее усеян высохшими обглоданными костями. На стене кровью нарисован знак #. Под ним теми же чернилами крупно выведено "здесь погиб первооткрыватель барон". Дальше совсем уже неразборчиво, но вам удается составить из разрозненных букв знакомую фамилию. Френкевич! Вы обнаружили последний приют великого авантюриста, записки которого и подтолкнули Коннери к этому безумному походу.

Быстро обыскиваете грот. В одном месте стены густо исписаны дрожащим мелким почерком. Предсмертные записки неугомонного барона подтверждают ваши догадки. Подлечившись после первого похода, Френкевич собрал шайку сорвиголов и предпринял еще одну экспедицию на плато. Большая часть людей погибла или отстала в пути. Дожидаясь потерявшихся, авантюрист с двумя уцелевшими наемниками провели день в этой самой пещере. Ночью вернулся ее хозяин – огромный пещерный медведь.

Одного из наемников он убил сразу, оставшиеся умирали долго и мучительно. Медведь сломал им обоим позвоночник и еще трое суток пожирал их заживо, откусывая по кусочку. Наемник довольно быстро сошел с ума. Френкевич же писал, пока мог водить окровавленным пальцем по камню. Сила духа этого человека все-таки поражает.

Он сокрушался о своей самонадеянности, жалел, что не нашел в проводники еще одного гоблинского шамана, и пытался предупредить тех, кто прочтет эти записки о таящихся на плато опасностях. Многое выцвело и стерлось за прошедшее время, но кое-что понятно.

– В том месте, где лабиринт остановил меня, – пишет Френкевич, – я оставил в схроне часть своего снаряжения, чтобы выбираться обратно налегке.

Вы мысленно наматываете на ус. Если суждено будет добраться до комнаты, которую не смог пройти Френкевич – надо будет там внимательно все осмотреть (запишите слово схрон).