Легенда

Гивенс Кэтлин

Наконец капитан оставил их одних. Путь его лежал на север, куда он должен был доставить последние новости. Кузен и близнецы отправились читать и обсуждать полученные письма, а Эллин помчалась в свою комнату и, захлопнув дверь, вскрыла послание от мамы.

«Моя дорогая Эллин» – так начиналось письмо.

Глаза Эллин наполнились слезами. Все хорошо, мама по-прежнему ее любит, даже после всего того, что случилось. Сев на кровать, она продолжила чтение.

Роуз писала, что ужаснулась тому, что произошло с дочерью. Ей не понравилось, что Эллин отправилась в Данфаллэнди, хотя она прекрасно понимала, зачем

ее дочь это сделала, и хвалила Эллин за храбрость. Она благодарила Джеймса за то, что он спас ее от гибели, и просила Эллин поблагодарить его от ее имени. Ее успокаивало то, что Хью говорит о Маккарри только хорошее.

Кроме того, Роуз просила дочь поблагодарить Нейла за теплое письмо, в котором он сообщал, что оказал ей гостеприимство и позволил жить в его доме столько, сколько она захочет, и наказывала передать привет всем его родным. Оторвавшись от письма, Эллин задумалась. Нейл ни словом не обмолвился, что написал ее матери письмо. А впрочем, почему он должен ей об этом сообщать?

Что касается Питни, то Роуз писала, что просто шокирована его поведением. «Я знала, что он водит дружбу с плохими людьми, – говорилось в письме, – однако понятия не имела о том, что они замышляют. А если бы знала, вышвырнула бы его из дома. Ну ничего, когда я вернусь домой, все будет по-другому, поверь мне. Перед отъездом я уже навела кое-какие справки у поверенного Би, а по возвращении опять с ним поговорю». В Гленгарри все пока хорошо, несмотря на то, что грядет война. Маргарет родила крупного здорового мальчика. Роды прошли без осложнений. Хью так горд, словно он первый человек на земле, у которого родился сын. Мальчугана назвали Ричардом в честь отца Маргарет и Эллин, и Роуз это очень приятно. Флора пока еще с ними, однако Том отправился к Джону, и Флора очень волнуется: что принесет им война?

Дальше в письме говорилось, что Роуз очень беспокоится за тетю Би, которая осталась в Нетерби вместе с Питни. Как только Маргарет немного оправится от родов, она поедет в Торридон, заберет Эллин, и они вместе приедут домой; А пока она шлет ей свою любовь и наказывает вести себя осторожно и оставаться там, где ей не грозит опасность.

Эллин перечитала письмо три раза. Мама писала так, как говорила, и Эллин в очередной раз осознала, как она соскучилась по своим родным. Как было бы хорошо, если бы она могла остаться в Нетерби! Увы, ее родной дом оккупировал Питни, со злостью подумала она. Сколько же зла он принес, сколько горя! Если бы он не пустил в дом убийц, решивших убить Джона, Эван был бы сейчас жив. И люди Джона – тоже. И Бритта с Недом были бы дома, а не неизвестно где.

Эллин представила себе, как мама вышвыривает Питни из Нетерби, и улыбнулась. Она не сомневалась, что Роуз это сделает. А если Би ее поддержит, быть может, ей удастся даже развестись с негодяем – такое иногда бывает.

Эллин аккуратно сложила письмо, легла на кровать и уставилась на расписной полог. Как же она соскучилась по маме, сестрам, Би! Сейчас вернуться в Нетерби невозможно, но, быть может, настало время подумать о том, чтобы поехать в Гленгарри? Пора встретиться лицом к лицу с тем, что их ждет.

Эллин знала, что Джеймс ее любит: она видела, какими глазами он на нее смотрит, чувствовала, как он хочет ее, когда прижимает к себе. И в то же время он сдерживает свои чувства. Причины она не

знала, и это заставляло ее нервничать. Так зачем ей здесь оставаться? Чтобы украдкой целоваться с ним в укромных местах и воевать с его братом? Эллин покачала головой. В конце концов, она окажется в его постели, не дождавшись от него обещания жениться и не зная, что ее ждет впереди. Если им суждено расстаться – значит, так тому и быть. Вот только как она это переживет?

Лохил писал, что собирает войска и надеется на поддержку Нейла, Килганнон писал о том же. Оба просили, чтобы Джеймс, вернувшись со съезда в Инвернессе, сообщил им о результатах переговоров. Во время ужина кузены обсуждали только эту тему. Бабушка приняла участие в разговоре, однако Эллин молчала, как и мать близнецов, которая сказала лишь, что не желает терять еще, одного из своих любимых мужчин. На секунду воцарилась тишина, после чего Джеймс, с улыбкой наклонившись к матери, проговорил:

– Ты и не потеряешь нас, мама. Помнишь, легенда гласит, что после войны воцарится мир на пятьдесят лет? Чтобы это сделать, мы должны остаться в живых.

– А Дункан? – спросила мама. – Ты можешь гарантировать, что Дункан останется в живых?

– Он не может, Энни, – ответил Дункан, – а я могу. Я вернусь домой.

Энни печально ему улыбнулась:

– Ловлю тебя на слове.

– Я тоже, – подхватила Мейри.

– Все зависит от того, вышлют ли Франция и Ирландия нам на помощь свои войска, мама, – вставил Нейл. – Если да, то мы быстро одержим победу.

– А если нет?

– Мы одержим ее медленно, – засмеялся Нейл.

Взглянув на сыновей и племянника, Энни кивнула и повернулась к Эллин:

– Как поживают твои родные?

– Хорошо, благодарю вас. У сестры родился сын, а моя мама передает вам всем самые наилучшие пожелания. Нейл, она просит меня поблагодарить вас за письмо.

Щеки Нейла порозовели.

– Не стоит благодарности. Это была идея моей бабушки, но мне было приятно претворить ее в жизнь. – Помолчав, он широко ей улыбнулся: – Я не такое чудовище, каким вы меня считаете.

– Не такое, – согласилась Эллин, чувствуя, что и сама краснеет. – Еще раз благодарю вас.

Нейл наклонил голову, а Джеймс сжал под столом руку Эллин и удивился, когда она не ответила на его пожатие.

Джеймс с Дунканом уезжали на рассвете два дня спустя, взяв с собой шесть человек, восемнадцать нагрудных патронташей с порохом и письма Эллин к ее кузену и зятю. Она поднялась рано, чтобы их проводить, и теперь стояла во дворе рядом с Нейлом, глядя сквозь утренний туман, как они садятся на лошадей. Вскочив в седла, они повернулись, чтобы попрощаться.

Дункан сказал ей, что на сей раз съезд пройдет гораздо быстрее, поскольку ее не будет с ними. Эллин засмеялась и пожелала ему спокойного путешествия. Джеймс, наблюдавший за их беседой с непроницаемым выражением лица, подъехал к ней и, низко наклонившись, тихонько спросил:

– Ты будешь скучать по мне, детка?

Она коснулась рукой его щеки:

– Больше, чем ты думаешь. Пожалуйста, береги себя.

– Непременно. Я мигом домчусь до Инвернесса, чтобы побыстрее вернуться к тебе. – Он наклонился еще ниже и поцеловал ее в лоб. – Я буду по тебе скучать, Эллин. Береги себя.