Легат
Шрифт:
Девочка в окне нахмурилась, пытась услышать разговор.
– Говорили, что из таверны началось, той, где останавляваются приезжие. Но все это слухи, я так думаю, – ответила она.
– Что ж, таверну мы проверим. А твои друзья, они что же, тоже все болеют?
– У меня была только одна подруга, дочь кузнеца, но вчера она и ее родители покинули город, успели до того, как его закрыли. Но у меня есть еще одна подруга. Правда она странная и живет не тут.
– Как понять «не тут»? – не унимался я. – Имя у нее есть?
– Эм… Яра кажется. Странное имя, правда?
– В ту самую таверну, о которой ты говорила? – Уточнил я.
– Да.
Я напрягся, мой нюх безошибочно почуял неладное. Марти скучающе пинал носком сапога перевернутую кормушку для кур.
– Я бы хотел познакомиться с ней, ты мне поможешь?
Энни покачала головой. Оказалось, что она уже искала свою новую подругу, но та пропала.
Теперь и Мартин заинтересованно навострил уши.
– Что это ты задумал?
– Надо все проверить. – Шепнул я и обратился к девочке, – все-таки покажи где она жила, мне очень надо поговорить с ней.
– Я знаю кто вы.
– В таком случае знаешь и то, что не можешь отказать нам в помощи, верно?
– Да. И я вас не боюсь, я же не ведьма, – улыбнулась Энни. – Я покажу, подождите на улице.
Пока она выходила на улицу, Мартин завалил меня вопросами. Гоняться за ведьмами нам с ним довелось лишь раз, настоящих ведьм было гораздо меньше, чем о них говорили, поэтому наша основная работа заключалась в поимке преступников иного толка. Еретиков.
– Если это она, то мы закончим все еще раньше, чем сядет солнце.
– Хотелось бы в это верить, но все уж как-то слишком гладко складывается, – отозвался я.
Девочка проводила нас по пустынным улицам ремесленного квартала до таверны, где останавливались приезжие.
Невысокое здание еще дымилось.
– Это и есть таверна? Энни, почему ты не сказала, что она сгорела?
– Об этом все знают, – девочка смерила меня удивленным взглядом. – Я проводила ее сюда накануне. Она сказала что потерялась, – повторила Энни, – приезжала с торговцами.
– И больше ты ее не видела?
Энни разочарованно покачала головой.
– Она подарила мне свою одежду, я думала мы подруги, но теперь боюсь, а вдруг она сгорела в доме. Он полыхал ночью, но многие уже заболели и тушить почти никто не вышел, кроме тех, кто жил по соседству, боялись что огонь перекинется.
– Кто-то из постояльцев выжил в пожаре?
– Говорят, что нет. Никто из них не смог выбраться, и вообще думают, что все они сгорели в своих постелях, словно и не понимали, что горят. Странно, правда? Как вы думаете, Яра сгорела тоже?
– Туда ей и дорога, – прошептал Мартин, решивший что дело почти закончено.
– Ты сможешь показать мне ее одежду? Ты сохранила ее, надеюсь.
– Да, показать могу, но не отдам. Это подарок.
Пока мы шли назад к ее дому, я попросил описать девушку, которую Энни за одну встречу посвятила в свои подруги. По мере подробностей волосы на затылке
Одежда подружки Энни была из необычной мягкой ткани, больше подходящая мужчине. Я едва не схватился за голову. Значит поменявшись одеждой с предполагаемой ведьмой, Энни таким образом помогла ей скрыться.
– Но она не похожа на ведьму. Я думаю вы ошибаетесь. Она такая милая и приветливая, как моя учительница в монастырской школе. Она хорошая.
– Понимаю, Энни, она могла и понравится тебе, – я присел на корточки, чтобы глаза были на одном уровне с ее. – Но после ее появления в город пришла и чума. Возможно и не ее вина, но нам необходимо теперь отыскать ее. Если ты ее увидишь еще раз, ты должна прийти ко мне и рассказать, Энни.
– Это будет сложно, в новой одежде, кто на нее внимание-то обратит, – покачал головой Мартин. – Девушка и девушка, сколько их тут.
– В городе болезнь, все теперь будут искать ведьму и обратят внимание на чужака, тем более, если им будет миловидная особа.
Возвращаясь из квартала ремесленников, мы пошли через рыночную площадь, почти такую же пустынную как и весь город. За исключением небольшой кучки людей. Они сконцентрировались вокруг бледного вида парнишки.
Завидев меня и Мартина, они расступились, открыв нашему взору парня лет двадцати пяти, замаранного, жувущего явно на улице. Серые одежды, кое-где рваные, открывали глазам грязное немытое тело. Голубые глаза, глядящие на меня и сквозь меня, были обрамлены темными кругами. Изможденный вид прибавлял парню еще лет двадцать. Видимо, он долго скитался и я решил уже, что местные приняли его за колдуна, однако тут я ошибся.
– Сейчас не лучшее время собираться вместе, – сказал я громко. – Расходитесь по домам.
Парень едва поднялся, кто-то придержал его за руку и помог устоять, когда его повело в сторону. Он словно нехотя поклонился, продолжая смотреть мне в глаза, чем уже вызвал неприятие. Он начал быстро что-то говорить. Я мало разбирал в этом бубнении, заглушаемом шепотом толпы вокруг, пришлось прикрикнуть, чтобы все замолчали.
– Говори, что у тебя?
– Я видел ее, – повторил он. – Ведьму, из-за которой на нас напала беда. Вот прям здесь, вчера днем. Она была на рыночной площади, осматривала все. Потом пропала. Прямо на моих глазах. Так вот. Вы должны отыскать ее. Пока все мы не померли от заразы.
– Ты местный, живешь тут?
– Не так давно, но да. Как видите, я долго скитался. Пока не нашел приют в этом милом городке.
– Как она выглядела, ты запомнил?
Парень кивнул. И хотя я не особо доверял его истории, описании практически полностью совпадало с рассказом Энни.
– Мы найдем ее, – сказал я громко, чтобы все на площади слышали. – А вам лучше пойти по своим домам, к своим делам, ждите распоряжений епископа и не собирайтесь в стайки. В городе чума, будьте со своими родными и держитесь подальше от чужаков.