Ледяные Зеркала
Шрифт:
— Благодарю за помощь и предупреждение, госпожа Тиама. Думаю, что мне следует привести себя в порядок и позавтракать. Потом восстановить запасы воды во флягах и уходить через ближайшее зеркало.
— Мой супруг проводит тебя, чтобы никто не смог помешать.
Копаться не привыкла с раннего детства. Поэтому уже через час стояла перед Ледяным Зеркалом. Только оно отказывалось пропускать меня на очередную Поляну Выбора.
— И что мне теперь делать? — с надеждой посмотрела на своего спутника. Честно говоря, ничего путёвого в голову приходить не спешило.
Сам
Я осторожно прощупала с помощью собственного дара преграду и была вынуждена согласиться, что развеять такие плетения мне не под силу. Тихий голос Гордыни Ждановича над самым ухом прозвучал точно выстрел из корабельной пушки:
— Береника, тебе достаточно, дать мне слово, что на Финальном Выборе предпочтёшь меня всем остальным претендентам…
— Ты прекрасно знаешь, Гордыня, что правила одинаковы для всех!
— Если не пройдёшь все восемь миров и испытания там, Солейра вообще может счесть тебя недостойной счастья. Неужели не боишься горького одиночества без возможности когда-либо обрести и тень собственной мечты? — в синих, как вечернее небо, глазах смогла прочесть только удивление.
— Прощай, Гордыня Жданович. Не скажу, что рада тебя видеть. Уходи, пожалуйста. Я не собираюсь тебе в угоду нарушать законы Троп Ледяных Зеркал.
— Тогда ты останешься тут навсегда. Лармина не сможет прийти на помощь. Так как очень занята. Она освобождает Врата Миров от Снежной Паутины. Что бывает с теми, кто попадает в тиски этого проклятия, и сама прекрасно знаешь…
— Знаю, но не думай, что уже победил! Уходи, мне не о чем с тобой разговаривать, — я ещё раз прощупала с помощью дара Богини-Матери накрепко запертые Врата.
К сожалению, без помощи Хранителя сама справиться с проблемой не могла. Только и сдаваться не собиралась. Воззвав к Солейре и Временю, обернулась совой и отправилась на розыски. Увы, полной уверенности в том, что мне удастся самой вывернуться из непростой ситуации, не было и следа.
Вдогонку мне полетело насмешливое замечание:
— Ты напрасно противишься, Береника! Тебе придётся покориться моей воле! Неужели я хуже этого твоего ушастого ювелира?
Не стала ничего говорить. Гордыня Жданович, видимо, из-за избытка ледяной магии, что уже стала серой, просто утратил способность любить. Слова на ветер никогда не бросала. Привыкла доверять и собственному чутью, и полученным в странствии по Тропам Ледяных Зеркал способностям.
Они нашёптывали, что сдаваться нельзя. Нужно было найти другие Двери. Естественно, принимать предложение не в меру обнаглевшего мага не собиралась. Ни при каких обстоятельствах.
Услышать издевательский смех Артайи было до жути обидно. Впрочем, вскоре желание злорадствовать у демонессы пропало. Она не могла прийти в этот мир, что я спасла от паутины её проклятья. Мои глаза в совиной ипостаси были острее. Сразу увидела необычное замерзшее озеро, что имело почти идеально овальную форму. Правда, поверхность была словно рифлёной.
Присутствия опасности лично для меня не почуяла, но вокруг была разлита бездонная печаль. Словно укутанные вечными снегами деревья скорбели о давно утраченных других временах года. Они были живы, но странный стылый холод погрузил их в вечную дрёму.
Снова перекинулась в человека, сняла перчатку и, сама не знаю почему, приложила тёплую ладонь к шершавой коре, покрытой серебристым инеем. С удивлением почувствовала едва уловимый отклик. Потянулась, ощущая странный разум, явно не похожий на существ, что встречала в своём долгом и временами совершенно непредсказуемом странствии.
— Помоги мне, — голос явно принадлежал женщине. — Тогда Зиара снова станет цветущим и благословенным краем. — Я никому не причиню вреда.
— Кто вы, госпожа? — опасности не ощущала, только любопытство.
Оно всегда вспыхивало во мне яркой свечой, когда сталкивалась с чем-то неизвестным. Если, конечно, оно не могло быть гибельным для меня или тех, кто был дорог.
— Меня зовут Айлисс. Я была первым живым существом, открывшим глаза в этом мире. Солейра поручила охранять эту реальность от посягательств снежных демонов и тех, кто им служит. К сожалению, мы и в страшном сне не могли предположить, что один из Хранителей опустится до того, чтобы вести дела с Артайей.
— Гордыня Жданович натворил много глупостей. Надеюсь, однажды ему удастся избавиться от магии серого льда.
— Только если он по доброй воле откажется от возможности открывать Двери в иные миры. Надеюсь, что «Очарование Ночи» больше никогда не попадёт в руки смертных. Ещё всего один раз ему осталось соприкоснуться с плетениями заклятий из этого фолианта, и он станет вечным рабом знакомой тебе Снежной Госпожи. Хотя и не потеряет собственную душу. Как и твою. Только кланов этих могучих существ из тёмных уголков Троп Ледяных Зеркал много. Далеко не каждый Повелитель Зимы пойдёт на сговор со смертным.
— Как освободить вас, госпожа Айлисс? — ничего путёвого в голову приходить не желало.
— Просто надо растопить снежные паутинки, именно они и не выпускают меня на волю.
Прикрыла глаза и принялась придирчиво изучать странный узор, точно составленный из чёрных снежинок. Как будто их по чьей-то злой воле полностью перепачкало сажей. Рядом были рассыпаны и ледяные бусины, но они были тусклыми. Точно свет навсегда умер в их глубине.
Дар подсказал, что это — осколки, оставшиеся от ожерелья. Некогда оно восемь раз обвивавшее длинную шею могучей и древней Хранительницы этой реальности. Внутренний голос шепнул, что как только нанижу на серебряную нить все бусины и украшу застёжкой из того же материала, пленница не только получит долгожданную свободу. Она станет настолько сильной, что снежные демоны больше никогда не смогут навредить вечно цветущему миру Зиара. До козней Артайи тут никто не знал, что такое стылый холод зимы.