Ледяные Зеркала
Шрифт:
Никак не ожидала, что малышка повиснет у меня на шее и прошепчет:
— Спасибо, что подарила мне самое ценное — свободу. Моим хозяином был зимий. Некромантка обыграла его в графт и убила. Я тринадцать лет жила в башне Таруллы. В следующее новолуние оборвалось бы бытие, так как колдовство создавшей меня твари в этот день делало меня такой же уязвимой, как обычный человек без капли колдовских или иных талантов, — она обняла меня на прощание и торопливо удалилась, спеша поскорее оказаться под защитой Временя и его супруги.
И тут отчётливо поняла, что для того, чтобы продолжить путь, нужно добиться, чтобы семейка некромантов сама отдала мне «Очарование Ночи». Книга была
С комфортом устроившись в предложенном хозяйкой замка кресле, погрузилась в невесёлые размышления. Дар подсказывал и то, что помочь мне не имел права даже Изначальный. Оставалось только одно: отключиться от окружающего меня кавардака и попытаться самой отыскать выход. То, что он существует, не сомневалась и доли мгновения. Солейра и Времень никогда не давали заведомо невыполнимых испытаний для тех, кто доверился им и ступил на Тропы Ледяных Зеркал.
Хаббла с любопытством посматривала на меня, но явно мучившие её вопросы задавать не спешила. Излишняя назойливость у драконьих аристократов считалась проявлением крайней степени хамства и глупости. Меня же вполне устраивало, что никто не отвлекал от поиска ответа на важную не только для меня загадку.
Шевельнулись внутри способности рода Зорат, что принял меня под свою сень после того, как ступила на Тропы и отказалась от прежней жизни. Подумав, что в совиной форме мои ещё неокрепшие способности смогут легче объяснить, что следует предпринять, обернулась хищной птицей. После чего с комфортом устроилась на высокой спинке кресла, где сидела юная наследница леди Алиры Гралльв.
Почему юной драконессе так нравилось гладить жёсткие серебристые перья у меня на спине, никто из нас не понимал. Ласковые прикосновения тонких пальцев разбудили новые грани способностей. В голове вспыхнуло как озарение, а тихий весёлый смешок Солейры, который услышала только я, дал понять, что выбранный путь — не ошибка.
Хлопнув круглыми медными глазищами, снова приняла человеческий облик и попыталась объяснить остальным, какая идея пришла мне в голову. Только леди Алира прижала указательный палец к своим губам, призывая к молчанию. Потом увела меня и свою дочь в личный кабинет. Едва слышно прошептала:
— Не стоит давать нашим врагам даже малейшей зацепки. Я совсем не желаю, чтобы вам, кхайя Береника, был принесён даже малейший вред. Драконы тоже умеют быть благодарными. Я уже не надеялась когда-нибудь вновь обнять Хабблу, — рыжеволосая женщина с нечеловечески бездонными изумрудными глазами печально улыбнулась мне. Чутьё сразу подсказало, что она говорит от чистого сердца и не держит за пазухой камня. — Если глава рода теряет свою наследницу, она изгоняется на Остров Разбитых Надежд до тех пор, пока супруг не вернёт дитя под родную крышу. Лорд Фернор не пожелал спасти собственного ребёнка от рабской доли. Оставил на откуп сомнительной чести быть игрушкой в руках этой ненормальной парочки магов смерти. Тарулла и Парвис принесли бы в жертву их обеих. Некромантические плетения становятся сильнее пропорционально отнятым жизням. Мой бывший супруг так и не понял, что стал бы третьим подношением демону, ставшему сутью «Очарование Ночи». А теперь скажи, что нам нужно предпринять, чтобы заполучить опасный фолиант и как потом избавиться от него?
— Магам смерти нужны серебряные амулеты, выкованные мной. Тогда магия Ледяных Троп не позволит снежным демонам выпить их души и поработить тела. Именно так появляются зимии.
— Да, мы недооценили несколько тёмных существ, что долгое время жили в уединённых долинках, не мешая Хранителям исполнять свои обязанности. Не причиняли вреда тем, кто решил поспорить с судьбой, пройдя через испытания. Потом они подкинули книгу Гордыне Ждановичу. Пообещали, что тот станет самым могучим, а, значит, главным магом льда в этих местах. Тогда Времень и Солейра одарят его такими милостями, что все почернеют от зависти и злобы. Естественно, перед таким искушением бедолага не смог устоять. Только не учёл, что слишком много магии этих мест… — Изначальный лукаво посмотрел на меня, предлагая самой докопаться до лежащей на поверхности истины.
— Утратил свою человеческую суть почти полностью. Если он ещё раз воспользуется «Очарованием Ночи», то превратится в зимия. Светлая магия льда в его крови уже стала серой. Как и те, кого Тарулла и Парвис собирались принести в жертву собственным амбициям и жаждой наживы. Только не понимаю, зачем ему так понадобилась я? — вопросительно посмотрела на главу драконьего рода Гралльв.
— Разделив ледяной дар пополам, получил бы часть твоего благословения Солейры. Гордыня Жданович избавился бы от излишков могущества и вернул часть утраченного. Конечно, вы оба сильно бы изменились. Мне его жаль, но за последствия собственных решений каждый должен сам отвечать, а не перекладывать бремя последствий на чужие плечи!
Леди Алира не скрывала презрения к тому, кого считала таким же аховым спутником жизни, как и бедового и ненадёжного драконьего лорда Фернора. С ним она ещё совсем недавно была связана брачными узами.
— Калев, я так и не придумала, как заполучить фолиант, не нарушая воли Богини-Матери, — ощущение неловкости возрастало очень быстро, поэтому решила оставаться совой.
— Прости, мне запрещено подсказывать или помогать тем, кто проходит испытания Троп Ледяных Зеркал. Думай, Береника. Решений несколько, выбери то, что наименее опасно не только для тебя, но и для этого мира.
Во дворе раздался оглушительный грохот. Пол под нашими ногами ощутимо дрогнул. Начальник замковой стражи побагровел от гнева. Его чем-то сильно уязвлённое самолюбие требовало покарать наглеца, но без позволения главы рода Гралльв он не мог пуститься во все тяжкие, как требовала его охваченная праведным гневом огненная суть.
— Моя госпожа, позволь мне испепелить этих двух никчёмных некромантов! Парвис посмел обвинить нас в том, что мы обманом получили Хабблу и Олинн!
— О! А вот это они зря! Я проверила вольные моей дочери и мриллы. Передай этой племяннице неумного дяди, что наложенные ею проклятия не уничтожили документы. Они уже отправлены в Магистрат вместе с копиями и зарегистрированы. Она больше никогда не получит ни одну из них в рабство. Навредить кхайе Беренике я тоже не позволю. Моя Наследница взяла её под защиту. Я подтверждаю, что любой, кто попытается причинить ей даже минимальное беспокойство, будет горько раскаиваться из-за своей наглости и глупости до конца совсем недолгой жизни… — взгляд изумрудных глаз был острее приставленного к горлу врага отравленного стилета.