Ледяные исполины
Шрифт:
Под действием ледника.
Массы льда, заполнившие долину, нарушили равновесие отдельных блоков, глыб земной коры. Под пятой ледника одни блоки прогибались, вдавливались в землю, другие — соседние — приподнимались.
Подобные движения земной коры могут вызывать сильные землетрясения. Порой страшны не столько сами подземные толчки, сколько вызванные ими природные явления. Сотрясения земли нарушают устойчивость горных склонов, порождая обвалы, оползни, лавины, грязекаменные потоки.
Инженерам-геологам важно выяснить, когда происходили в этих местах сильные землетрясения и могут
Мне удалось заметить следы прежних крупных землетрясений в долине реки Утук. Я даже примерно определил их возраст. Вот как это было.
Невдалеке от нашего первого лагеря, смытого потопом, возвышалась красивая гора с обрывистыми уступами и двумя водопадами. У ее подножья лежала огромная скала, размером с многоэтажный дом. Выше по склону видно было место, откуда она сорвалась.
Почему оторвалась и рухнула скала? Когда?
Очень похоже, что она обрушилась в тот момент, когда гору сильно тряхнуло землетрясение. Иначе она бы разрушалась помаленьку, разваливалась по частям. Впрочем, вовсе не исключено, что она преспокойно съехала вниз по какой-нибудь трещине или зеркалу скольжения.
Когда это произошло? На первый взгляд вопрос может показаться бесцельным.
И все-таки приблизительно возраст этого обвала определить; можно. Судите сами. Если бы скала рухнула до наступления ледника или под его напором, то лед передвинул бы ее вниз по долине. А она лежит точно под тем местом, откуда свалилась. Значит, это событие произошло после таяния ледника.
Почему могучий ледник не оторвал эту скалу раньше?
Значит, она держалась вполне прочно. А почему она потеряла устойчивость? По вине землетрясения. Другую причину отыскать трудно.
Еще на две подобные скалы, только поменьше этой, я натолкнулся, когда ходил в маршрут вверх по реке Утук. (Кроме следов ледника и землетрясений, встретились тогда и следы медведя.) Наконец, невдалеке от нашего второго лагеря, рядом с обрывом, где я изучал ледяные жилы, тоже валялись две огромные каменные глыбы среди россыпи мелких и крупных обломков, редко превышающих человеческий рост.
Нам приходится изучать обычные геологические явления, с которыми давно знакомы. При этом особенно ясно видишь следы каких-то необычных событий. Их тоже надо научиться замечать. Поэтому я занес в полевую книжку и на карту положение непривычных каменных глыб.
Все они, как и первая, появились уже после ледника.
Хотелось знать более точную дату. Ледник растаял около десяти тысячелетий назад. Если сильные землетрясения были тогда, а затем не повторялись, — беда невелика.
Ну, а если они происходили недавно?
И с этим удалось разобраться. Дело в том, что все глыбы лежали на одной и той же «засечке», оставленной рекой: на террасе. Почему только на террасе? Из пяти глыб хоть бы одна могла угодить на речную пойму, которая обычно прислонена к крутым склонам.
Наиболее простое объяснение таково. Прошел и растаял ледник. Река накопила террасу (около трех — пяти тысячелетий назад). А после этого начались сильные землетрясения. Отдельные глыбы оторвались от родимых скал и рухнули на террасу.
Позже, когда образовалась пойма, подобных сотрясений земли уже не происходило,
Возможно, именно в то время происходили и вулканические извержения. Они обычно сопровождаются сильными землетрясениями.
Мы привыкли читать и слышать о том, какие тонкие и сложные связи объединяют между собой разные виды организмов. Небольшое нарушение этих взаимосвязей может иметь серьезные последствия. Скажем, истребляют хищников-орлов, а в результате быстро плодится вредоносная саранча (орлы питаются змеями, змеи — лягушками, лягушки — насекомыми, уничтожают личинки саранчи). Оказывается, и наша земная твердь устроена очень тонко и отзывается даже на сравнительно несильные воздействия. И тут существуют сложные взаимосвязи явлений.
Ледник приводит в движение блоки земной коры. Они начинают покачиваться, подобно чашам весов, выведенным из равновесия. Эти движения разрывают скалы и вызывают землетрясения. А в иных случаях приводят к извержениям вулканов.
Вспомните, что происходит с минеральной водой или лимонадом, когда откупоришь бутылку. Вода словно закипает, пузырится, пенится, стремится вырваться наружу. Может даже получиться крохотное вулканическое извержение. Почему так происходит?
В закупоренной бутылке газу некуда деваться. Он сдавлен и остается растворенным в воде. Как только приоткрылась пробка, появилось свободное местечко, уменьшилось давление — тут газ и рванулся вверх, увлекая за собой воду.
Примерно то же происходит и с глубинными очагами магмы. Когда давление сверху уменьшается (скажем, после таяния ледника), газы и водяной пар из магмы вырываются наружу. Возникают вулканы. (Между прочим, они извергают главным образом водяной пар.)
К сожалению, мне не удалось добраться к вулканам Токипского Становика. Район, где они находятся, не входил в зону обследования нашего отряда. Мы даже не собирали сведения об этих вулканах. Мол, зачем о них знать, если по работе не положено? И без того дел было много.
Оказалось, что знать о вулканах для нас было бы не только интересно, но и полезно. Похоже, что во время великого оледенения в этих краях происходило сразу несколько геологических явлений: грохотали землетрясения, обновлялись горные склоны, извергались вулканы, возникали озерные впадины. И все это было так или иначе связано с деятельностью ледников. Правда, в горах они не столь внушительны, как на равнинах. Зато способны сделать то, что не под силу великим равнинным ледникам: вызывать крупные землетрясения и даже извержения вулканов.
Повторяю: все это мои догадки, предположения. Возможно, на самом деле события происходили иначе. Вулканы, скажем, могли извергаться значительно раньше, во время самого крупного оледенения. Тогда же могли произойти наиболее сильные землетрясения.
Впрочем, серьезные землетрясения, судя по всему, повторялись и позже. Ведь на террасе они оставили следы своих усилий: крупные глыбы. А возраст террасы совсем молодой. Не исключено, что и в наши дни здесь бывают землетрясения. Однако вряд ли они достигнут катастрофической силы. Если за последние тысячи лет разрушительных подземных ударов не было, то вряд ли они вдруг начнутся теперь.