Ледяной Улей
Шрифт:
Грабитель не чувствовал тело… ужасающая боль растеклась по тело. Легкие горели, как и горло, от холодного воздуха. Мороз распирал его изнутри. Энрико задыхался, в глазах потемнело. Голова стала болеть. Все мышцы тела болели, особенно ноги. Над ним встал молодой воин. Он задыхался… в руках его был меч… где меч Энрико, он сам уже не помнил, должно быть все-таки выронил где-то.
Погоня была окончена.
* * *
Избитые до смерти, растоптанные и порезанные во многих местах синие тела грабителей, изуродованные и без некоторых частей, были повешены, уже будучи мертвыми. На площади
К вечеру возле них столпились люди. Все смотрели на них и читали табличку, приколоченную внизу.
"Казнены за грабительство." — гласила надпись. И множество людей ужаснулись, видев жестокость руки Маркуса.
* * *
Избитый и покалеченный, со сломанной ногой Энрико сидел казематах Бастиона. По длинному коридору иногда проходил стражник, с факелом в руке. Другой рукой он важно держал рукоять короткого меча, на своем поясе. На стражниках всегда была кольчуга, и минимум вооружения.
Казематы были из желтовато-серого кирпича. На полу был песок, смешанный с пылью. Энрико сидел, согнув одну ногу в колене, на неё он положил руку, другая лежала лениво на сломанной ноге, что была вытянута. Одежду у него отобрали и дали эти тряпки… рванье. Энрико вдыхал запах собственной мочи из угла, куда он испражнялся, так как других мест не было.
Здесь было тошнотворно, но он смог привыкнуть и даже расслабится, послед почти двадцати дней заключения… человек отличается тем, что привыкает ко всему.
И Агил на заставил себя ждать дольше, чем, когда Энрико вышел из терпения и стал просто проговаривать молитвы, которые знал только кусками, не полностью, и то плохо. Он не бушевал. Энрико просто перестал верить, в то, что выберется отсюда.
Может быть его просто перестанут кормить, и он скончается один, среди пустых камер. Это крыло тюрьмы было самым заброшенным. В дальнем конце коридора была еще одна камера, где тоже кто-то сидел. Агил пришел одним днем… или ночью… Энрико не видел здесь белого света. И не знал, какое время. Да и вообще сколько дней прошло. Может быть их было больше, или меньше. Скорее всего меньше, потому как время здесь текло не так быстро, как в остальном городе. Здесь оно растягивалось и это было ужаснее всех этих отвратных условий.
Он здесь перестал быть человеком.
Вначале показался свет факела, затем шаги. Вошел Агил. Он открыл ключами камеру. И вошел. Энрико смотрел на него обиженными холодными глазами замученного зверя.
— Вставай… пошли. — сказал Агил, мягко. — Ты наконец пригодился мне. Для тебя есть работа, и ты её выполнишь. Но вначале я тебя приведу в нужное состояние.
* * *
Аскольд шел по каменной городской стене. На ней стоял Ардес, теперь вновь командовавший городской стражей, своим районом города. В его руководстве было много солдат. Но Аскольд выделился… и это можно было назвать началом лестницы, не совсем той, на которую рассчитывал сам воин. Но все же…
Стена была усилена зубцами с обеих сторон. В этом участке стены они были частыми, толстыми, мощными, почти достигали роста человека. Расстояние между ними было небольшое. Через десять шагов возвышалась башня.
Ардес безмятежно глядел на пейзаж ледяной пустоши. Ему иногда нравилось выходить сюда и смотреть
Аскольд даже в обычной одежде был воином. Он мог снять доспехи, сложить оружие, но от этого он не перестанет быть тем, кто убивает людей. Но вот он подошел к Ардесу и стал молча глядеть ему в лицо, которое было повернуто в пустошь. Ардес был самодоволен и будто не замечал Аскольда, что слегка раздражало.
— Ты мне нравишься Аскольд. Твой десяток хорошо работает, как следопыт ты очень неплох. Из сотни, которую я назначил чтобы уничтожить преступность в том районе, ты выделился как лучший. — полководец повернулся к десятнику.
Аскольд невольно расплылся в улыбке. Ему доставляло огромное удовольствие слушать о том, как он выделился среди таких же вояк как он сам.
— Да… решено. Ты назначен сотником.
— Благодарю, ваше превосходительство! — быстро выговорил Аскольд.
— Ты молодец, Аскольд. На твое место у меня есть человек. А ты сам пойдешь к горным вратам. Там тебя ждет твоя сотня. Один из десятников расскажет тебе о том, какое задание я тебе уготовил.
Глава XVII Атака людей
* * *
Аскольд был назначен командиром сотни новобранцев. Он должен был с ними справится… Он был несравненно рад. Его снова отправляли в бой. Но теперь уже не просто солдатом. Спустя месяц он возвращается в лес командиром сотни.
Колона шла по горной извилистой тропе, несколько мелких камней полетело вниз, ударяясь об склон гор, которая медленно перетекала в низину. Десять десятков солдат, ещё не видавших битву, но готовых ко всему, готовых к геройству. Ему дали в подчинение таких, каким он сам раньше был. Это были неоперившиеся птенцы.
Все они еще не знали, куда попадут. Аскольд уже знал, куда они идут, где враг, и как его нужно уничтожить…
* * *
Те объекты находились не так далеко от владений Вилмара. С окрестностями этой фермы Аскольд уже был знаком. Когда колона прибыли, он разместил её в тех же самых развалинах. Семья Вилмара засеивала поле. Мешки с зерном уже были готовы.
Все здесь было в таком же состоянии. Аскольду только не нравилось пасмурное небо, и какие-то странные звуки, иногда проявляющиеся в небе. Но он уже знал, что это может быть. Инструкция была ясной и понятной. Только цель этого похода внушала страх Аскольду, все больше, с момента выхода из города. Он пытался подавить и заглушить его в себе, но делать это становилось все труднее. Позже он начал иногда поглядывать в небо, что заметили немногие из его солдат, но их это не заинтересовало.
Вилмар тоже не изменился. Война никак не повлияла на него, и не коснулась его. За исключением большой радости. Теперь он единолично владел фермой, и претендовал на брошенные земли неподалеку. Вскоре он станет крупным землевладельцем…
— Да. Здесь были какие-то люди. Разведчики из города, должно быть. Они пришли сюда, обошли соседнюю заброшенную ферму. Потом куда-то пропали… Я их больше не видел. Их интересовали необычные вещи, — говорил Вилмар. Аскольд внимательно его слушал.
— Какие именно?