Ледяной укус
Шрифт:
— Это большая ответственность, — сказал Этан.
Габриель кивнул. — Я не ищу для себя новые обязанности. У меня есть жена и сын, и мои собственные проблемы. Но если я могу помочь в решении этого сейчас, мне не придётся беспокоиться об этом позже. К тому же, — сказал он, обращая ко мне свои золотые глаза, — ты помогла нам раньше, я всё ещё у тебя в долгу.
Габриель сделал пророчество о моем будущем с — и без — Этана. Кое-что было сделано с пользой, что я и собиралась сделать для него, но, конечно же,
Этан посмотрел на Мэллори. — Ты уверен, что сможешь вернуть её обратно в
Чикаго так, чтоб она не вызвала проблемы?
Габриель улыбнулся. — Так всегда можно найти решение этой проблемы. — Он подошёл к Мэллори и присел перед ней.
— Как поживаешь?
Она подняла глаза и среагировала на него, но, прежде чем она успела что-то сказать, он положил руку ей на щеку и осторожно постучал. Когда её голова обмякла на плечи, Габриель снова встал.
— И это позаботится о ней.
— С ней всё в порядке? — спросила я.
— Она в порядке. Всего лишь аккуратное прикосновение. Это всё равно, что держать акулу вниз головой — это их успокаивает. Удобная маленькая техника для тушения странствующей колдуньи. Даёт нам четыре или пять часов, прежде чем она снова проснётся. И когда она проснётся, мы с ней хорошенько побеседуем.
Я пришпилила его взглядом.
— Ты не мог это сделать три дня назад?
Габриэль пожал плечами.
— А меня никто не просил.
Это был краткий урок с использованием всех доступных средств во время кризиса.
— Как вы вернёте её в Чикаго? — спросил Этан.
— Коляска, — сказал Джефф, указывая рукой обратно к дороге.
— У вас есть коляска? — я подняла руку. — Постой. Позвольте мне повторить. Ты приехал в Небраску в коляске?
Восхитительно, я как представлю Джеффа, невозможно увернуться от его образа — верхом, взволнованного, в старомодной коляске — каштановые кудри развеваются по ветру, счастливый, как щенок — это выше моего понимания.
— Я вёл свой собственный экипаж, — сказал он. — Коляска была для книги. А теперь коляска для девушки, которая уничтожила книгу.
Мы все взглянули на неё снова, хромую, лежащую на земле, — планы на её будущее решаются вокруг неё, но без её разрешения, потому что она отказалась от своего права на возражение.
Низкий рёв пожарной машины звучал на расстоянии. Это должно быть соседи вызвали, когда поняли, что что-то не так. Это означало, что нам пора убираться.
Орден может убрать остальную часть беспорядка.
— Как вы вернётесь? — спросил Габриель.
— У меня есть грузовик, — сказала Пейдж. — К счастью, ключи внутри него.
— Потом, если ты может подвезти нас в аэропорт, мы сможем взять реактивный самолёт, — сказал Этан.
Я уставилась на него. — Извини — реактивный самолёт?
— У Дома есть реактивный
— Ты собирался сказать, что у нас есть реактивный самолёт, прежде чем мы потратили восемь часов в дороге в штате Небраска и разрушили твой мерседес в процессе?
Он поднял голову и приподнял на меня бровь. — Если бы я сделал это, то мы не провели бы эти часы вместе, Страж.
Это, возможно, был неожиданный бонус, но он бы не заставлял меня ехать на машине, если бы был более быстрый способ.
— Не удалось найти пилота за такой короткий срок? — спросила я.
— Возможно. Но не разрушай иллюзии.
Я закатила глаза.
— Мы вернём ей покой и предоставим правила, — сказал Габриэль, — и потом ты сможешь поздороваться. Это даёт вам шанс проверить её положение. Хотя я абсолютно уверен, что вы будете утверждать; вы уже встретили надзирателя, я имею в виду.
У меня не было оснований возражать, поэтому я кивнула.
— Между прочим, есть полоса вдоль И-29, которая возможно потребует объезда.
Габриэль нахмурился.
— Было ясно по пути вниз.
— Это был предварительный Тейт.
— Во что бы то ни стало, — сказала я, — берём самолёт.
Глава 8
ДОМ ТАМ, ГДЕ ДУША
Я села на пассажирское сидение, и Пэйдж отвезла нас в потрепанном пикапе с огромной кабиной и номерными знаками ГРУЗОВИК ФЕРМЫ в частный ангар аэропорта Омахи. Этан сидел на заднем сидении с нашими мечами и кучей заветных книг Пейдж.
Назвать наше настроение мрачным было бы явным преуменьшением. Мэллори снова доказала, что способна причинить другим боль, чтобы избавиться от собственной боли. Это точно не было поводом для торжества. Но по крайней мере
Малефициум был уничтожен.
Мы с основном молчали и размышляли о том, что мы видели… и что должно произойти. Я особенно волновалась за Этана. Он был связан с Мэллори так, что это причиняло ему физическую боль. Если новая волшебница может поставить четырехсотлетнего вампира на колени, если она взволнована, то что она еще может сделать? Это не был вопрос, удобный для рассмотрения, и Этан не чувствовал себя лучше от этого.
Пейдж нарушила зловещую тишину.
— И вот, я и предположила, что она была новичком. Гномы пришли, потому что я их попросила, и уверила их, что она просто любитель, и у неё мало опыта. Они пострадали из-за меня в драке, в которой вообще не хотели участвовать, особенно в первых рядах.
Сожаление на её лице было чистым. Я не наслаждалась тем, что она поступила неправильно, или что из-за неё пострадали гномы, но она хотя бы может пересмотреть свои решения. Мэллори еще не дошла до этого пункта.