Ледяной бастион
Шрифт:
– У тебя порядок? – спросил он.
– У меня всегда порядок, Ара, что ты!
– Ай, не зарекайся. Надо попугать пару охламонов из УВР – не боишься?
– Чего? – засмеялся Артиоли. – Чего нам с тобой бояться? Здесь все принадлежит нам!
– Тоже правильно… бросай девок, пошли. Где твои красавцы?
– Ждут за углом.
Забрав с собой Слима, они покинули ресторан.
– Ну, рассказывай, – потребовал Ариф, прикуривая новую сигару. Они стояли под каменным «козырьком», нависавшим над светящимся подъездом ресторана, прячась от мелкого противного дождя, заморосившего к ночи. Слим выглядел очень недовольным. Он прекрасно знал, что ругать его
– С ней работает флаг-майор Гай Гамбино из четырнадцатого отдела, – сказал Слим. – Он же ее и брал со своими лейтенантами. Его начальник – полковник Фредрик Бокман…
– Бокмана я знаю, – перебил его Ариф. – Ну да ладно: сперва поедем к Гамбино. Где твои парни?
– Вон, – махнул рукой Слим, указывая на приткнувшийся перед поворотом большой антиграв.
– Сейчас выедем мы, а потом ты двинешься вперед, станешь показывать дорогу. Пошли, Джи. Надо браться за дело.
За перекрестком Артиоли ждал роскошный лимузин, следом за ним у обочины стоял неприметный автобус с затемненными стеклами и полустершейся эмблемой одной из принадлежищих столичной мафии спортивных школ. Джи с улыбкой распахнул перед братом дверцу машины:
– Садись, Ара.
Ариф подобрал полы своего пальто и залез в приятно пахнущий салон лимузина. Рядом с ним пристроился Артиоли.
– Вот за той шаландой, – приказал он водителю, махнув сигарой в сторону машины Слима.
Непрозрачная стеклянная перегородка степенно поднялась вверх, отделяя салон от водительского отсека, и Артиоли, нагнувшись, выдвинул из-под огромного кожаного дивана серебряный ящичек с ледяным игристым вином. В салоне зазвучала негромкая музыка. Ариф расслабленно вытянул ноги, принял из рук брата наполненный вином бокал и беззвучно усмехнулся. Джи прилетел на Бифорт оборванцем, у него не было даже приличного камзола. За все это время он ни разу не попросил у Арифа ничего, кроме возможности познакомиться с авторитетными в столице людьми. Джи был крепким парнем, и он умел чтить традиции своей семьи.
– Жениться не надумал? – спросил его Ариф, прихлебывая вино.
– Надо бы, – озабоченно кивнул Джи, – но, сам посуди – на ком? Не могу же я жениться на шлюхе! Что о нас люди подумают? А все «приличные» девахи – это о-оо, просто караул, ну, хоть мама кричи. Я с такой свихнусь в один момент.
– Это точно, – согласно кивнул Ариф. – А что тетя Эдна, она еще не заморила тебя своим подбором невест?
Джи раскатисто заржал.
Тетушка Эдна, мать Ивонны, считала, что его давно пора женить – причем в приказном порядке – и терзала несчастного Джи бесконечными сватаньями и смотринами. Джи терпел этот балаган с достойным стоицизмом, но остановиться на ком-либо не мог, он просто слишком любил женщин вообще. Оптом, как он сам говорил.
– Я слышал, что ты поругался с Ив? – осторожно спросил Артиоли.
– Не поругался, – боднул головой Ариф. – Просто поставил ее на место. Сестрица стала слишком много о себе думать, мне не может это нравиться.
Джи не решился возражать – Ариф был старшим в семье, да к тому же его давняя дружба с высочайшим семейством изрядно прибавляла ему авторитета в глазах брата.
Лимузин остановился. Артиоли опустил перегородку и посмотрел через лобовое стекло. Машина Патти, шедшая в десятке метров впереди лимузина, встала, и из нее быстро выскочила сутулая из-за дождя фигура офицера.
Ариф опустил толстое боковое стекло. Подбежав к двери, Патти всунул голову в салон и быстро произнес:
– Вот этот
– Хорошо, – кивнул Ариф. – Идем, Джи. Ты, Пат, уберись пока за ближайший перекресток.
Он вылез из машины через левую дверь. Джи, что-то коротко приказав водителю, выбрался на тротуар с противоположной стороны и посмотрел на свой автобус: из того уже выпрыгивали жутковатого вида амбалы с оружием под широкими пальто.
Ариф коротко осмотрелся – они находились в тихом окраинном районе, застроенном среднедорогими семейными коттеджиками в два-три этажа. Что бы тут ни происходило, звать полицию никто из соседей не станет. Ариф хорошо представлял себе психологию обывателя такого класса. Раз дело с гладиаторами – значит, это отнюдь не хулиганы; а связываться с криминальными кланами не станет ни один идиот…
Калитку он вышиб сам.
Услышав негромкий треск, флаг-майор Гай Гамбино высунулся в окно и в очередной раз проклял все на свете, чувствуя, как предательски начинают трястись ноги. У него, конечно же, имелось в доме табельное оружие, но через забор деловито лезли по меньшей мере два десятка жутких бандитов из той породы, что зарабатывает на жизнь, сражаясь на арене! Вели их, судя по всему, двое: хорошо одетый квадратный громила с заросшей черной бородой физиономией, и довольно изящный, явно породистый молодой джентльмен с ухоженными черными локонами и тонким, немного смуглым лицом. Его стоило бояться в первую очередь – особенно потому, что он показался Гаю чем-то неуловимо знакомым…
Нужно было спасать дверь, и он поспешил распахнуть ее перед незваными гостями, не дожидаясь, пока ее выломают. Смуглолицый джентльмен молча оттеснил его в глубь холла. Гамбино стоял у стены, глядя, как помещение заполняется громилами.
– Ты понял, да? – неожиданно спросил его джентльмен.
– Д-да, – заикаясь, ответил Гамбино. – Но я ничего не знаю.
Бородатый равнодушно воткнул в его живот огромный, как гиря, кулак. Гай сложился надвое и всхлипнул:
– Бокман… сказал мне вечером, что послезавтра к ней приедет очнь важная шишка… я не знаю зачем. Го… господи… у меня дети…
– Кто? – бесстрастно поинтересовался смуглолицый.
– Лорд… лорд-канцлер…
– Ты уверен?
– Как я могу быть не уверен?
Ариф сунул в зубы сигару и повернулся к брату.
– Свяжите его – так, чтобы он мог дышать, но не мог орать. Спасибо, Джи. Я не забуду…
Проклятый Ровольт, подумал он, неторопливо выходя на улицу. Вот ведь сукин сын. Ладно, завтра мы решим все эти проблемы. С утра я лично наведаюсь к леди Энджи, а потом полюбуюсь на длинную рожу этого ублюдка. На всех хитрецов у нас так или иначе находится болт с левой резьбой…
Его разбудили посреди ночи: в спальне стояла молоденькая служанка, которую Ариф под настроение использовал в качестве грелки. Сегодня он лег один, и лишь нечто из ряда вон выходящее могло заставить девушку разбудить хозяина.
– Лорд-владетель, – почти шепотом сообщила она, – немедленно требует вашу милость в столичную резиденцию. Не-мед-лен-но… он прислал машину.
Через пять минут Ариф уже садился в огромный черный коптер с бифортскими орлами на борту. В небе над спящим замком парил еще один, такой же точно – это был эскорт, соответствующий рангу лорда Кириакиса, и, следовательно, срочный вызов не был арестом: то было вежливое приглашение, вызванное некими неординарными обстоятельствами, требующими его присутствия.