Ледяное сердце
Шрифт:
— Ты никуда не пойдёшь, — повторила Акеми.
— С чего ты взяла? — холодно отозвался Учиха.
— Если уйдёшь, я всем расскажу, что ты жив и кто ты, — усмехнулась женщина. — Ты ведь этого не хочешь, правда?
Мадара поджал губы и посмотрел на женщину. Что-то в ней изменилось. Исчезла та добрая и нежная Акеми, которую он полюбил. А полюбил ли?
— Ну же, будь послушным пёсиком. Иди ко мне, — брюнет подошёл к женщине. — Вот так. Хороший мальчик. Будешь меня слушаться и служить верой и правдой — то всё будет прекрасно. Ты ведь будешь верным пёсиком,
Шатенка погладила Учиху по растрёпанным волосам. Внезапно Мадаре стало противно всё в Акеми. Её голос, прикосновения, всё, что он раньше так любил, стало мерзким. Вся её любовь — просто спектакль, который она не смогла доиграть до конца. А потом на место отвращения пришла ярость. Злоба на самого себя, что повёлся, как глупый мальчишка; на Акеми за то, что провела его. За все эти иллюзорные чувства и мечты. В голове, будто что-то переменилось. Осталась только ярость и злоба. Она назвала его псом, ха! Носитель Шарингана поморщился и схватил женщину за горло.
— Да что ты себе позволяешь?! Отпусти!! — закричала брюнетка, злобно смотря на брюнета. — Отпусти немедленно!
— Я тебе не собака, — злобно прошипел мужчина. — И я никому не буду подчиняться. Особенно такой лживой твари, как ты.
— Тогда я всем расскажу, кто ты! – дерзко вскрикнула Акеми, но, увидев активированный Шаринган в глазах своего любовника, вздрогнула.
– Неет. Не расскажешь, — злобно улыбнулся брюнет.
Мадара достал кунай и резким движением перерезал совсем недавно любимой женщине горло. Кровь брызнула на лицо, испачкала одежду и руки. Учиха отпустил Акеми, и бездыханное тело рухнуло на пол. Мужчина прислушался к собственным чувствам. Не было ни сожалений, ни прежней любви, даже грусти не было…. Может, всё это было просто навеяно этой женщиной. Может, все его чувства были просто иллюзией изначально? Мадара кивнул своим мыслям. Иначе бы рука у него не поднялась на убийство. Ну, или хотя бы он сильно переживал по этому поводу. А ведь он доверял Акеми. Зря. Никому нельзя верить.
В коридоре послышался шум. Учиха скользнул в тень и как раз вовремя. В комнату ввалилось несколько шиноби.
— Эй, Акеми, тебе удалось… — начал было один из них, но заметил труп. — Чёрт! Он её убил!
— Вот сука! Так она это всё заранее спланировала, — зарычал Мадара и, сложив печати, выдохнул на вбежавших шиноби поток огня. Кто-то из врагов успел кинуть в брюнета сюрикен и попал в плечо. Учиха зашипел и, вытащив сюрикен, выпрыгнул в окно, благополучно забыв свою маску. Ушёл Мадара вовремя: дом вспыхнул почти моментально. И, пока зеваки смотрели на пожар, носитель Шарингана поспешил скрыться.
Алиса сидела на кухне и наблюдала за крысой, которую недавно воскресила. Крыса, в свою очередь, наблюдала за «хозяйкой», встав на задние лапки.
— Эх, ну что за скучная компания, — блондинка откинулась на спинку стула. — И вообще день скучный. Да, крысюк?
Крыса пискнула, то ли соглашаясь с хозяйкой, то ли ещё что. Девушка посмотрела на потолок и вздохнула.
— Мадара опять к своей любовнице пошёл, наверное. Мда, везёт некоторым,
В коридоре послышался какой-то шум. Изгнанница перестала раскачиваться на стуле и посмотрела в сторону гостиной. Вдруг на кухню ввалился Учиха, весь в крови.
— О, великие Тёмные духи! — некромантка чуть не упала со стула. — Что с тобой случилось???! Ты ранен?!
Девушка подскочила к Мадаре. Учиха посмотрел на девушку. Алиса заметила в глазах своего спутника какой-то странный, ненормальный огонёк.
— Я её убил… — помолчав, сказал брюнет. — Она грозилась, что расскажет, кто я на самом деле, если я не буду ей служить. А я её убил…
— Кого её? — поинтересовалась Алиса, усадив мужчину на стул и дав ему мокрое полотенце. — Умойся. Это твоя кровь??
— Нет, Акеми, — отстранённо отозвался Мадара, стирая с лица кровь.
— Снимай рубашку, у тебя рана на плече.
— Это приказ? — неожиданно злобно зашипел Учиха, активировав Шаринган.
— Это просьба, Мадара. Так будет легче залечить рану, — успокаивающе сказала блондинка.
Мужчина помедлил, но всё же снял рубашку. Немного понаблюдав, как девушка исцеляет рану, оставленную сюрикеном, брюнет закрыл глаза. Он откинул голову назад.
— А я ведь ей доверял, — негромко начал он. — Зря. Никому нельзя доверять. Потому что твоим доверием воспользуются и втопчут в грязь.
— Да, люди они такие. Не все, правда, но есть такие гады, — согласилась Алиса, вытирая кровь вокруг залеченной раны.
Учиха помолчал, после чего посмотрел на свою спутницу.
— А тебе тоже нельзя доверять? — Учиха чуть склонил голову на бок. В алых от Шарингана глаза играл странный, слегка безумный огонёк.
Алиса посмотрела на Мадару.
— У меня никогда не было мысли всадить тебе нож в спину, или использовать тебя в своих целях. Не для того я тебе жизнь спасала, чтобы потом предать, не думаешь? — спокойно сказала блондинка.
— Да… — задумчиво протянул носитель Шарингана и дотронулся до шрама на груди. — Пожалуй, тебе можно верить.
Алиса улыбнулась и, достав стакан, налила вина. Мадара закрыл глаза и потёр виски. Голова слегка болела, плечо, слава богу, уже ныть перестало.
— Держи. Выпей, полегче станет. — Блондинка протянула стакан с вином Учихе.
Тот взял и залпом выпил всё содержимое, чуть поморщившись. Девушка с несказанным облегчением наблюдала, как огонёк безумия затух в глазах мужчины. И взгляд стал нормальным, сфокусированным.
— А где твоя маска? — через несколько минут спросила девушка.
— Чёрт! — мужчина вскочил со стула. — Забыл в доме. Она сгорела, скорее всего…
— Ты там пожар устроил, что ли?
— Да. Туда шиноби ворвались.
— Она была с ними в заговоре? Плохо. Что ж, думаю, пора собирать вещи и быстренько уходить, пока нас не утащили в тюрьму. Или нас сразу казнят? А, неважно, в общем.