Ледяное сердце 2

Романовская Ольга

Девушка хотела крикнуть ему вслед что-то обидное, но передумала. Если проблема в нем, то пусть сам ее и решает. Однажды она уже попыталась повлиять на него, в итоге они рассорились в пух и прах. Сейчас отношения только-только начали налаживаться, не стоит их портить. В конце концов, на этом свет клином не сошелся, и вообще они ищут Эшбреха.

Меллон поджидал ее на развилке, уже спокойный и собранный. На лице - дежурное доброжелательное выражение. Еще раз извинился, на этот раз за то, что накричал на нее, и указал рукой на скопление домов на горизонте - Ганолла.

Городок был мелким и на удивление плотно застроенным:

дома

так и липли друг к дружке, будто неразлучные собутыльники. По всему было видно, что он беднее и меньше Убрека.

Аидара предложил направиться к зданию местного аналога муниципалитета, предположив, что сборщик налогов непременно должен появиться там. Сеньорита Рандрин не стала спорить, настояв на том, что внутрь она зайдет одна.

–  Во-первых, я э-эрри, Меллон, а, во-вторых, твои раны должны зажить. Покараулишь снаружи, пройдешься по кабачкам. Встретимся в три часа пополудни у лошадиной поилки, - фонтанов в Ганолле не было, пришлось импровизировать и назначить встречу возле того, что есть.

Убедившись, что маг ушел, девушка поправила волосы, несколько раз глубоко вздохнула и подъехала к длинному мрачному зданию. Спешившись и мельком подумав о том, что местная пыль окончательно погубила чистоту ее юбок, Зара направилась к часовому, дремавшему в тени от дерева, облокотившись об алебарду.

–  Простите, Вы моего кузена не видели?
– оставалось надеяться, что олосерец не в курсе родственных связей Эшбреха.

–  Кого-кого?
– часовой открыл глаза, зевнул и сладко потянулся.

–  Княжеского сборщика налогов. Мне сказали, он где-то здесь...

–  Ага, вчера приехал. Местную казну сейчас перетряхивает, в архиве копается: вроде как наш местный чего-то не доплатил, а он подловить его пытается. А Вы ведь не олосерка.

–  Только по отцу, - улыбнулась девушка.
– Он женился на анторийке, а я в мать пошла. Можно, я Эшбреха внутри подожду, а то тут так жарко, даже присесть негде...

Она кокетливо взмахнула ресницами, раздумывая, не стоит ли воспользоваться способностями э-эрри. Но не потребовалось: часовой не стал возражать, сказав, что в магистрат вход свободный.

Оказавшись внутри, Зара, разумеется, не присела на один из потертых диванчиков, а отправилась на поиски архива. Тут, разумеется, требовался провожатый, который, в свою очередь, добровольно не согласился провести постороннего человека в помещение для сугубо служебного пользования.

Поправив волосы и приняв наиболее соблазнительную позу (оставалось надеяться, что со стороны она не выглядит смешной), девушка стала подкарауливать жертву, молясь, чтобы на нее обратил внимание кто-нибудь из служащих. Посетители-то и так слишком пристально на нее смотрели, жаждали познакомиться, приходилось коротко и доходчиво им объяснять, что сие сокровище не про их честь.

Наконец в приемную вышел молодой секретарь в синем. Не дожидаясь, пока тот заметит ее (да и как, если его уже окружили многочисленные просители, наперебой требовавшие, чтобы их принял местный городской глава), Зара решительно пробралась сквозь толпу и коснулась рукава мужчины. Тот обернулся и оказался во власти глаз э-эрри.

–  Ты скажешь, что меня ждут, и проведешь в городской архив, потом подождешь меня и выведешь обратно. Когда за мной закроется дверь, ты ничего не будешь помнить.

Смежив веки, Зара отпрянула

в сторону, но человеческий облик себе не вернула: мало ли что?

Архив оказался пыльной комнатой в глубине здания. Пришлось потрудиться, чтобы обманом проникнуть внутрь, минуя охрану. Оставалось надеяться, что Эшбрех там, и все ее труды не напрасны.

–  Кто там?
– недовольно буркнул кто-то из-за кипы бумаг.

Девушка вздрогнула и прижалась к стене.

–  Мне нужен Эшбрех, - напрямую спросила Зара. В конце концов, она магиня, если даже не сумеет загипнотизировать, всегда можно воспользоваться телепортом или использовать заклинание перемещения в пространстве.

–  Ну я Эшбрех. Чаю принесла? Поставь на столе, я потом выпью.

Не веря своей удаче, сеньорита Рандрин подошла ближе, стараясь разглядеть лицо мужчины.

–  Что-то еще?
– он сам поднялся ей навстречу. Коренастый, мускулистый, коротко стриженый шатен с небольшим шрамом на левой щеке - все приметы сходятся.

–  Слава Эйфейе, я наконец Вас нашла!
– с облегчением выдохнула девушка, вновь став обычным человеком и, насторожившись, спросила: - Вы тут один?

–  Да пока один, помощник, шельма, куда-то смылся! А Вы кто?

–  Я от Вашего анторийского знакомого, с чьими друзьями Вы обычно видитесь 'У веселой хохотушки'.

–  Так, не здесь, - нахмурился Эшбрех, прислушиваясь.
– Через час в трактире 'Черный бык'.

Зара кивнула и выскользнула в коридор. Потом она сама не могла объяснить, как могла допустить такую оплошность: не стереть себя из памяти стражников. Они, вроде бы, не проявили к ней никакого интереса, занятые игрой в кости, и девушка прошла мимо в человеческом обличии.

Благополучно выбравшись на улицу (встречному служащему магистрата она солгала, что заблудилась, смутившись так, что он не подумал спрашивать, что именно она искала, решив, что дамскую комнату, и любезно проводил к выходу, за что был вознагражден улыбкой), Зара направилась к лошадиной поилке. Бросила взгляд на солнечные часы на магистрате -второй час по полудню. До назначенной встречи с Меллоном -часа полтора, до разговора с Эшбрехом - один. Желания сидеть на солнцепеке не было никакого, да и трактир 'Черный бык' еще следовало найти, поэтому девушка отвязала лошадь и отправилась на экскурсию по улочкам Ганоллы. Если повезет, она встретит Аидару. Честно говоря, хотелось, чтобы повезло: с ним спокойнее. Нет, Эшбреха девушка не боялась, она опасалась того, что в самый неподходящий момент могут появиться наемники фрегойского принца: те типы из Убрека ясно дали понять, что Аластиду мужчина нужен мертвым. Не

то, чтобы он представлял опасность для Фрегойра, скорее, дело тут в банальной мести. Хотя, она ведь не знает, что должен рассказать или передать сборщик налогов.

С трудом маневрируя между людьми, тележками, крылечками и прочими препятствиями на совершенно не приспособленных для нормальной жизни улочках Ганоллы, мысленно не раз и не два наградив его строителей и жителей сложными эпитетами из лексикона посетителей маминой гостиницы (велик и могуч орочий язык с примесью салемского диалекта!), Зара старалась высмотреть в толпе знакомую спину или углядеть знакомую лошадиную голову у коновязи. Спешиваясь у каждого питейного заведения, девушка привычно совершала два телодвижения: посмотреть на вывеску, заглянуть внутрь.