Леди в наручниках

Голдсмит Оливия

Дженнифер отвернулась от окна. Незачем сочувствовать женщинам, живущим на этих улицах, у нее есть собственные проблемы. Она так тщательно оделась сегодня утром — как, впрочем, и каждое утро, — а теперь ей приходится сидеть на этой грязной скамье. От резинового коврика на полу пахло мочой; она боялась опереться на стену, изрисованную жуткими картинками.

Дженнифер с сожалением подумала об огромных налогах, которые она платила все эти годы. Почему бы штату не потратить хотя бы тысячную долю на мытье тюремной машины? Ладно, может быть, это просто

камуфляж, предназначенный для прессы. Том ведь говорил, что они хотят состряпать образцово-показательное дело. Когда они приедут в тюрьму, все будет гораздо лучше. Том говорил, что это что-то вроде загородного клуба. Ну и отлично. Она как-нибудь сможет выдержать там день-два.

В конце концов Дженнифер сдалась и облокотилась на спинку сиденья. Она слишком устала и просто не могла больше сидеть прямо. Да и какая разница? Через пару дней она отнесет свой костюм во французскую химчистку на Девятой улице, они там делают чудеса. Они удалят пятна и запахи точно так же, как Том избавит ее от судимости. Дженнифер хотела достать мобильный телефон и позвонить Тому, но ее мог услышать шофер; кроме того, вряд ли у Тома уже появились какие-то новости. Надо было затаиться и ждать.

Как только Дженнифер расслабилась, шофер прибавил газу и на скорости пролетел поворот. Девушку сбросило с железного сиденья на грязный пол. Она с трудом забралась обратно на сиденье и возмущенно крикнула шоферу:

— Вы что, с ума сошли? Такая скорость не разрешена в жилых районах!

Шофер лениво обернулся к ней.

— Не хватало еще, чтобы преступники учили меня водить машину! — фыркнул он презрительно и после этого поехал еще быстрее.

— Но это же опасно! Я и так уже из-за вас упала на пол!

— Мне плевать, что ты приземлилась на задницу. Заключенным не полагается лимузинов.

Да как он смеет так к ней обращаться?! Дженнифер попыталась держаться за скамью, но ей мешали наручники, врезавшиеся в запястья. А впрочем, при чем тут шофер? Как она сама могла дойти до такого? Дженнифер всю жизнь соблюдала все законы и правила. Она никогда не курила травку и всегда занималась безопасным сексом. Не переходила улицу в неположенном месте и вовремя сдавала книги в библиотеку. Черт! Да она даже не оставляла грязной посуды в мойке! А теперь он называет ее преступницей! Дженнифер с ужасом осознала, что действительно стала преступницей в глазах общества.

Поездка тянулась бесконечно. Наконец шофер сделал еще один крутой поворот — Дженнифер удалось на этот раз не упасть — и резко остановился. Девушка выглянула в окно и увидела, как открываются тюремные ворота и машина медленно въезжает во двор.

Однако это не походило ни на один загородный клуб, в которых бывала Дженнифер, а странная женщина, которая копалась на клумбе, совсем не напоминала садовника. Ее темная загрубевшая кожа была так туго натянута, что голова походила на череп. Как бы то ни было, эта первая встреченная здесь женщина приветствовала Дженнифер улыбкой и указала на клумбу. Когда машина проехала немного дальше,

Дженнифер рассмотрела надпись, сделанную ярко-оранжевыми ноготками: «Добро пожаловать в Дженнингс».

За клумбой тянулся металлический забор с колючей проволокой, а через десять футов — еще один, на котором также красовалась колючка. У Дженнифер на секунду перехватило дыхание. Неужели это не сон? Ей казалось, что она попала в фильм ужасов.

Машина тем временем приблизилась к бетонному зданию с гаражными воротами, которые медленно открылись, пропуская ее внутрь. Ворота закрылись, шофер выключил мотор, и наступила зловещая тишина. Дженнифер даже вспотела от страха. Что теперь будет? Никто не двигался и не говорил ни слова. Почему они молча сидят в полумраке гаража? Ей не хватало воздуха.

— Прошу прощенья, — не выдержала Дженнифер, — сколько мы будем так сидеть?

— Черт побери! — хмыкнул шофер. — Неужели тебе так не терпится попасть внутрь?

Дженнифер не успела ответить, как зазвучала сирена и включился свет. Шофер и охранник вышли из машины и открыли заднюю дверцу. Дженнифер с трудом выбралась наружу. Неизвестно откуда появились еще два охранника.

— Пройдите сюда, мисс Спенсер, — сказал низенький.

— Добро пожаловать в Дженнингс, — ехидно добавил высокий.

Дженнифер потеряла равновесие и чуть не растянулась на бетонном полу гаража. Она растерянно моргала, пытаясь привыкнуть к яркому освещению.

— Вы можете идти самостоятельно? — спросил охранник пониже.

Дженнифер показалось, что он говорил с сочувствием. Хотя оба охранника были одеты в одинаковые мундиры, вели они себя по-разному. В то время как маленький казался спокойным и внимательным, второй дышал злобой и раздражением. «Классика, — подумала Дженнифер. — Хороший полицейский и плохой полицейский». Пока она изучала их лица, высокий грубо схватил ее за руку.

— Тебя спросили, можешь ты идти сама или нет, — прошипел он. — Отвечай, когда тебя спрашивают.

Дженнифер посмотрела на него. Что он за человек? На табличке она прочитала его имя — Карл Бирд. Но он показался ей огромным и опасным животным.

— Мы ждем ответа, — повторил он. — Ты можешь идти?

Дженнифер кивнула и пошла между ними к дверям тюрьмы.

— Откройте сто девятый! — прорычал Бирд в переговорное устройство.

Прозвенел зуммер, и Бирд толкнул дверь. Дженнифер повернулась, чтобы узнать фамилию маленького охранника, и заметила, что он запирает сейф в стене.

— Здесь хранится наше оружие, — объяснил он. — В Дженнингс оружие запрещено.

Его звали Роджер Кемри, и Дженнифер решила, что он ей, пожалуй, нравится. По крайней мере, он не был опасным садистом. Просто маленький человечек, который выполняет свою работу. В первый раз за этот длинный день Дженнифер улыбнулась. Ладно, по крайней мере, в гараже ничем не пахнет, у охранников нет оружия, а один из них вполне дружелюбен. Может, не зря все-таки Том говорил, что это тюрьма «с режимом загородного клуба»?..