Леди в наручниках
Шрифт:
Его руки обнимали ее, они любили друг друга, и темная вода в море постепенно становилась нежно-зеленой, а небо — светло-голубым. Это был самый прекрасный рассвет в ее жизни, и Дженни чувствовала, как сердце Тома бьется рядом с ее сердцем. Она никогда больше не останется одна. Ей больше нечего бояться. Она чувствовала такой душевный покой, словно волна Карибского моря в одночасье смыла все ее страхи. Она защищена. Любима. Не одинока…
Дженнифер разбудил скорее запах, чем звук. Запах рвоты. Она открыла глаза и с ужасом поняла, что это был только сон. Том, море
— Извини, что разбудила тебя, — сказала Зуки. Дженнифер начало трясти. Она не могла бы сказать, что хуже — потерять Тома или снова оказаться в тюрьме. Она хотела только одного: снова очутиться на берегу с Томом. Она хотела бы вернуться в этот сон на всю жизнь!
— Ты в порядке? — заботливо спросила Зуки. — Ты разговаривала во сне.
Дженнифер знала, что бесполезно пытаться вернуть свой сон, и это наполняло ее душу отчаянием. Она повернулась и посмотрела на бледную маленькую соседку, которая сидела на полу рядом с унитазом.
— Если хочешь, расскажи, что тебе снилось, — предложила Зуки.
Дженнифер покачала головой и отвернулась. Она ни с кем не хотела делиться своим драгоценным сном. Она хотела жить в нем. Она не из этих несчастных, забитых, глупых женщин! У нее есть будущее! Прекрасное будущее.
Дженнифер услышала, как Зуки встала.
— Моя бабушка говорила, что во сне бог рассказывает уму то, о чем сердце уже знает, — сказала Зуки, смывая унитаз.
Дженнифер не ответила и снова отвернулась к стене, натянув одеяло на голову. Если бы, проснувшись, она могла увидеть не грязно-розовые бетонные стены камеры, а что-то другое! Ей почему-то казалось, что она больше никогда не испытает такого счастья с Томом…
Дженнифер попыталась позвонить Тому на следующее утро, до начала работы в прачечной, но наткнулась на автоответчик. Она вспоминала, как сотни раз они смотрели на номер звонящего и со смехом не брали трубку…
«Я не должна становиться подозрительной, — подумала Дженнифер. — Наверное, он просто уже ушел на работу». Она очень старалась оставаться спокойной, но почему-то сегодня волновалась еще больше обычного. Ей было необходимо поговорить с ним! И она должна увидеть его. Во сне она чувствовала, что любит и любима. А наяву — оказалась брошенной. Дженнифер потрясла головой, чтобы избавиться от глупых мыслей. Пусть Том не лежит рядом с ней на берегу Карибского моря, но ведь он не бросил ее. Он борется за ее освобождение!
Дженнифер снова выстояла в очереди и на этот раз позвонила в офис. Трубку подняла незнакомая секретарша.
— Позовите, пожалуйста, Тома Бренстона, — быстро сказала Дженни. — Это Дженнифер Спенсер.
Она знала, что любопытные женщины вокруг подслушивают ее разговор. Дженнифер заставила себя улыбнуться и повернулась к ним спиной, но улыбка исчезла с ее лица, как только она услышала ответ:
— Извините, но Том Бренстон не может подойти к телефону.
— Что значит он не может подойти к телефону?! — возмутилась
— Он просил, чтобы его не беспокоили. Перезвоните позже.
— Я не могу перезвонить позже! Я в тюрьме, черт возьми, а не на курорте! — закричала она и бросила трубку на рычаг.
Дженнифер посмотрела на часы. У нее было еще сорок пять минут до начала работы. Она обязательно поговорит с Томом. Она должна услышать его голос. Ей просто необходимо убедиться, что он существует. Что существует мир за пределами Дженнингс.
Она в отчаянии посмотрела на бесконечную очередь женщин, и в этот момент к ней подошла Мовита.
— Пытаешься связаться со своим адвокатом или со своим приятелем? — спросила она, но Дженни не собиралась ничего объяснять, она просто кивнула в ответ.
— Отгадай: что может сделать гусь, не может утка и должен адвокат? — спросила Мовита.
Дженнифер пожала плечами.
— Подтереть себе задницу счетом! — сказала Мовита и засмеялась.
К собственному удивлению, Дженнифер тоже рассмеялась. Вообще-то, ей не нравились такие грубые шутки, но эта застала ее врасплох. «Ладно, — подумала Дженнифер, — почему бы мне не быть повежливее с женщиной, которая может замолвить за меня словечко начальнице?»
— Похоже, ты из тех, кто, когда молится богу, расшибает себе лоб, — заметила Мовита. — Ладно, это не мое дело. Кстати о делах, чем ты занималась на этой своей Уолл-стрит?
— Коммерческими проектами и размещением инвестиций, — ответила Дженнифер, не задумываясь.
— И что это значит? — спросила Мовита.
— Я помогаю компаниям получить деньги на организацию или развитие.
— Любым компаниям?
— Ну, почти.
— Значит, ты знакома со всеми типами компаний и всеми видами бизнеса?
Мовита спрашивала как будто без особого интереса, но все-таки было ясно, что это не праздное любопытство. Все равно Дженнифер не собиралась читать здесь лекции об акциях, сверхприбылях и американском пути развития.
— Не могу сказать, что знаю все, но я умею анализировать состояние финансов, сравнивать с прошлым и прогнозировать будущее.
Мовита серьезно смотрела ей в глаза.
— И ты никогда не ошибаешься?
— Обычно нет, — ответила Дженнифер
— Тогда как же получилось, что ты оказалась здесь?
Дженнифер пожала плечами.
— Похоже, этого никто не понимает, — вздохнула она. — Я не должна была здесь оказаться.
Теперь уже рассмеялась Мовита.
— Слушай, ты не поняла главного: ни одна из нас не должна была здесь оказаться. Зачем милостивому господу нужно заточать женщин в таком ужасном месте?
— Да. И отрывать их от детей. Мне очень жаль, Мовита.
Глаза негритянки загорелись. Она застыла, и Дженнифер заметила, что у нее задрожали руки.
— Слушай, забудь об этом. Ты пыталась мне помочь, я тебе благодарна, но вообще-то я не нуждалась в помощи. Просто в тот день я была уверена, что ко мне придут, но никто не пришел. Это было неожиданно, вот и все. Больше такого не случится.