Леди-рыцарь

Келли Джослин

С другого берега ручья Изабелла крикнула:

– Зря вы так, леди Одетта! Это же ужасно забавно.

Леди покраснела.

– Давайте мы перевезем вас на другой берег, – сказал Уиртон, обнимая сестру за плечи, – как более подобает девице.

Джордан переводил взгляд то на изумленную Изабеллу, то на Уиртонов. Подошел Эмери, встал рядом. Джордан отдал ему кнут. Парень перелетел через ручей, вопя от восторга. Затем кнутовище снова вернулось в руки Джордана.

Уиртоны были уже далеко. Пройдет не меньше двух часов, прежде чем они доберутся до брода и вернутся

туда, где ждет Изабелла. Слишком много клятв! Джордан выругался. Но выбора не было. Он ведь обещал, что во время путешествия сестра друга будет в безопасности. И эта клятва – самая важная. Важнее, чем обещание, данное посланнице королевы.

Он вскочил в седло, схватил поводья белого жеребца и лошади оруженосца.

– Эмери! – крикнул Джордан, перекрывая шум беснующейся воды. – Позаботься об Изабелле, пока мы до вас не доберемся.

Изабелла изумилась:

– Вы не будете переправляться здесь?

– Я обещал защищать леди Одетту. – Он перебросил ей кнут.

Гнев и обида ясно читались в ее глазах.

– Мне вы тоже обещали.

– Конечно, и мы продолжим путь в Линкольн, как только найдем вас на том берегу. Это будет еще до полудня.

Джордан не дал ей времени на ответ. Хлопнув лошадь по крупу, он пустился вслед Уиртонам, ведя на поводу лошадей Изабеллы и Эмери. Он знал, что путь в Линкольн будет долгим и опасным. Но он даже не предполагал, что все так запутается.

Глава 14

Сгущались весенние сумерки. Из леса тянуло сыростью и холодом. После скачки по полям Джордану хотелось надеяться, что им удастся проехать через лес без происшествий. Ходили слухи, что среди деревьев и прогалин скрываются разбойники. Он был уверен – Уиртон с Изабеллой смогут защитить леди Одетту. Даже Эмери умел неплохо управляться с мечом. Лишь бы он не впадал в раж – тогда парень начинал бестолково размахивать мечом во все стороны. В таком состоянии он был опаснее для своих спутников, чем любой враг.

Сквозь сгущающийся мрак блеснули огни. Джордан обрадовался – он подъехал к постоялому двору. Он предлагал остановиться на ночь еще час назад, но Уиртон настоял, чтобы они добирались сюда. Казалось, барон не замечает, что его сестра совсем выбилась из сил. Джордан не настаивал – не хотел смущать леди Одетту.

Двор перед гостиницей был вытоптан, в нем не росло ни травинки. Видимо, до них здесь было полно постояльцев. Странно, подумал Джордан. Кому понадобился постоялый двор на окольном пути в Линкольн? Они свернули сюда с главной дороги по настоянию Уиртона. Барон непременно хотел провести ночь под крытой тростником крышей гостиницы, названия которой было уже не разобрать – солнце, дождь и ветер годами трудились над ее вывеской.

Джордан спешился и потянулся, разминая затекшие ноги. Рядом остановила свою лошадь Изабелла. С тех пор как он подъехал к берегу ручья, где она с небывалым терпением дожидалась их появления, девушка не сказала ему и двух слов. Уиртон смотрел тогда на нее, высокомерно улыбаясь. Но улыбка тотчас исчезла, стоило барону понять – Изабелла не собирается попадаться

на удочку, отвечая на колкости.

Джордан протянул руки, чтобы помочь ей спешиться. Но она лишь покачала головой, и ее волосы блеснули золотом в последних закатных лучах.

– Позаботьтесь о леди Одетте. Она слишком устала и не сможет спешиться сама.

– Хотите, чтобы я помог ей, а не вам?

Ее пальцы вцепились в поводья, но голос звучал совершенно невозмутимо, когда она сказала:

– Того требует ваша честь, Джордан.

Он не нашелся что возразить. Все, что он мог придумать в ответ, звучало бы плоско и неубедительно. Изабелла не нарушила их договор. Обращалась с ним, словно с важным союзником. А из него союзник вышел ненадежный – неуверенный в себе, только и мечтающий, как бы разорвать договор.

Джордан подошел к лошади леди Одетты. Леди нетерпеливо постукивала пальчиками по седлу. Интересно, как бы это выглядело – Изабелла сидит и дожидается, пока ей не придут на помощь. Леди Одетта радостно заулыбалась, и Джордан выбросил эту вздорную мысль из головы.

– Как любезно с вашей стороны, милорд! – проворковала леди, когда он поднял ее с седла и поставил на землю. – Бушар говорил правду – вы галантный кавалер.

Она снова улыбнулась, словно желая сказать, что просто создана быть подругой столь галантного мужчины.

Джордан не хотел ее разочаровывать, поэтому предложил ей руку и повел к парадной двери гостиницы. Там уже стояла Изабелла, здороваясь с хозяином постоялого двора – плотным красноносым мужчиной. Цвет его носа недвусмысленно свидетельствовал о пристрастии к элю собственного изготовления.

Хозяин широко улыбнулся, оглядывая гостью, и улыбка вышла под стать его необъятному животу. Изабелла, казалось, не замечала, с каким восхищением на нее смотрят.

Леди Одетта оказалась внимательнее.

– Только поглядите на этого нахала! Пусть только попробует уставиться на меня – прикажу выколоть его похотливые глазенки.

Джордан фыркнул, представив, что скажет леди, если хозяин – не дай Бог! – не обратит на нее внимания. Вот тогда леди разозлится по-настоящему.

Как отнеслась леди Одетта к его фырканью, осталось неизвестным. Потому что в этот миг хозяин глянул куда-то мимо Изабеллы и поспешно распахнул дверь во всю ширь, приглашая путников войти.

Потолок был низкий – Джордан задевал головой за нижние балки. Узкое пространство зала наполняли запахи прокисшего вина и подгорелого жаркого. На столе в центре зала Джордан заметил несколько полупустых пивных кружек.

– У вас есть другие постояльцы? – спросил он у вошедшего следом хозяина.

– Они не останутся на ночь, милорд.

Джордан удивился – откуда толстяку знать, что он лорд? Наверное, его предупредила Изабелла.

– Где же те, что бросили свои кружки с недопитым элем? Хозяин взглянул на Уиртона, затем опустил глаза.

– Не могу знать, милорд. В лесу так – чем меньше лезешь в чужие дела, тем дольше живешь.

– Прекрасное правило, которым следует руководствоваться в жизни, – ответил барон. – Нам нужны комнаты на ночь.