Леди-рыцарь
Шрифт:
– Куда мне идти?
– Кровь Христова! Вы самая рассудительная из всех женщин, что мне доводилось встречать. Если хотите, оставайтесь здесь.
– Но это ваша спальня.
– Используйте ее по своему усмотрению. – Он встал и пошел к двери. – Я найду где провести ночь.
– Благодарю, но я уверена, что вы давно мечтали очутиться в собственной постели.
Ничего другого она не смогла придумать в ответ. Джордан задержался в дверях, затем обернулся к ней:
– Изабелла, вы просите меня остаться?
– Почему вы так решили?
– Вы не перестаете
Инстинкт подсказывал ей: «Не подпускай его близко! Не ближе чем на расстояние вытянутой руки!» Но девушка не двинулась с места.
– Джордан, вы слишком устали, чтобы мыслить здраво. У меня есть сушеные маковые головки. Можно растереть их и высыпать в вино, и вы будете спать как младенец.
– А если мне вовсе не хочется спать?
Его пальцы скользнули во влажные волосы Изабеллы, закрутили их узлом на затылке.
– Джордан…
Она не успела ничего сказать – он запечатал ей рот поцелуем. Нервная волна пробежала по спине, спустилась к пальцам ног, вдавливая их в тростник на полу.
Джордан оторвался от ее губ и стоял, молча разглядывая ее лицо. Затем отступил на шаг. Изабелла вытянула вперед руки, желая его остановить. Коснувшись пальцами его груди, она провела ими вверх, к плечам. Теперь они снова стояли рядом.
Джордан застонал и рывком привлек ее к себе, впиваясь поцелуем в ее рот. На сей раз его поцелуй вовсе не был бережным или нежным. На вкус он был как вино, и язык, который рвался в глубины ее рта, тоже пьянил, как вино. Она не стала отказывать ему – и себе тоже – в удовольствии. Губы Джордана скользили, дразня и покусывая кожу, от подбородка к уху.
Изабелла услышала тихий стон и запоздало поняла – стонет она сама, в то время как он ласкал губами изгибы ушной и раковины. Там, где их тела почти соприкасались, сгущался жар. Она потянулась, чтобы обвить руками его плечи, и одеяло снова соскользнуло на пол. Теперь лишь тонкая льняная ткань оставалась преградой между ними, и ее тело рвалось Джордану навстречу в жажде прижаться к его обнаженной коже.
Его рука двинулась вверх, от талии к груди, и каждое касание зажигало в Изабелле огонь. Большой палец Джордана ласкал сосок, поцелуй стал глубже – она просто задыхалась под натиском его рта. Он тихо, хрипло рассмеялся, подхватил Изабеллу под колени и притянул к себе.
Нога Изабеллы зацепила стул, и что-то с глухим стуком упало на пол. «Кнут», – шепнул голосок где-то на задворках ее сознания. Но в эту минуту она могла думать лишь о восхитительном ощущении гладкой выбритой кожи под ее губами.
– Никогда не догадывалась, – шепнула Изабелла, – что бывает так чудесно.
Она протянула руку, чтобы погладить его по волосам.
Джордан снова поцеловал ее – на сей раз слишком быстро, торопливо. Девушка хотела было возмутиться, но вдруг обнаружила, что Джордан несет ее через всю комнату к постели. Он положил
Изабелла потянулась, чтобы привлечь его к себе, но он перехватил ее руки и крепко сжал. Затем покачал головой, и она увидела – страсть в его глазах сменилась сожалением.
– Нет? – Она смотрела на него, не в силах поверить.
– Вы слишком устали, чтобы мыслить здраво, – сказал Джордан, убирая прядь волос с лица Изабеллы. – Но я не так пьян, как вам казалось, и я все слышал.
– Что вы слышали?
– Вы сказали – никогда раньше вам не приходилось испытывать такого. – Джордан потянулся было к ее груди, затем отдернул руку и спрятал ее за спину. – Ваши слова напомнили мне, что вы не из тех, кто продает себя за побрякушки. Но главное – вы помогли мне выполнить данный Райcу обет. Чем же я отплачу? Не пристало мне красть девичью честь под покровом ночи.
Джордан поднял одеяло и укрыл Изабеллу, несмотря на ее попытки сесть. Его руки придавили ее плечи к подушке.
– Спокойной ночи, Изабелла.
– Джордан…
Он прикоснулся пальцем к ее губам, нагнулся и ласково поцеловал. Задул лампу и исчез во мраке.
Изабелла села на постели, готовая закричать, затем сжала зубы. Что ей делать, если он вернется на зов? Его поцелуи, его объятия начисто лишили ее способности рассуждать. Сейчас, когда она была одна, дело представилось в ином свете. Все просто. Она принадлежит аббатству Святого Иуды. Только там она сможет продолжить свои изыскания. Место Джордана здесь, в Ла Тур. Когда они выполнят поручение королевы, каждый из них вернется к своим обязанностям.
Она упала на подушку, уставясь наверх, в темноту.
«Ваши слова напомнили мне, что вы не из тех, кто продает себя за побрякушки. Но главное – вы помогли мне выполнить данный Райcу обет, и не пристало мне за это красть девичью честь под покровом ночи».
Изабелла проснулась, но не шевелилась. Ее разум, опутанный паутиной сна, пытался осознать то, что телу было давно известно. Дождь снова барабанил по ставням, и этот знакомый звук убаюкивал. Потом вдруг до нее дошло, что окно комнаты находится не там, где ему следовало быть. Изабелла очень любила свою келью в восточном крыле монастыря, где ее всегда будили первые лучи солнца.
Окно смотрело на север, а постель была мягкая – не было таких в аббатстве!
Мягко скрипнули стебли тростника. Этого звука не могло быть в ее келье. Кто-то находился в спальне. Чужой спальне. Спальне Джордана!
Изабелла сунула руку под подушку и осторожно вытащила кинжал, который положила туда накануне. Спрятала его под одеялом, отгоняя последние остатки сна.
Затем она увидела движущуюся тень.
Мужчина. Он стоял возле стола, проверяя содержимое одного из ее мешочков. Не сошел ли он с ума? Стоит ему нечаянно смещать кое-какие вещества, и будет взрыв, не хуже, чем тогда в аббатстве.