Леди-колдунья
Шрифт:
Как и предсказал врач, болезнь протекала обычным путем. Оставшиеся следы были совсем маленькими — над правой бровью и под левым ухом. Решив показать сына отцу, Алекса не знала, что ее ждет. Адам мог привязаться к Фанни, тем более что Алекса таинственно исчезла, не сказав ему ни слова.
Все же Алекса надеялась, что Адам поймет, что заставило ее уехать с Чарлзом. Поймет и простит.
Как только врач объявил, что Дэви можно отвезти в город, Алекса сообщила Мэдди о своих планах.
— Слава Богу! — вздохнула та, воздев глаза
— На то были причины, — мрачно ответила Алекса. — Но теперь это не имеет значения. Соберите одежду Дэви. Мы едем завтра.
Но ближе к вечеру приехал Адам.
Каждая миля, которую проезжал Адам, казалась ему десятью, каждая минута — часом. Он знал, что Алекса — женщина чувственная и легковозбудимая, но ему хотелось думать, что она такая только для него. Когда наконец он решил простить ей Чарлза, появился Дэвид. Неужели Алексе чего-то не хватает в нем? Ярость его возрастала с каждой минутой. Ему не терпелось вонзить шпагу в горло воображаемому любовнику Алексы.
Адам сообщил удивленному конюху, кто он такой, и оставил ему свою лошадь. Потом вошел в огромную парадную дверь и спокойно объявил о своем прибытии. Через две минуты на него с любопытством смотрела пожилая женщина, и ее светлые глаза блестели при виде крупного мужчины, буквально излучавшего силу и самоуверенность.
— Чем могу быть вам полезна? — спросила Мэдди, сразу же догадавшись, кто этот красавец, хотя никогда не видела мужа Алексы.
— Кто вы такая? — спросил Адам.
— Домоправительница леди Алексы. Меня зовут Мэдди.
Адам бросился в дом мимо удивленной Мэдди.
— Я — лорд Пенуэлл, муж леди Алексы, — заявил он.
— Я сразу догадалась, — приветливо улыбнулась Мэдди: — Моя госпожа часто о вас говорила. Но я не думала, что у вас такой суровый вид.
Лицо Адама мгновенно смягчилось. Слуг пугать ни к чему, решил он, поняв, что Мэдди — именно та женщина, которая заменила Алексе мать. Алекса часто рассказывала, как она любит добрую домоправительницу.
— Где моя жена? — спросил Адам.
— Она в спальне с Дэвидом, — просияла Мэдди.
От ее слов на лице Адама появилось мрачное и яростное выражение, и Мэдди не поняла, что она такого сказала, пока Адам не рявкнул:
— Господи! Эта женщина потеряла стыд! Пала так низко, что принимает любовника, не таясь перед слугами.
И прежде чем Мэдди смогла что-то объяснить, он помчался наверх, перепрыгивая через ступеньку, полный решимости сломать любую дверь, если потребуется, пока не найдет Алексу и ее л юбовника.
— Третья дверь слева! — крикнула Мэдди. — Но вы заблуждаетесь, милорд. Дэвид — это не…
Мэдди замолчала, услышав, как треснула дверь и испуганно вскрикнула Алекса.
Мэдди мудро решила уйти. Пусть Алекса с мужем сами разбираются в своих чувствах. Алекса должна многое объяснить. Существование
Алекса лежала на кровати, нашептывая сыночку нежные слова. Он улыбался ей и что-то лепетал в ответ.
— Милый мой Дэвид, — шептала она, щекоча его круглый животик, — я люблю тебя больше жизни. Я сделаю все, лишь бы ты был счастлив и благополучен.
Адам стоял за дверью, кипя от ярости. Шпага вылетела из ножен, и ногой, обутой в сапог, он распахнул дверь, которая не была заперта и не требовалось ее вышибать. Его ледяной взгляд остановился на Алексе, загораживающей любовника своим стройным телом.
Едва дверь распахнулась, как Алекса заслонила сына и, обернувшись, обомлела.
В дверях стоял Адам, обнажив шпагу, в его серых глазах собрались грозовые тучи, прядь волос упала на лоб.
— Я застал вас на месте преступления, Алекса! Пусть ваш любовник защищается. Или он предпочитает прятаться под женскими юбками?
— Адам!. — ахнула Алекса. — А мы собрались завтра утром в Лондон.
— Мы! Вы собирались привезти любовника с собой? Отодвиньтесь, Алекса, дайте ему встать. Я хочу видеть его лицо прежде, чем убью его. Никто не сможет отобрать у меня жену!
Алекса едва сдерживала смех:
— Адам… я… я…
— Что здесь смешного, Алекса? — разбушевался Адам. — Кто этот негодяй? Вы принадлежите мне, Алекса. Я люблю вас!
— Что? Что вы сказали?
— Сказал, что хочу убить самоуверенного негодяя, который вознамерился украсть ту, кого я люблю!
— Вы говорите серьезно? Вы действительно меня любите?
Все еще держа наготове шпагу, что выглядело довольно забавно, Адам сказал после паузы:
— Ну и что, если это так? Моя любовь к вам не спасет вашего любовника.
Алекса села на кровати.
— Я всегда любила вас, Адам. Но об этом мы поговорим позже. Здесь есть один человек, с которым я хочу вас познакомить.
— А, этот неуловимый Дэвид, полагаю, — процедил Адам сквозь зубы, сжав рукоятку шпаги. — Пустите меня к этому ублюдку!
Алекса обернулась и, обняв Дэви, выставила его перед собой:
— Познакомьтесь с вашим сыном, Адам. Его зовут Дэвид, но я зову его Дэви. И он не ублюдок. Его отец — беспощадный Лис, а мать — жена Лиса, Колдунья.
Адам выронил шпагу, и она со звоном покатилась по полу. Он разинул рот, глаза его опасно блеснули. Младенец! Всего лишь младенец, и, если верить Алексе, его сын! Ноги у Адама подкосились. Он осторожно подошел к кровати и взглянул на ребенка. Серые глаза — такие, как у него, взгляд серьезный. Адам протянул ему палец, Дэви схватил его и попытался сунуть в рот. Потом рассмеялся, глядя на отца, а тот, очарованный, смотрел на него, и сердце его наполнилось нежностью.