Леди-колдунья
Шрифт:
Оскорбленная и разъяренная, Гвен повернулась и выбежала из комнаты, не заметив, что уронила свой ридикюль.
Едва Гвен выскочила из комнаты, как колени у Алексы подогнулись и она схватилась за спинку стула, чтобы не упасть. Во время перепалки с Гвен был момент, когда Алекса испугалась, что та поймет, кто она. В конце концов, она всего-навсего обесцветила волосы. Но к счастью, Гвен ничего не заметила.
Ее размышления прервал громкий голос Адама:
— Алекса, любовь моя, посмотри, кто приехал!
Алекса повернулась
— Так я и знал, что найду тебя здесь, — усмехнулся Адам, обнимая ее за талию.
— Адам, пожалуйста, потише, — предупредила его Алекса, приложив палец к его губам. — Только что здесь была Гвен.
— Я знаю, — сказал Адам, — мы видели, как отъехала ее карета, когда шли через поле. Что ей понадобилось? Она тебя узнала?
— Я потом все расскажу, сначала поздороваюсь с нашими друзьями. — И Алекса протянула руки Маку и Дрейку.
Мак привлек Алексу к себе, обнял и поцеловал в губы, не обращая внимания на сердитый взгляд Адама.
— Вот теперь я могу все рассказать, — промолвила Алекса, повернувшись к Адаму. — Не думаю, что Гвен узнала меня. Но давай забудем о ней на некоторое время.
— Алекса, знай я, что вы превратились в Колдунью, я ни за что не стал бы учить вас ходить под парусами и пользоваться оружием, — заявил Мак, подмигнув. — Удивляюсь, как это Адам до сих пор разговаривает со мной, да еще пускает в свой дом.
— Дело прошлое, Мак. — Алекса печально улыбнулась, ей так не хватало прежней беспокойной жизни. — Я больше не Колдунья.
— Вы даже не представляете, какая это для меня радость! — вмешался в разговор Дрейк. — Я надеялся, когда вы с Лисом столкнулись на острове, что он уговорит вас отправиться в Нассау.
— Когда вы узнали о Лисе? — спросил Мак. — На острове?
— Нет. — Алекса лукаво усмехнулась. — Задолго до этого.
— Держу пари, здесь какая-то тайна, — Мак.
— Которая никогда не будет раскрыта, — заметил Адам, бросив на Алексу вызывающий взгляд.
Та не отвела глаз.
— Ты держал меня в неведении касательно твоей деятельности слишком долго и получил по заслугам.
— Алекса! — предостерегающе сказал Адам, бросив на нее веселый взгляд.
— Молчу. — Алекса притворилась, что побеждена, и рассмеялась, вслед за ней рассмеялся Адам, затем Мак с Дрейком.
Между тем леди Гвен, которая уже отбыла в своей карете, хватилась ридикюля и приказала кучеру вернуться. Она была уверена, что уронила ридикюль в коридоре, поэтому вошла в дом не постучавшись и направилась к кабинету, где недавно столкнулась с Алексой. Она подобрала с пола свой ридикюль и тут услышала громкие голоса. Речь шла о знаменитых пиратах — Лисе и Колдунье.
Гвен прижалась ухом к двери и стала слушать. Глаза у нее округлились, губы задрожали. Она ушам своим не верила. Что женщина, с которой она только что разговаривала, оказалась женой Адама, не очень удивило ее,
Адам Фоксуорт, лорд Пенуэлл, за которого она собиралась выйти замуж, оказался Лисом — ужасным пиратом, который время от времени словно растворялся в воздухе. И неудивительно! Среди английской знати он слыл человеком весьма уважаемым. Но теперь она разоблачит его. Гвен вышла из дома так же тихо, как и вошла.
А в кабинете четыре пирата, ничего не подозревая, праздновали свое воссоединение. Они подняли бокалы со сверкающим бренди за Соединенные Штаты Америки, свободные от английских интервентов.
— Я знаю, что «Призрак» идет сюда, чтобы взять на борт Адама, — сказала Алекса после того, как все выпили. — Но что выделаете здесь с вашими кораблями?
— У нас хорошие вести, Алекса, — сообщил Мак. — Де Грасс и крупный военный контингент из двадцати восьми французских судов и трех тысяч трехсот человек вышел с Гаити на Чизпик. Мы здесь для того, чтобы встретиться с «Призраком», взять Лиса и тут же отплыть, а потом присоединиться к битве на севере, которая станет решающей.
— Ах, Мак, думаете, одна битва может решить исход войны? — просияла Алекса.
— Похоже на то, — ответил Адам за Мака. — Мы непременно побьем англичан с такими силами. Отсюда мы пойдем к Нью-Йорку, где отсиживается Корнваллис. Конец уже виден, любовь моя.
— Когда ты должен уехать? — спросила Алекса. Ей так не хотелось с ним расставаться. Она даже не успела сказать ему о ребенке.
— Через день-другой, как только подойдет «Призрак». Алекса грустно кивнула, судорожно сглотнув.
— Я понимаю, — сказала она, сморгнув навернувшиеся слезы.
Позже они вместе поужинали, а потом беседа продолжалась за кофе и бренди. Было уже поздно, когда Дрейк и Мак вернулись на свои корабли, а Адам с Алексой уединились в спальне. Они не нуждались в словах, чтобы выразить свои чувства. Адам неторопливо раздел ее, и вся она мгновенно встрепенулась от его прикосновений. Они ласкали друг друга медленно, благоговейно, как будто в первый или в последний раз. Слова любви лились свободно, у них больше не было тайн друг от друга. Алекса инстинктивно понимала, что только в объятиях Адама ее тело, ее душа, ее любовь могли обрести неизбывную радость.
Они лежали в объятиях друг друга, и Алекса решила, что более подходящего момента, чтобы сказать Адаму о ребенке, больше не будет. Но в этот момент раздался громкий стук в дверь. Алекса похолодела, вспомнив тот далекий день, когда их с Маком отвезли в тюрьму.
— Откройте! Именем короля! Или мы выломаем дверь!
— Боже мой, Адам! Они узнали! — Алекса прижалась к мужу. — Тебе нужно уходить.
— Мы знаем, что ты здесь, Лис! И ты тоже, Колдунья! На этот раз вам не уйти!
Адам натянул штаны.