Леди-киллер

Коул Мартина

Джорджу Маркхэму там не было места.

Дуэйн Портилло видел, как вышла из гостиницы Линетт, и, подтянувшись на сиденье, стал ждать, когда появится Джордж. Но Джордж так и не вышел.

Он в это время спокойно лежал на полу в номере мотеля, таращась пустыми глазами на экран, где все еще шел порнофильм. Кровь больше не лилась из него ручьем. Казалось, девица на экране смотрит на Джорджа, изобразив на лице наслаждение.

Но Джордж, увы, не видел ее. А ведь ему бы очень понравилось.

Эдит

стала беспокоиться. Они вернулись из аэропорта, но Джорджа дома не застали. И всякий раз, как слышался шум машины внизу, она бросалась к окну посмотреть, не приехал ли он.

— Ну, Бога ради, Эдит! Он же взрослый! — говорил Джосс. — Может, захотел выпить пива и с кем-нибудь заболтался.

Но Эдит лишь досадливо отмахнулась: надо же такое придумать! Это просто исключено. Джордж — и вдруг заболтался. Да еще с незнакомцем!

Когда Натали, перецеловав всех и пожелав всем спокойной ночи, отправилась спать, Эдит проводила ее взглядом. Да, рна может гордиться своими детьми.

Недаром потрачено столько сил на их воспитание!

В полицию сигнал поступил в половине двенадцатого. А в одиннадцать двадцать администратор мотеля, наконец оторвавшись от телевизора, пошел поглядеть, что творится в четырнадцатом номере: ведь уже прошло больше пяти часов! К тому же приехала еще одна парочка нуждающихся в комнате. Администратор попросил их подождать, а сам поднялся наверх и постучался в дверь.

В номере была мертвая тишина.

Пришлось открыть дверь собственным ключом. Нельзя сказать, что он испытал потрясение, когда увидел, что делается внутри. Парочке он предложил приехать как-нибудь в другой раз и, прежде чем позвонить в полицию, спрятал в укромное место кредитные карточки Джорджа.

Эдит известили о случившемся в десять минут первого.

Лишь когда все закончилось, Дуэйн Портилло покинул место действия и поехал к Шону О’Грэйди, чтобы доложить ему о том, чему был свидетелем. Шон ошарашенно почесал в затылке.

— Ты хочешь сказать, что ублюдка уже прикончили?! Что его замочила паршивая проститутка, черт бы ее подрал!

Дуэйн кивнул: он и сам пока еще с трудом верил в случившееся.

Шону О’Грэйди это показалось забавным:

— Кто бы, черт побери, дал кредит под такое, а?!

Дуэйн Портилло тоже рассмеялся: денек, что и говорить, выдался странный!

Кэйт вместе с Лиззи отбирала вещи, которые дочь должна была взять с собой. Кэйт старалась скрыть под маской беззаботности свое настроение после того, как ее отстранили от расследования, но хватало ее ненадолго.

— Мам!

— Что, дорогая?

Лиззи повернула мать лицом к себе.

— Что все-таки произошло? Ты поссорилась с Патриком?

Кэйт впору было и плакать, и смеяться одновременно. Поссорилась?! Лиззи села на постель и поглядела на мать.

— Пожалуйста, мам, скажи, у тебя неприятности? Я просто не могу видеть тебя такой несчастной!

Кэйт заглянула в темные глаза дочери, так похожие на ее собственные, и почувствовала прилив нежности.

Но

стоило ей заговорить, как голос ее сорвался. Лиззи привлекла ее к себе, крепко обняла, и Кэйт, прильнув к плечу дочери, дала волю слезам: где-то в глубине души она понимала, что Лиззи сама нуждается в утешении. Но так приятно, когда тебя прижимают к груди, целуют в волосы, уверяют, что все будет хорошо. Хотя Кэйт сердцем чуяла, что хорошо уже не будет. Что все позади. Что человек, которого она любила, предал ее. А ведь она и сейчас готова была его принять.

Лиззи тихонько вздохнула. Нежно гладя мать по волосам, она испытывала гордость от того, что впервые в жизни могла помочь матери разделить с ней ее невзгоды. Значит, мать — самая обыкновенная женщина, раз могла забыть о службе, составлявшей смысл ее жизни, значит, и у нее есть проблемы. Такой беспомощной и какой-то очень человечной Лиззи ее еще не видела.

Лиззи была уже достаточно взрослой, чтобы понять, как нужна матери ее помощь, ее ласка, ее любовь! Впервые в жизни они были на равных. Не существовало больше барьера, разделявшего их вот уже пятнадцать лет. И несмотря на сердечные муки, Кэйт радовалась этому чудесному ощущению единения с дочерью.

Позже, когда Кэйт сидела в гостиной вместе с матерью и Лиззи, по вечерней десятичасовой программе передали потрясающую новость! Кэйт как раз приняла ванну, приготовленную ей Лиззи, с ароматной эссенцией лаванды, которая действовала успокаивающе, и сидела теперь у телевизора, потягивая бакарди с печеньем.

Она призвала на помощь всю свою выдержку, чтобы выслушать Сэнди Голла.

— Сегодня во Флориде зверски убит проституткой британский турист Джордж Маркхэм. Тело изрезано бритвой, шея — разбитой бутылкой. Согласно полученной информации, мистер Маркхэм, пятидесяти одного года от роду, разыскивался британской полицией по делу об убийстве шести женщин и ребенка. Установлено, что именно он и был «Потрошителем из. Грэнтли». В полиции подтвердили, что намеревались арестовать Джорджа Маркхэма после его возвращения из Флориды. Сегодня в Ливане…

— Господи Иисусе! — Эвелин была потрясена до глубины души.

Некоторое время Кэйт пристально смотрела на экран, после чего бросилась в прихожую и набрала номер телефона Кэйтлина. После второго гудка он снял трубку.

— Насколько я понимаю, Кэйти, ты слышала новость?

— Значит, это правда?!

— Истинная правда! Похоже, он наконец получил по заслугам! Его убила известная проститутка — Линетт, как там ее… не важно. Она заявила в полиции, что он набросился на нее и ей пришлось защищаться.

Кэйт кивнула, забыв о том, что Кэйтлин не видит ее.

— Ты здесь, Кэйт?

— Да. Ох, Кэнни, какая же я идиотка!

— Говорил я тебе, не бросайся головой в омут, но ты не послушалась, верно? — Кэйт почувствовала, что он улыбается.

— Нет, не послушалась.

— Ну вот что, Кэйти: отдохни еще несколько дней, а я пока переговорю с Флауэрсом. Ты классный специалист, он, я уверен, вовсе не хочет тебя терять. Теперь, когда история с Потрошителем наконец завершилась, все мы можем перевести дух.