Леди и Волк
Шрифт:
— Кэтрин! — раздался ей вслед отчаянный окрик спутника. — Но ты не знаешь дороги!
— Ничего страшного! — Крикнула она через плечо. — Меня проводят волки. Не знаю почему, но чувствую, что встреча с цыганкой была предзнаменованием. Я должна его проверить!
Темноволосый рыцарь тряхнул головой и с досадой хлопнул себя по бедру.
— Вот дьявол! Я поеду с тобой. Тебе одной не справиться.
И он отправился за ней, хотя эта затея казалась ему опасной. Они ехали молча. Кэтрин могла бы отказаться от его помощи, но в душе
Они миновали первые деревья, и в лицо пахнуло желанным прохладным воздухом. Лучи солнца едва освещали дорогу, с трудом пробиваясь через лесные заросли. Над головой шумели распустившиеся ветки, а под копытами лошадей хрустели сухие прошлогодние листья. И если бы не крик совы, то можно было бы сказать, что в мрачном первозданном лесу царила полная тишина.
Они следовали по узкой тропинке в глубь неподвижного леса, и Кэтрин вскоре потеряла счет времени. Чем дальше они ехали, тем тревожнее становилось у нее на сердце. Но вскоре они услышали шум водопада, и лицо девушки просветлело. Они пустили своих лошадей вперед, однако через несколько мгновений Мэркхам неожиданно остановился.
— Что случилось? — Прямо перед девушкой по серебряной нити с ветки спускался паук. Она оттолкнула от себя мохнатое создание и состроила недовольную гримасу. — Скажи, ради Бога, почему ты остановился?
Рыцарь повернулся в седле и с возрастающим беспокойством произнес:
— Миледи, мы заблудились.
— Заблудились? — Кэтрин нахмурилась. Она молча надеялась, что он ошибся.
— Да. Тропинка, по которой мы едем, закончилась. И мы находимся у развилки двух других. Но я не знаю, какую выбрать.
Кэтрин подъехала поближе и стала внимательно рассматривать обе тропинки. Она сожалела, что рядом с ними нет старухи, которая подсказала бы им дорогу.
— Тогда мы поедем порознь, — заключила девушка. В ее голосе слышалось намного больше решимости, чем она испытывала в душе. — Минуем по двести деревьев и вернемся на развилку. Если найдешь какие-нибудь признаки пещер, то поедем по твоей дороге, и наоборот.
Мэркхам неуверенно кивнул. Он слишком устал, чтобы спорить. Казалось, что ему уже было все равно, что придумает Кэтрин.
Кэтрин пустила свою кобылу вперед, ориентируясь на шум водопада. Решение продолжать путь в одиночку, безусловно, пугало девушку, но в то же время подбадривало ее. В конце концов, теперь она знала, что все зависит от нее самой. Однако решительность ее несколько угасла, когда резкий крик стервятника нарушил тишину леса. Неожиданно между деревьями мелькнула чья-то тень. «Неужели Ботвелл?» — подумала Кэтрин и нервно натянула поводья. Когда она сделала несколько шагов назад, через дорогу, усыпанную еловыми иголками, скользнула лесная мышь. Лошадь испуганно заржала и шарахнулась в сторону. И в этот момент, к счастью, девушка услышала вой волка — отдаленный, но отчетливый. Превозмогая страх, она пустила кобылу рысью,
— Лисица? — с надеждой спросила девушка, моля Бога, чтобы это оказалась волчица Джона.
— Кто это? — услышала она недоверчивый вопрос.
Кэтрин натянула поводья и повернулась в сторону, откуда раздался голос. Когда из-за деревьев, улыбаясь в лохматую седую бороду, появился Джон, она вскрикнула от радости. Он остался таким же, каким она запомнила его в Даунинг-Кросс. Только в глубине глаз затаилась печаль.
Обменявшись шумными приветствиями, Джон спросил:
— Вы голодны, миледи?
Кэтрин весело рассмеялась.
— Это самый приятный вопрос, который я слышала за последние две недели. Я очень голодна и с удовольствием съем что-нибудь. Вы приглашаете меня в свою пещеру?
Он утвердительно кивнул головой. Девушке хотелось расспросить его о послании графа немедленно, но что-то удержало ее от Поспешного шага. До сих пор ей не приходило на ум, что Джон может отказать ей в помощи, но в его лице появилось какое-то новое выражение, и девушка не стала спешить. Совместная трапеза могла помочь ей укрепить силы и восстановить дружбу со стариком.
Они нашли Мэркхама и все вместе отправились к пещерам. Куполообразная расщелина, которую Джон называл своим домом, находилась недалеко от водопада. Чтобы попасть в заросшую лишайником пещеру, им пришлось низко нагнуться.
— Привет, Дикая! — поприветствовал Джон волчицу, свернувшуюся в клубок около стены. Серебристая красавица взглянула на вошедших с полнейшим безразличием и в следующее мгновение снова положила голову на лапы.
Кэтрин и Мэркхам вымыли руки в котелке, который принес Джон, и молча ждали, пока он суетился вокруг них.
— Вам придется остаться здесь до завтра, — решительно произнес он. Мэркхам вопросительно посмотрел на Кэтрин, словно ожидая, что она возразит. Однако девушка предпочла не спорить.
— Хорошо, Джон. Спасибо за приглашение. Ночью нам не выбраться из этого леса. Было бы глупо думать иначе.
Джон достал тушеную оленину, хлебные сухари и пригласил их к огню. Чаши, из которых они ели, были сделаны из тыквы, а вместо табуреток на полу пещеры лежали теплые шкуры. Гостеприимство и добродушие хозяина располагали к дружеской беседе.
Кэтрин доела последние кусочки мяса и вытерла руки.
— Прекрасный ужин! Пожалуй, лучше, чем в Блэкморе!
Девушка вспомнила радушие семейной пары в ее первое посещение Даунинг-Кросс.
— Я сожалею о том, что случилось с Элизабет и Гилем.
Взгляд Джона стал жестким.
— Когда я вспоминаю о тех днях, меня душит слепая ярость. В этом виновен Марлоу.
— Я знаю. Он принес людям много горя. Поэтому я здесь. Его надо остановить.
Джон взглянул на нее с сомнением.