Леди и смерть
Шрифт:
– Я права далеко не всегда, – возразила молодая женщина, но не скрывала, что слова мужа ей приятны.
– Порой мне кажется, что все обстоит именно так, – настаивал Уильям. – Ты верила в честность Филиппа Рис-Джонса сильнее, чем все мы, и не ошиблась. Твоя проницательность начинает тревожить меня.
– У тебя есть для этого причины? – лукавый взгляд серебристых глаз показался лорду Гренвиллу… притягательным. – Ты утаиваешь от меня какую-то страшную тайну?
– Какую, например? – тень пробежала по лицу джентльмена,
– Откуда мне знать? Может быть, ты последовал примеру Ричарда и начал проигрывать крупные суммы… Или же тебе не нравится мой портрет…
– Уверяю, тебе не о чем беспокоиться. Ричард не может дурно повлиять на меня, скорее наоборот. Кажется, он теперь не так увлечен игрой, как год назад, может быть, он, наконец, повзрослеет и излечится от этого порока. Что касается портрета… Мистер Бейл заверил меня, что сделал все возможное, чтобы передать на портрете отблеск твоей души, но ему так и не удалось постичь самую суть. После такого признания я вынужден был сказать ему, что и сам не всегда понимаю свою жену, и заплатить на сто фунтов больше, чтобы утешить его оскорбленное самолюбие.
Эмили засмеялась. Портрет нравился ей, но порой ей казалось, что на нем изображена совсем другая женщина, спокойная и величавая, не переживающая все то, что на самом деле бурлит в душе у леди Гренвилл. Объяснение Уильяма помогло ей понять почему. Лори же получился очень милым, как и лорд Гренвилл на миниатюре, которую она получила тайно от своего мужа. Сам мистер Бейл остался очень доволен визитом в Гренвилл-парк, ведь он оказался немного причастен к истории об убийствах юных леди, о чем мог рассказывать своим знакомым, добавляя себе популярности.
– Ты наденешь на бал к Блэквеллам бриллиантовый гарнитур? – неожиданно спросил лорд Гренвилл.
– Хочешь, чтобы я выглядела как подобает твоей супруге? Ты любишь свою бабушку сильнее, чем можно подумать по твоим обычным отзывам о ней, – тут же догадалась Эмили. – Хорошо, я надену браслет и ожерелье, если ты пообещаешь устроить пикник для нас с Лори, только для нас троих, пока еще погода это позволяет.
Уильям с готовностью дал такое обещание. Он уже замечал, что в последние месяцы ему все приятнее общество жены, и подозрения в ее неверности, которые он испытывал прошедшей зимой, казались ему столь же нелепыми, как возможность брака между полковником Дейлом и Джейн Соммерсвиль.
Как оказалось позднее, воображение подвело лорда Гренвилла – в мире встречаются и более нелепые вещи.
37
– Итак, вы потерпели поражение, – леди и джентльмен вместе с другими гостями миссис Блэквелл наблюдали за танцующими и тихо переговаривались.
– Иногда такое случается, друг мой.
– Мисс Рис-Джонс допустила не так уж много ошибок для ее возраста. Она оказалась способной ученицей.
– Тем не менее ее разоблачили.
– Кто бы мог подумать, что леди Гренвилл окажется довольно умна. Но не думаю, что она стала бы заниматься поисками истины, если бы в этой истории не оказалась замешана ее сестра.
– Что поделаешь, время от времени случай вмешивается в наши планы. Если бы мы не умели смиряться с поражением, не одерживали бы побед.
– Вы хотите сказать, что ничуть не задеты?
– Я хочу сказать, что нам следует повнимательнее присмотреться к талантам леди Гренвилл. Она может помешать нам, а может и помочь. В зависимости от того, куда будут направлены ее способности.
– В наших силах направить их в нужную сторону, не так ли? Ведь нам известны ее слабости.
– Если понадобится, мы сыграем на них. Но, надеюсь, этого не случится, и она больше никогда не встанет на пути наших замыслов.
– Вы это несерьезно! Разве можно считать достойным противником молодую женщину, с детских лет измученную болезнью и одиночеством, поглощенную заботами о семье и доме?
– Вы должны знать ее лучше многих других, странно, что вы ее недооцениваете. Она могла навредить нам еще во время той истории с горничными. К счастью, тогда она отступила сама, приписав свои справедливые подозрения склонности к фантазиям. Не хотелось бы причинять ей вред…
– Разумеется, нет! Я вам этого не позволяю. Во всяком случае, пока.
– Мне бы тоже этого не хотелось, поверьте, дорогой друг. А сейчас давайте выберемся из залы прежде, чем этот танец закончится и все гости толпой устремятся в столовую. Будет неприятно, если кто-нибудь отдавит нам ноги.
– Джейн, а что ты думаешь о мистере Мэйнсуорте? – миссис Пейтон иногда словно бы сожалела о том, что в их компании осталась всего одна незамужняя леди.
– Я не думала о нем, пока ты не спросила, так что я, право же, не знаю, что я о нем думаю, – Джейн выглядела лишь слегка озадаченной вопросом.
– Ах, ну что за ерунда! – Дафна слишком хорошо знала подругу, чтобы поверить в ее недоумение. – Ты сразу же оцениваешь любого неженатого мужчину, стоит тебе только увидеть его или что-то узнать о нем. По его часам ты тут же высчитываешь его годовой доход, а по одному его жесту ты способна представить его привычки, пороки и добродетели.
– В самом деле? – Сьюзен Говард явно наслаждалась тем, что ее замужние подруги теперь говорят при ней то, о чем прежде умолчали бы.
– Откуда же тебе это известно, дорогая? – мисс Соммерсвиль удивилась по-настоящему, миссис Пейтон обычно не изрекала столь глубокомысленных тирад.
– Ричард так говорит, – Дафна невинно потупила зеленоватые глаза – несмотря на то что ее роман с Соммерсвилем закончился, миссис Пейтон все еще опасалась неодобрения Эмили.