Леди-бунтарка
Шрифт:
– Мы верим, что ваши подруги не виноваты, – мягко сказала Сесил. – Но что именно они видели?
Все затаили дыхание, чтобы услышать ответ Изабеллы. И она рассказала о двух мужчинах, похитивших Блу.
– Это были Джейко Пигг и Баки Гладд. – Бросив быстрый взгляд на Герцога, стоявшего у окна, Изабелла продолжала: – Видите ли, его светлость и Моутон уже пытались разыскать Джейко и Баки. Впрочем, вы, наверное, и сами об этом знаете. Так вот, они как сквозь землю провалились. Глэдис Марч, жена Баки Гладда, говорит, что не видела своего благоверного с того самого дня.
Не в силах усидеть на месте, Моутон расхаживал
– Не казни себя, – сказал Томас, видя страдания Моутона. – Это я во всем виноват. Ведь я знал с самого начала, что такое может случиться.
– Нет, это я виноват! – вскричал Месье, вцепившись обеими руками в свой парик. – Я должен был предвидеть опасность. Я должен был предупредить мистера Джеймисона, чтобы он никуда не возил Блу без сопровождения. – Француз закрыл лицо руками и застонал.
– Нет-нет, вам следует винить только меня, – заявила тетушка Трембл, яростно обмахиваясь веером. Она откинулась на спинку кресла, готовая в любой подходящий момент упасть в обморок.
– Ох, тетя, разве такое возможно?
– Да, это я виновата. Я точно знаю. В конце концов, я на этом настаиваю.
– Довольно об этом, – сказала Кэтрин. – Признание вины ничего не решает. Мы должны найти ее, – добавила она, обращаясь к его светлости.
– Миледи, только вы знаете, как отчаянно я желаю это сделать, – проговорил Томас. Они с Моутоном и Месье прочесали всю площадь Ковент-Гарден. Вряд ли там нашелся бы хоть один подвал или темный закоулок, куда бы они не заглянули. – Мы обнаружили подвал, в котором ее держали. – Подняв руку, Томас коснулся жилетного кармана. Там лежала шляпная булавка. Она принадлежала Блу. Томас сам сопровождал девушку в пассаж, где она выбирала эту безделушку. – Да, мы обнаружили этот подвал, но ее там уже не было.
– Надо что-то делать! – воскликнула Сесил, обводя глазами мрачные лица собравшихся. – Не можем же мы сидеть сложа руки!
– Мы можем только ждать, – процедил Томас сквозь зубы. – К сожалению, ничего другого нам не остается.
– Ждать – это труднее всего, – пробормотала Сесил. – А когда Бо Билли Морган прибудет в Лондон, похитители освободят Блузетт?
Мужчины молча переглянулись и опустили глаза.
– Освободят, я в этом уверена, – заявила Кэтрин. Она посмотрела на его светлость, перевела взгляд на Месье и закрыла ладонями лицо.
День проходил заднем, каждый из них был настоящей пыткой. Блу ужасно страдала от чувства собственного бессилия. В честном бою она без труда одолела бы Хамфершира. А слугу, который прислуживал ей в темнице, можно было бы прихлопнуть как муху. Она бы в мгновение ока сбила его с ног и оглушила, если бы не вооруженный охранник, который заходил в подвал и стоял у двери каждый раз, когда слуга приносил еду или выносил за девушкой ночной горшок.
Временами Блу ловила себя на том, что уже потеряла счет дням – то ей казалось, что ее бросили в этот мрачный подвал только вчера, но порой у нее возникало чувство, что она провела здесь всю жизнь. Однажды она проснулась от того, что чья-то грубая рука вцепилась ей в плечо и принялась трясти. Девушка с трудом открыла глаза. Неужели слуга Хамфершира осмелился до нее дотронуться?
– Посмотри хорошенько, – проворчал тюремщик, поднося свечу к лицу девушки.
В следующую секунду Блу услышала хриплый возглас со стороны лестницы и широко раскрыла глаза.
– Папа, это ты?! – Девушка напряженно вглядывалась в темноту – там двигались какие-то тени.
– Да, Малышка, это твой несчастный отец, – раздался знакомый голос. Свеча освещала лицо Блу, чтобы Морган мог ее рассмотреть, но его фигура оставалась в темноте, и девушка видела лишь колеблющуюся тень на верхней ступеньке лестницы. – Я не буду сопротивляться! – прорычал Бо Билли. – Освободите мою дочь, как вы обещали!
– Не раньше чем начнется суд, – с усмешкой, ответил Хамфершир.
Бо Билли увели, и дверь подвала с грохотом захлопнулась.
Блу вскочила с койки и принялась метаться по своей темнице, точно зверь в клетке. Она яростно пинала все, что попадалось ей на пути, и даже попыталась наброситься на слугу Хамфершира. Но в конце концов ей пришлось признать, что у нее нет выхода – оставалось только ждать.
Несколько дней спустя – возможно, прошло несколько недель – в ее тюрьму вновь пожаловал Хамфершир. Усевшись на скамью, он с ухмылкой проговорил:
– Суд над Билли Морганом произвел настоящую сенсацию. Какая жалость, что вы не увидели самого интересного. Страсти кипят. Ваш отец стал настоящей знаменитостью. Всего за два пенса любой может приобрести его биографию и полный перечень его ужасающих деяний. Брошюры продают на всех углах. Их раскупают, как горячие пирожки. Некоторые подробности, кстати, вполне достоверны. – Хамфершир пожал плечами и снова ухмыльнулся.
– Его приговорили к смерти, – произнесла Блу безжизненным голосом. Это было утверждение, а не вопрос.
– Разумеется. Чернь разорвала бы судью в клочья, если бы он принял другое решение. Толпа в таких случаях становится неуправляемой. Предстоит любопытное зрелище. Все складывается как нельзя лучше.
– Так отца еще не повесили?
– Ну-ну, дорогая… Наверное, вы забыли, что у нас с вами остались кое-какие личные счеты. А я вот не забыл. – Темные глаза Хамфершира вспыхнули, и он продолжал: – У меня и в мыслях не было помешать вам присутствовать при этом скорбном событии. Напротив, думаю, вам стоит взглянуть, как вздернут вашего отца. Это уравняет наш счет. В настоящее время Бо Билли Морган находится в Ньюгейтской тюрьме и ожидает своей последней прогулки.
– Грязная свинья! – в гневе воскликнула Блу. Как бы ей хотелось одним ударом стереть самодовольную усмешку с губ Хамфершира. – Раз вы хотите, чтобы я увидела казнь, значит, вы не собираетесь убивать меня?
– Господи, конечно, нет. – Он лукаво улыбнулся. – Убийство – дело довольно хлопотное, вы не находите? Кто-то должен его совершить, а потом надо еще спрятать труп. А трупы имеют неприятное обыкновение обнаруживаться в самый неподходящий момент. К тому же леди Паджет наверняка станет настаивать на расследовании. Мне вовсе не улыбается не спать ночами, раздумывая, не приведет ли след к моему порогу. Кстати, ваш будущий родственник, герцог Дьюбери, уже начал проявлять недовольство. Кажется, он всерьез подозревает меня. Нет, мисс Морган, убийство меня совершенно не устраивает. Кроме того, в нем нет никакой необходимости.