Лед-Кузнец
Шрифт:
Но у всего есть цена – и топливом Холодного Пламени была Звездная Кровь, сгорающая безвозвратно. Такое бывало редко, и осколок Единого понял, что использовать Аспект получиться не всегда, иначе он быстро сожжет силу своего хозяина. К счастью, Орин щедро поделился Кровью, хотя одну часть ее поглотила жадная Арена, а другая исчезла вместе с телом брата.
Полторы тысячи капель. Могущественные кел на этом этапе обычно вели счет в Звездах, и у него теперь насчитывалось сто пятнадцать больших Звезд, каждая из которых заключала в себе двадцать четыре капли. С таким запасом уже можно было чувствовать себя свободнее, а Фиал Азимандии терял свою
Брат подарил сильные Руны. В его Скрижали почти не было мусора, и эта встреча даровала Белому Дьяволу могущество.
Пять золотых Рун.
Тот самый огненный потоп, что едва не утопил их в начале дуэли, оказался Связкой из двойного золота – Огненного Вихря, наделенного стихией Небесного Огня, с Рекой Энергии, усиленной Воздухом. Убийственное сочетание – мощный энергетический поток нес пламя, яростно раздуваемое ветром, и это было смертоноснее дыхания дракона. Такой удар мог положить целую армию всего за двести сорок капель – Орин вложил в третью звезду обеих Рун золотое Уменьшение.
Живые Цепи – такие же, как у него, но измененные трижды для сокращения перезарядки.
А вот четвертая была творением древних рунных мастеров из забытых ныне Домов. Артефакт Вечности, усиленный до предела – невероятно мощная штука. Стабилизатор Времени и Пространства нейтрализовал любые временные эффекты в небольшом радиусе, окружающем владельца, а также блокировал любые попытки Переноса. Такие стоили не меньше тысячи Звездных Монет в Контракции, когда они с ювейном заглядывали туда в последний раз. К несчастью, Руна была сломана – вероятно, артефакт попал под удар Цепей.
Пятым золотом было Развитие. Белый Дьявол знал, зачем Орин держал его – он мог в любой момент перешагнуть золотой порог, но тогда врата Арены перестали бы открываться для него. В рубиновых октагонах брат, видимо, исчерпал возможные источники силы…
Звездных Монет в обломках Скрижали оказалось немного, ибо Орин, как и он сам, копил силу, а не глупое богатство. А вот серебро его тоже было сильным и пламенным.
Руна-Навык Огненная Кровь – Восхождение сочло его основным для брата. Навык обращал кровь в жилах кипящим огнем, исцеляющим раны, и губительным для врагов. Хорошая способность, но она требовала шести звезд в Элементности и трех – в Витамантии, поэтому Белый Дьявол пока не мог использовать его. Но сохранить его стоило, хотя такой Навык больше подходил для Детей Огня.
Руна-Заклинание Призрак Небесного Огня – очень необычная Руна, скорее всего, полученная путем Слияния. Она на три секунды превращала Восходящего в призрака, но не обычного, а усиленного Небесным Огнем и Аннигиляцией. В результате вышла невероятно мощная разрушающая форма, способная уничтожить противника серебряного ранга, но ее использование казалось рискованным, а перезарядка длилась древодень.
Руна-Заклинание Огненной Стены, усиленное Ветром – создавало вал катящегося огня.
Руна-Заклинание Незримая Ловчая Пасть – эволюция Призрачной Руки, но совсем иная, нежели та, что осталась у Сигурда. Здесь звезды Руны сплели так, что Руна стала зубастой ловчей снастью, сковывающей врага. Удобная Руна для охотника на
Не все Руны Орина дышали огнем. Были и другие.
Руна-Заклинание Увеличения Тяжести
Руна-Заклинание Хрустальной Сферы
Руна-Умение Ураганный Напор
Руна-Существо Три Золотых Голема
Руна-Предмет Иллиумовая Цепь
Руна-Портал Огненный Куб
А также три Развития, Связь и Слияние.
Рун было… немного. И Белый Дьявол задумался.
Согласно древним правилам Восхождения, когда Восходящий умирает в Единстве, большая часть его Рун остается в обломках Скрижали. Если погибший носит гвоздь в запястье, стигмат забирает все обломки Скрижали, кроме того, что достается победителю и тех, что пополняют сокровищницу Наблюдателя…
Но Орин, как и он сам, был Истинным. При окончательной смерти он терял все – и Белый Дьявол только что разобрал все шесть обломков его Скрижали. В ней было очень мало Рун для Восходящего, что двадцать циклов выходил на Арену. Вероятно, он хранил свой запас вовне, оставляя ненужные для битвы Руны где-то в своем тайном хранилище. Вероятно, в том самом Тигле, которым и правил брат – Предметы и Существа, способные хранить чужие Руны, не были такой уж редкостью. Разумно – никто не знает, какой камень вытащит для тебя Незримый в Проклятом Святилище, и стоит брать с собой только то, что пригодится в бою. В связи с этим издевательский Перенос тела тоже представал в ином свете. Тому, кого брат избрал наследником сегодня сказочно повезло – он получит не только Черный Доспех чемпиона, но и коллекцию Рун одного из детей Забытого…
Осколок Единого еще раз взглянул на Руну-Портал – ведущий в некий Огненный Куб, он как бы намекал на дорогу к чужим сокровищам. Обратный билет домой для владельца, если путешествие вдруг забросит в неизведанные края…
Не будь это Орин, Белый Дьявол, быть может, и испытал бы свою удачу. Но он знал брата – и при всей своей прямолинейности Орин был далеко не глуп. А значит, Портал – несомненная ловушка. Месть для глупого победителя, который захочет заполучить все… Куда он ведет – в котел вулканического Тигля или в древнюю жилу Единства, где кипит Небесный Огонь, совершенно не важно – там в любом случае ждет смерть.
Но даже это можно использовать.
Самой значимой добычей, несмотря на серебряный ранг, была руна Бродячего Торговца. Брат трижды усилил ее, дав Существу максимальные возможности – и было ясно, зачем. Эта ниточка тянулась далеко – другой ее конец держали чьи-то чуткие пальцы где-то там, в сиянии Небесного Трона…
Осколок Единого долго вертел Руну на кончике пальца, тягостно раздумывая, не стоит ли сразу распылить ее. Это было бы проще всего – однако прожитые жизни шептали, что врагов стоит держать ближе, чем друзей, а зримая удавка – лучше невидимого поводка.
Он вызвал Существо.
Бродячий Торговец, сложившийся из звездной пыли, медленно выпрямился. Складки коричневого плаща с капюшоном, тень которого скрывала черты лица, но Белый Дьявол знал, что даже если прикажет откинуть капюшон, не увидит ничего удивительного. Обычный контракторий, один из миллионов слуг всемогущей сети, опутывающей Единство и Вечность…
– Чего желает мой господин? – спросил Торговец голосом таким же скучным, как он сам. Он словно обратился к тысячному за день посетителю своей лавки – впрочем, так оно в сущности и было.